Ирина Гиберманн – Живу как хочу (страница 50)
— До следующей недели.
С какими вашими внутренними «я» давно пора встретиться и поговорить?
Что им важно услышать и сказать?
Что значит для вас «отравить любовью»?
Часто наши внутренние конфликты, которые мы еще не разрешили и для которых не нашли альтернативы, отражаются на нашей жизни: на воспитании детей, отношениях с близкими, коллегами, сотрудниками. В завершающей части темы гордыни речь пойдет об отношениях, бизнесе, построении команды и лидерстве. Иногда темы так сильно переплетены друг с другом, что через гордыню можно выйти на нерешенную сепарацию с родителями. Но эта тема бывает настолько больной и страшной, что наша психика использует другие «поля боя», для того чтобы опробовать, насколько можно меняться и позволять себе все больше быть собой, чтобы позже перенести этот опыт на более сложные схватки и отношения.
И именно в диалоге ниже видно, как важны открытые отношения с пациентом и насколько важно переносить опыт, полученный на сессии, на другие ситуации.
Читая этот диалог, наблюдайте за своими чувствами.
Письмо 3
— Привет. Рада вас видеть.
— И я.
— Я читала ваши заметки. Несколько раз. Спасибо за них. Я нашла там все, что мне важно.
— Я рада. Я хотела описать наш опыт.
— Я читала. И знаете, что я почувствовала? Я сначала согласилась с эмоциональной и финансовой зависимостью от родителей…
— Та-ак. — Я начинаю улыбаться.
— А потом подумала, что не согласна.
— Ага… все-таки не согласна.
— Нет. Я подумала, что это не так. И это как будто не мои слова.
— Ну у меня ведь есть право на провокацию…
— Провокацию?
— Я лишь повторила то, в чем вы меня пытаетесь убедить последний год. Слово в слово.
— Да. Я понимаю. Но это не так. Я всю неделю сталкиваюсь с другими ситуациями. Фиксирую их, отслеживаю, смотрю, как мне с этим осознанием.
— И?
— Да, вы правы. Мы можем пойти по этому пути и решать мой внешний конфликт через внутренний.
— Можем.
— Я так не хочу. Но когда вы написали, я подумала…
— Вы подумали: «Что же, как это — я не могу иначе?»
— Да! Именно так.
— Природа конфликта одна. Решать можно с любой стороны.
— Да. И я хочу это решать не через контролирующих внутренних родителей. Ведь мои уже давно другие. Мои реальные.
— Да. В голове часто наши родители значительно моложе наших реальных. И ваши контролируют вас маленькую, а не вас сегодняшнюю. Сегодняшняя не нуждается в контроле.
— Я могу сама.
— Знаю. Но без этой конфронтации как продвинуться дальше? Как столкнуть вас с этим осознанием? Я позволила себе ее использовать.
— Я вам благодарна за это. Я перечитала заметки несколько раз и в какой-то момент поняла, что не согласна.
— Вы красивы, когда не согласны. Ваш бунтарь прекрасен.
— Да? Бунтарь?
— Да. Привет, меня зовут Ирина Гиберманн. А вас? Похоже, вы бунтарь и не хотите со мной говорить…
— Могу и поговорить.
— Но только если захотите.
— Да.
— Значит, вы знаете, чего хотите и чего не хотите. Мы на несколько световых лет дальше, чем наша отправная точка «я не знаю, кто я, и поэтому не знаю, чего я хочу. Я не умею хотеть».
— Я знаю, чего хочу. Вот так, как сейчас, не хочу.
— Верю.
— Но у меня нет решения.
— Иногда решения нет. Иногда его надо искать.
— Я не могу его ухватить. Давайте сходим туда. Ведь я уверена: решение должно быть, и оно должно исходить от меня.
— Иногда решения нет. Его находят в диалоге.
— Но я не могу представить, как это: прийти и сказать, что я хочу уйти, но решения у меня нет.
— Может быть, это и стоит сказать. Это честно. Это конгруэнтно вам сейчас.
Молчание.
Я продолжаю:
— О самостоятельности можно договориться. Найти слова.
— Как? Какие?
— «Благодаря вам я живу прекрасной жизнью и ни в чем никогда не нуждаюсь. Сейчас, пусть и с опозданием в полжизни, я знаю, чего хочу, но не могу об этом молчать. Потому что сейчас наконец-то речь обо мне и моей жизни. И мне нужна поддержка, чтобы выстроить свой фундамент. Потому что благодаря вашим усилиям у меня никогда не было необходимости его построить. И лучше это сказать сейчас, чем сожалеть через десять лет, что я этого не сделала. Жаль, что я не сказала это в конце своего пубертата».
— Хм…
— Потом в записи переслушаете с сорок восьмой минуты по сорок девятую. О чем вы думаете?
— Что это честно. И у них будет шанс отреагировать иначе. Из их нового состояния. Не из моего о них в моей голове.
— Да. Это по-честному к себе и другим. Я хочу еще кое-что обсудить. Это мне очень важно. Как быть с гордыней? Как показать признание и при этом не ставить себя выше других?
— Как вы делаете это со мной? Откуда я знаю, что вы меня уважаете и цените?
— Вы это знаете. Я показываю это всем.
— Да. Как это — показать другим, как слезть с трона?
— Есть два пути: диалог и конкретные поступки, из них строятся отношения. Судя по темам, которые вы приносите, по вашему доверию ко мне, открытости, вы со мной в диалоге. На равных.
— Да.
— И судя по вашим поступкам и по отношению ко мне, я знаю, что вы тут всерьез. Попробуйте перенести эту модель на другие сферы. Как трафарет. Вы всегда можете брать за основу нашу с вами модель. И смотреть, какая вы тут.
— Настоящая.
— Да. Тут нет «я и мой народ». Вы не ставите себя выше остальных, но и не самоуничижаетесь. Вы приходите и остаетесь. И в этом самая ценность. Диалог и поступки вместе дают отношения.