Ирина Енц – Путь Велеса. Книга третья из цикла «Пределы» (страница 2)

Шпиля здесь никакого не было и в помине. Но когда-то здесь был старый купеческий особняк. Говорят, что на его крыше и был тот самый шпиль. Но особняк ещё во время войны разбомбили, и восстанавливать его никто не стал – не до того было в те тяжёлые годы. Вся страна была в руинах. А от купеческого дома остались только складские помещения, или, по-старому, лабазы, сложенные из серого речного камня. Толщина стен этих самых лабазов была около полутора метров, так что фашистские бомбы покорить их так и не сумели. А теперь в этом кишкообразном здании располагались множество мелких магазинчиков, каких-то контор и вот это самое кафе «Под шпилем».

Посетителей в небольшом зале было немного. Два парня висели на барной стойке и приставали с дурацкими улыбочками на пьяных физиономиях к официантке – довольно упитанной молодой особе с подведёнными к вискам большими коровьими глазами и пышной высокой причёской, на которой болталась, прикреплённая на две «невидимки», маленькая белая наколка – символ работницы общепита. Женщина со скучающей физиономией выслушивала их комплименты сомнительного толка, но, по какой-то причине, не гнала их от себя. В глубине кафе за столиком сидела молодая пара и мило ворковала, не замечая никого и ничего вокруг. У самой двери притулился за маленьким столиком неопрятный старичок и жадно поедал чебурек, запивая его коричневатой бурдой, которую называли «кофейный напиток из цикория».

Юрку молодёжь не заинтересовала, а вот старичка с чебуреком он окинул довольно пристальным и подозрительным взглядом. Ничего необычного, ничего похожего на их старого знакомца Акку в старичке не обнаружилось, но настороженность у Юрки не прошла. По неведомой ему самому причине не нравился ему этот старичок, а чем – кто бы знал…

Они с Татьяной прошли в дальний угол рядом с узким окном и уселись за небольшой столик, застеленный клеёнкой в красную клетку. Официантка, уверившись, что они точно посетители, а не просто нечаянные прохожие, нехотя отлепилась от стойки и, словно каравелла, поплыла к ним, на ходу доставая из кармана белого фартука блокнот и маленький огрызок карандаша.

Юрка вопросительно посмотрел на подругу, мол, что будешь? Танька равнодушно пожала плечами, словно намекая – мол, не для этого пришли. Юрик, тяжело вздохнув, виновато глядя на любимую, скороговоркой пробормотал:

– Четыре чебурека и два стакана томатного сока…

Официантка что-то черкнула в своём блокноте и опять вопросительно уставилась на молодых людей, всем своим видом давая понять, что «тут вам не забегаловка, а приличное кафе». Татьяна хмуро посмотрела на нахальную работницу общепита, собираясь сказать что-то резкое. Но друг её опередил, проговорив скороговоркой:

– Два овощных салата «Здоровье» и два стакана чая.

Официантка довольно хмыкнула и каравеллой уплыла обратно за стойку, а Татьяна принялась сердито бурчать:

– Тут кругом такое творится, а ты, как всегда: лишь бы пожрать!

Юрка от этих слов набычился, но спорить с подругой не стал. Поняв свою бестактность, девушка виновато добавила:

– Ну прости… Знаю, что на голодный желудок ты думать не можешь. Просто… – Она на мгновение закрыла ладонями лицо, а потом жалобным шепотом проговорила: – Ты себе не представляешь, что со мной было! Я, когда ЕГО увидела, чуть в обморок не грохнулась. – И добавила чуть громче, словно обращаясь к самой себе: – Не знаю, то ли нам радоваться, что этот чёрт тут появился, то ли печалиться…

Юрка, приподняв брови, с удивлением посмотрел на подругу. Поняв правильно его мимику, она стала охотно объяснять:

– Ты что, не понимаешь? Это значит, что нам не придётся его долго искать. А я уверена, что он наверняка знает, что случилось с Нюськой и как можно ей помочь!

Юрка покачал головой и с усмешкой проговорил:

– Ну ты, мать, даёшь! Даже если он что-то и знает, в чём я, лично, очень сомневаюсь, то не вижу причины, по которой он бы захотел нам помочь. Ты, случаем, не забыла, на чьей он стороне? И потом, Сурма знает и умеет куда больше, но и он сказал, что вариантов нет… – закончил он уныло.

Сурма был хозяином хутора, соседствовавшего с охотничьим домиком, где ребята проводили свой летний отпуск, обернувшийся таким кошмаром. Старик принадлежал к племени Чуди Заволочской. Был суров, ворчлив и мудр. К тому же обладал таинственными силами, свойственными всему его Роду. Мог напустить любой морок, мог излечить любую рану, мог читать чужие мысли и управлять силами природы. В общем, много чего мог такого, чего не способна объяснить современная наука. И, разумеется, ребята хотели вернуться обратно на хутор, чтобы продолжить попытки спасти Нюську. А тут, откуда ни возьмись, вдруг «нарисовался» Акка – потомственный шаман, прихвостень того самого Иршада, из-за которого сгинула Нюська, и вообще, подлый и гадкий старикашка.

Татьяна с некоторым недоумением пожала плечами. В её взгляде была явственно видна растерянность. Повозив солонкой по клеёнке, она упрямо буркнула:

– А я почти уверена, что он, наверняка, может что-то знать… Только его стоит как следует расспросить. – Фразу «как следует» она произнесла с особой интонацией.

Юрка фыркнул, стараясь сдержать насмешку:

– И чего? Как по-твоему «следует»? К дереву в лесу верёвками примотать и пытать калёным железом? Кто займётся? И потом… не думаю, что с ним так легко будет справиться, хоть и выглядит он хлюпиком. Вспомни, как с ним Сурма бился. Одолел, конечно, но сил приложил немало. А ни я, ни ты подобными возможностями не обладаем.

Татьяна сникла, шмыгнув по-детски носом. Конечно, её друг был прав, а она, как обычно, ляпнула, не подумав. Видя, что подруга загрустила, Юрик сменил тон и уже спокойным, деловым, безо всякой иронии голосом продолжил:

– Знаешь, я думаю, этот Акка не зря здесь появился. Скорее всего, ему что-то от нас надо. И я уверен, что это «что-то» – очень плохое. А значит, держаться от него нам следует подальше… – В его интонации чувствовалось продолжение, но он замолчал, не зная, как приступить к самой важной части разговора.

Татьяна с грустной улыбкой смотрела на друга, а потом выпалила:

– А я академ взяла… По семейным обстоятельствам… – И с вызовом посмотрела на Юрку.

Он несколько раз недоумённо хлопнул ресницами, а потом, совершенно позабыв, что они находятся в общественном месте, во всё горло завопил:

– Так это же здорово!!!

Все присутствовавшие тут же повернули головы в их сторону, то ли в ожидании представления, то ли с возмущением. Татьяна мельком заметила, что только неопрятный старичок, который всё ещё жевал чебурек у самого входа, даже ухом не повёл. Может, глухой? Впрочем, занимал он её мысли недолго.

Юрик виновато огляделся и пробурчал:

– Извините… – А потом, взяв на несколько тонов ниже, продолжил, всё ещё возбуждённо: – Знаешь, я сам тебя хотел об этом просить, но боялся, что ты меня с таким предложением пошлёшь куда подальше. – Он чуть придвинулся вперёд и, навалившись на край стола, зашептал: – Учёба – это, конечно, важное дело, но жизнь – куда как важнее. А коли здесь стали появляться наши прежние «знакомцы», то всё, баста – добра от этого не жди. Думаю, нам нужно как можно быстрее возвращаться к Сурме, на хутор. Вместе мы, наверняка, что-нибудь придумаем. – Он быстро огляделся по сторонам и добавил ещё тише: – Ну, ты понимаешь, о чём я…

Татьяна понимала. Она, было, открыла рот, чтобы что-то сказать, как тут же его закрыла. К их столику «плыла» официантка с заказом. Поставив всё на стол, она следом шлёпнула бумажку со счётом и требовательно уставилась на Юрку своими подведёнными, как у гейши, глазами сверху вниз. Он торопливо полез в карман и расплатился, оставив приличные чаевые.

Официантка хмыкнула и кое-как выдавила из себя:

– Приятного аппетита…

Танька только головой покачала, глядя, как та плывёт обратно к барной стойке. Но вопрос, который они обсуждали, был куда важнее поведения наглой девицы. Она вновь обратила свой взор на Юрку и спросила:

– Я-то академ взяла, а у тебя как будет с работой? Отпустят?

Юрка пожал плечами, увлечённо разглядывая клеёнку перед собой. Татьяну это насторожило. С намечающейся в голосе угрозой она проговорила со значением:

– Юрик?..

Юрка тяжело вздохнул и промямлил:

– Отпуск, может, и дадут, только если за свой счёт. Но тут такое дело… – Он стал водить пальцем по столу, не зная, как бы помягче преподнести Татьяне новость, которая могла её расстроить.

Видя его нерешительность, девушка нахмурилась, словно грозовая туча. Он, подняв на неё взгляд, с деланной улыбкой небрежным тоном проговорил:

– А я могу вообще до весны быть свободным… – Брови на переносице у Таньки сошлись в одну линию, и он поспешно выпалил: – Меня весной в армию забирают, так что… – И, не дожидаясь взрыва эмоций, закончил: – Ты меня будешь ждать?

Татьяна смотрела ошарашенно на него несколько мгновений, а потом, схватившись за голову, простонала:

– Этого только ещё и не хватало!

Юрка обиженно насупился:

– Я не понял… Так будешь или нет?

Девушка взглянула на него с тоскливой нежностью, которой он от неё уже и не ожидал, и проговорила:

– Конечно, буду! Только… – Она вдруг всхлипнула и добавила жалобно: – Я не думала, что так скоро…

Юрка принялся её успокаивать, совершенно позабыв про остывающие чебуреки и салат «Здоровье», розоватой кучкой ожидавший его на тарелке.