Ирина Фельдман – Моё эльфийское чудо - Ирина Фельдман (страница 23)

— У меня есть весомые сведения, капитан, — неожиданно включился Барни. — Пару дней назад удалось перекинуться словечком с возницей, приехавшим из Норденбурга за товаром. — Говорит, играют сынки дворянские не на жизнь, а на смерть. То подножки ставят, то одного эльфа всем скопом снежками закидывают. Грязненько, как по мне.

— Это не считается нарушением правил, — сказал Полл глухо с выражением застарелой боли на лице.

Я осторожно отогнала Шубку, решившую попробовать на зуб брошюру с правилами.

— А вы? Вы тоже делаете подножки?

Мои орлы неуверенно переглянулись.

— Это же гнусно, — ответил за всех Флоки.

— Это — нечестно, — переиначила я, в глубине души порадовавшись, что задела чувства игроков. — И победы у них незаслуженные. Вы сами это знаете, и поэтому не хотите участвовать в соревновании. Вам гадко оттого, что вас унижают. Пора с этим покончить!

Эльфы синхронно проследили за моим, вскинутым в порыве эмоций кулаком. А я замерла, околдованная их глазами.

Полными удивления и надежды.

— Да! — залихватски воскликнул Барни. — Сделаем Снежную битву такой, как раньше! Весёлой и интригующей! Победим назло соперникам!

— Но как? — спросил Флоки с рассеянной улыбкой. — Попросим ту команду не набрасываться на нас и не пинаться?

Да было бы чудесно, если бы всё решалось так просто. Но брошюра с правилами, которую наши соперники наверняка в глаза не видели, не регламентировала подобные выходки.

Я подхватила под грудку убегающую на поиски приключений Шубку и передала её Кенни.

— Выработаем стратегию. Не дадим себя пинать, давить, заплёвывать, хватать за шиворот как котят и закапывать в снег. В идеале — не допускать, чтобы противник был ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Человеческой руки. Всё-таки это Снежная битва, где сражаться надо снежками, а не обычный мордобой. Напомним людям об этом, а то память у них короткая и избирательная.

Барни с самым раздолбайским видом потянулся.

— У-у-у… Я-то думал, кусаться и царапаться разрешишь.

— Не разрешу. Это негигиенично.

Я оглядела территорию с высоты трибуны, прикидывая, на каком пятачке можно было бы начать тренировку. Чтобы было достаточно просторно и снеговики не мешали.

Надо посмотреть, на что способны эльфы как игроки. Наша с Барни погоня за чемоданом укрепила у меня в голове убеждение о том, что эльфы, даже такие миниатюрные, очень выносливые и ловкие. Стыдно проигрывать с такими природными данными.

А ещё надо спросить у Полла, есть ли какая-нибудь быстрая техника лепки снежков…

Контраст от вида крепостей метелью смёл все мои идеи.

Одну крепость снеговики строили широкой и высокой. Другая выходила компактной и низенькой, такую любой мальчишка может перелезть без особой подготовки.

— Так, стоп. Стоп! — я вскочила на ноги. — Это разве нормально? Почему крепости разные?

Внятных объяснений от своих товарищей я, конечно же, не получила, но и оставить всё как есть не могла. Я же капитан. А если копать глубже — принцесса, и я не имею права смиренно наблюдать за тем, как угнетают мой народ.

Добраться до эпицентра стройки не составило труда, я летела на крыльях справедливости. И догадываясь, что на тренировке придётся много и активно двигаться, я заранее сменила платье на более практичную одежду.

— Перерыв! Перерыв! — я подняла руки в расчёте на то, что снеговикам так будет понятнее. — Остановитесь! Будьте добры!

Хоть я успела привыкнуть к живым страхолюдинам, мне всегда было проще думать о них, как о безмозглых инструментах. Когда же их физиономии медленно повернулись ко мне, моя подогретая несправедливостью храбрость вмиг скукожилась и забилась в пятки сапог.

Спокойно. Я эльфийка. Ученица академии. Ничего они мне не сделают.

— Чего тебе? — спросил снеговик с лопатой, и его рот из угольков сложился в ровную линию.

— Не мешай, а то затопчем, — пробурчал его коллега, волокущий санки с крупными снежными кубами.

Но я не могла отступить.

— Я капитан команды, и у меня есть замечания по поводу вашей работы.

Слово «замечания» подействовало на строителей волшебным образом. Все работы мигом прекратились, и тишина накрыла площадку зловещим невидимым покрывалом. Я бы, наверное, лишилась чувств, если бы не подошли ребята.

— А скажите, пожалуйста, это с каких пор эльфы нас крякают? — пронзительно проскрипел снеговик с мятым ведром на голове и сердито упёр тонкие руки в бока.

— Не крякают, а критикуют, Стэн, — педантично поправил невысокий, но круглый бугай.

— И это тоже! Мы же не учим их правильно вязать посуду!

— Стэн, займись уже самообразованием, а то краснеем все за тебя.

Стэн шмыгнул носом-морковкой так, что тот закачался, как маятник.

— Возмутительно! С утра до ночи спины гнём, самообразованием заниматься некогда, а нам ещё гортензии предъявляют!

Возможно, снеговика следовало пожалеть, раз даже сородичи стыдятся его скудоумия, но передо мной стояла задача привести команду к победе, чтобы разгадать хоть один секрет ректора Ниило. Я сжала кулаки и задрала голову.

— Вы строите крепости не по инструкции. Они должны быть одинаковыми. Понимаете? Это когда две вещи не отличаются друг от друга. А тут что?

Ожидая помощи у свода правил, как стоящий в окружении кровожадных аборигенов христианский миссионер, я раскрыла брошюру и продемонстрировала рисунок. Он занимал две страницы и однозначно иллюстрировал расположение крепостей. Одинаковых по размеру и количеству башен.

Я была готова к агрессии, и всё же снеговики проявили похвальное терпение. Они подходили ближе, смотрели, уступали место коллегам. Некоторые чесали затылки и вертели головы влево-вправо, сравнивая снежные крепости.

Понимали, что случился косяк, и не знали, как быть дальше.

— Что за дела? Почему бросили работу, лодыри? — строители расступились как по безмолвному приказу, и вперёд вышел снеговик в меховой жилетке и лихо сдвинутом набок котелке. Из его пасти торчала тлеющая сигара.

Боб. Вот уж кого я не чаяла увидеть.

— Капитан команды говорит, что строим не по инструкции, — то ли доложил, то ли наябедничал кто-то из «лодырей».

— В книжке не так.

— А делать-то чего будем?

— Ты же сказал, Боб…

— Так делать-то чего? Менять?

Боб заставил всех заткнуться и стряхнул пепел с сигары. Дымок от неё противно щипал нос.

— Ну? И кто из вас капитан? — зловеще прохрипел он, буравя взглядом нашу компанию.

Барни взял меня за плечо и попытался оттеснить, но я отвергла его рыцарский жест.

— Я капитан. И в моём праве проследить, чтобы крепости были построены так, как положено.

Одним махом Боб выбил у меня из рук раскрытую брошюру. Она описала в воздухе дугу и подстреленной птицей упала на землю.

— Слушай сюда, снегирёныш, — твёрдый палец снеговика ткнулся мне в грудь, грозя её пробить. — Командую здесь я. И слушаться все должны только меня. Усекла?

— Даже если ты даёшь неверные указания?

— Девочка, ты на кого тявкать вздумала?

— Вот и грубость в ход пошла. Я должна испугаться?

— А ну вали отсюда!

Барни молниеносно перехватил его руку.

— Ещё раз её тронешь — грабли твои повыдёргиваю!

В том, что из снеговиков получаются сильные работники сомневаться не приходилось: Боб легко поднял свою палочную руку вместе с Барни, словно тот был какой-то приблудной собачонкой.

— Отцепись, мелюзга, пока башку твою вместе с ушами не оторвал!