Ирина Кизимова – Убийство в замке Честертон (страница 2)

После этого случая Оливия зареклась брать его с собой к модистке. Ведь большую часть отведённого на примерки времени пришлось потратить на допрос.

Тем временем Джонатан продолжал сверлить её требовательным взглядом и держал карандаш наготове над вездесущей записной книжкой.

– Пожалуй, начну с бабушки Агнес, но тебе стоит называть её мадам Бейтс. Она младшая сестра моего дедушки. Скажу сразу, характер у неё на редкость отвратительный. Сколько себя помню, вечно воспитывала в нас с кузенами хорошие манеры. И я бы рада их соблюдать, но ей просто невозможно угодить! Уверена, что как только мы появимся в поле зрения мадам Бейтс, она тут же приметит, что у тебя неправильно завязан галстук, а у меня пара волосков выбилась из причёски!

Джонатан на всякий случай проверил галстук и остался доволен результатом.

– Как бы ты ни старался, ни за что не сможешь соответствовать стандартам бабушки. Вернее, даже мы, её внуки, должны обращаться к ней мадам Бейтс. Думаю, ты с лёгкостью поймёшь, что перед тобой бабуля Агнес, едва она откроет рот. Впрочем, и без этого легко сообразить…

– Строгая причёска, идеально сидящее платье и безупречная осанка? В общем говоря, всё, что так типично для пожилых мадам?

– Это точно про неё! А ещё холодный, надменный взгляд, от которого стынет даже горячий чай в чашках.

– Довольно интересное замечание. Видимо не стоит сидеть с ней рядом за столом.

– О, дорогой Джонатан! Она как раз из тех аристократов, которые придерживаются строгих правил рассадки. Не уверена, что ты услышишь её с дальнего конца стола. Кстати, нас она тоже рассадит.

– С чего бы?

– Этикет говорит, что пары не должны сидеть вместе, дабы не обсуждать личные вопросы. Беседа должна быть понятной окружающим. – поучительным тоном объяснила Оливия.

– Что ж, хоть меня это и не радует, но здесь есть зерно здравого смысла. – согласился он. – Может, расскажешь немного о самом лорде Честертоне? Я успел кое-что разведать о нём, но, боюсь, этого мало.

– Я бы удивилась, если бы ты этого не сделал. – она улыбнулась, наблюдая за сосредоточенным лицом жениха. – Если коротко, дедушка обычно очень добр со всеми и легко прощает оплошности семейства, но если захочет, то может быть суров и непреклонен. Были случаи.... Например, моя тётя Офелия ослушалась его и вышла замуж за мужчину, которого дед не одобрил. Он исключил её из права на наследство и полностью разорвал общение.

– Кажется, тебе всё же стоило рассказать ему о нашей помолвке.

Волнение снова дало о себе знать. Джонатан даже почувствовал, как вспотели ладони, стянутые узкими светлыми перчатками.

– Не переживай, Джонатан, ты точно понравишься дедушке.

– Почему ты так думаешь, Лив?

– Уверена, что он слышал о тебе от своего друга, лорда Кэмпбелла. Помнится, это ты выезжал на поиски вора в его поместье.

– Вот как… Что ж, буду надеяться, что моя карьера поможет снискать расположение лорда Честертона. – тяжело вздохнул Джонатан. – Значит, он довольно добрый, но, если нужно, проявляет суровость. Вероятно, с ним можно поладить, если найти подход.

– Да, дедушка довольно общительный и обожает проводить время с друзьями! Раньше он часто выезжал на охоту, выбирался в Лондон на уикенд и посещал балы. Даже сейчас изредка это делает.

– Его здоровью можно только позавидовать!..

– Поскольку мы едем к дедушке на свадьбу, ты скорее всего думаешь что-то вроде: у него было много жён. И да, так оно и есть. По счёту это будет четвёртый брак.

– Неужели он пережил остальных? – слегка нахмурился Джонатан. – Разводы довольно редкое явление, даже среди аристократов, которые могут себе их позволить.

– Всё верно. Бабушки умерли, но уверяю тебя, за их смертями точно никто не стоит! Первую унесла лихорадка, вторая утонула в пруду, а третья сломала себе шею.

– Звучит не очень убедительно. Но, полагаю, дела о смерти последних уже закрыты?

– Джонатан!

– Что? – искренне удивился тот. – В каком пруде утонула твоя вторая бабушка?

– В том, что на территории замка. Ты сразу заметишь его, когда мы будем подъезжать.

– И ты хочешь сказать, что никто не помог ей? Судя по твоим словам, пруд у всех на виду.

– Господи, Джонатан! Насколько я знаю, дело было летом. Бабушка пошла освежиться, но в воде ей стало плохо. Она утонула.

– Хорошо, допустим. А что с последней?

– Ходила во сне. Однажды горничная задремала и пропустила момент, когда бабушка вышла из комнаты. Наверное, она даже не поняла, что умирает… Бедняжка, так и не проснулась…

– И давно это было?

– Год назад.

– Вот как.

– Ты ведь помнишь, что мы едем на свадьбу, а не разбираться в делах давно минувших дней. Не так ли, Джонатан?

– Мы подъезжаем к замку Честертон. – раздался звонкий голос, спасший инспектора от оправданий, поскольку Оливия сразу оживилась, поправляя причёску.

– Как я выгляжу? Ничего не торчит? Ах! Нужно было попросить Эбигейл поехать со мной…

– Успокойся, Лив. Это же твоя родня!

– Боже, Джонатан! Ты даже не представляешь, какими они могут быть придирчивыми!

Он тяжело вздохнул, наконец, полностью отпуская волнение. Раз даже Оливия сидит как на иголках, ему точно не стоит переживать – всё совершенно точно пойдёт не по плану.

Дверь экипажа открылась, и статный, пожилой дворецкий галантно подал руку Оливии.

– Мисс Лоуренс, рады вас приветствовать в замке Честертон.

– А ты совсем не изменился, Гидеон! – очаровательно улыбнулась она, разглядывая знакомое с детства лицо. – Разве что волосы поседели да морщин в уголках глаз прибавилось, но это не страшно!

– Благодарю за похвалу, мисс. Надеюсь, вы хорошо добрались?

– Да! Благодаря Джонатану поездка не была скучной. – Оливия резво потащила жениха из кареты, одновременно с этим демонстрируя дворецкому кольцо. – Гидеон! Смотри! Ты первый, кто узнает! Я наконец-то выхожу замуж!

– Прошу прощения за столь внезапный визит. – Наконец выпрямился Джонатан, которого Оливия буквально стащила с насиженного места, не оставив ни единой попытки сделать этого самостоятельно. Он протянул руку дворецкому. – Джонатан Картер. Как мисс Лоуренс уже обмолвилась, недавно я сделал ей предложение.

– Полагаю, лорд Честертон будет весьма озадачен этой новостью. – пожал протянутую руку дворецкий. – Что же касается меня, я очень рад за вас с мисс Лоуренс, мистер Картер. Пожалуйста, берегите нашу светлую девочку.

Его строгое лицо слегка смягчилось, словно он говорил не о госпоже, а о собственной глубоко любимой внучке. Дворецкий явно знал Оливию с малых лет, его счастье было искренним.

– Кто, как не Джонатан может меня защитить? – гордо заявила Оливия. – Ведь это он пой…

– Наверное, не стоит говорить сейчас о моей работе, Оливия. – как бы невзначай прервал её Джонатан. – Не думаю, что мистеру… – Он споткнулся, понимая, что не знает, как ему обращаться к дворецкому. Вряд ли уместно просто использовать имя…

– Можете называть меня – Гидеон, мистер Картер. Старому дворецкому не нужны лишние формальности. На самом деле мне бы очень хотелось пообщаться с вами подольше, но я вынужден сообщить, что лорд Честертон ожидает вас на, как сейчас модно говорить, «файф-о-клок». На вашем месте я бы не стал заставлять его ждать. Многие из семьи уже успели присоединиться к вечернему чаю.

– Бабуля Агнесс тоже приехала?

– Разумеется. Мадам Бейтс никогда не опаздывает. Мисс Лоуренс, поправьте подол, думаю, она непременно сделает вам замечание по этому поводу.

– Ты мой герой, Гидеон! Всегда выручаешь! – улыбнулась Оливия, осторожно поправляя подол, окидывая себя придирчивым взглядом.

– Думаю, теперь вы полностью готовы. Прошу, следуйте за мной, мисс Лоуренс, мистер Картер.

– Мы прибыли последними, Гидеон?

– О нет, мы ещё ожидаем дорогих гостей. Вы далеко не последние, господа, но к чаю всё же опаздываете.

В отличии от щебечущей птичкой Оливии, Джонатану оставалось лишь молча созерцать роскошь фамильного замка Честертон, где сменилось не одно поколение лордов знаменитого рода. Он был выстроен в форме квадрата с четырьмя невысокими башнями по одной на каждую сторону света и имел благородно-песочный оттенок натурального камня. По левую руку располагался обрамлённый плакучими ивами глубокий пруд, а по левую – роскошный сад с редкими сортами роз и собственным зелёным лабиринтом. Далеко за замком виднелся лес, вероятно представлявший собой охотничьи угодья.

– Главный вход сейчас украшают к свадьбе, поэтому прошу прощения, но мы войдём со внутреннего двора. – извинился дворецкий, направляясь в огромную арку.

Для Джонатана увиденное было не в новинку. По долгу службы приходилось бывать и в богатых особняках, и в вонючих, грязных ночлежках. Однако по радостному поводу он имел честь находиться в стенах огромного замка впервые и искренне наслаждался моментом, коротко кивая спешащим по делам слугам, многие из которых тащили охапки живых цветов, рулоны ткани, разноцветные ленты и прочие атрибуты грядущего праздника. Проходя мимо, каждый считал своим долгом поздороваться с дорогими гостями, так что к моменту, когда они достигли лестницы, ведущей внутрь, у Джонатана от бесконечных приветствий начала ныть шея.

– История замка насчитывает более двухсот лет, мистер Картер. Надеюсь, вы оцените внутреннее убранство.

Дворецкий придержал массивные двери и поклонился, пропуская гостей вперёд.