Ирина Дынина – Элька и король. Мглистые горы (страница 42)

Впрочем, молодым тангарам никто не собирался позволять расслабляться на вечернем солнышке и наедать толстые бока.

И, Бала Каменный Кулак, и старейшина Сурим, мгновенно вспомнили о тысяче мелких дел и делишек, которыми незамедлительно следовало бы, заняться молодым гномам.

У Граста, аж в глазах зарябило от их перебежек и прочей суеты.

Молодые гномы, не останавливаясь ни на мгновение, организовали привал, отыскали для старшин своего народа ручей с чистой и холодной водой, рысцой сбегали к эльфам-кашеварам и, разжившись походной кашей, сваренной на славу, рассыпчатой и духовитой, притащили чашку и для самого Граста, накормив того до отвала.

Вероятно, питаться всухомятку и грызть лембосы, запивая их вином, король пока не собирался. Он еще не покинул пределы своих земель и намеревался путешествовать со всевозможными удобствами.

– Разве они не устали? – спросил Граст у старейшин, наблюдая за суетными действиями братьев-гномов. – Они тоже должны отдохнуть, иначе, какие с них завтра будут воины?

Сурим и Бала переглянулись и усмехнулись, одновременно ударяя кулаками по собственным коленям.

Оба старейшины, удобно расположившись на сухом пригорке, блаженствовали, пуская душистый дым из своих курительных трубок.

– Молодой гном должен быть всегда занят. – наставительно произнес Сурим Краснобородый.

– Да-да, – поддержал советника узбада Бала Каменный Кулак. – Пусть лучше у него будут заняты руки доброй работой, чем голова – дурными мыслями.

– И, когда же им отдыхать? – удивился следопыт, мимо которого проскочил Паин, тащивший в крепких руках седло.

– Ночь длинная. – пожал плечами Сурим. – Успеется.

Граст, отлично пообедавший, а, заодно и поужинавший, ибо набивать живот в походе – последнее дело, блаженствовал на солнышке, устроившись рядом с гномами, наслаждаясь праздностью и ничего неделанием.

Неугомонные братцы куда-то увели его смирную лошадку, ненавязчиво присоединив ее к своим пони, но следопыт ничуть не волновался, предполагая, что вскоре ему вернут его средство передвижения, в целости и сохранности, накормленным, напоенным и, возможно, даже с заплетенной в косички, гривой.

«Кстати, о косичках.» – следопыт бодро поднялся с мягкой травки – к их небольшой компании быстрым шагом направлялся Миримоэмон.

Эльф сохранял на лице выражение полного спокойствия и безмятежности, но опытный человек сразу же почувствовал тревогу.

«Кажись, что-то случилось.» – подумал Граст, и последовал за эльфом, неспешно и даже медлительно, повинуясь его тайному знаку.

Оба гномских старшины открыли глаза, устав притворяться спящими и подтянули к себе свои топоры – они находились на вражеской территории и не имели намерения дать застать себя врасплох.

Шатер короля Трандуила расцвел на скромной лесной поляне, словно дивный золотой цветок.

Тонкая, шелковистая ткань шатра, тем не менее, отлично держала тепло и предохраняла от непогоды. Никакой дождь, ливень, снег, или, прочие осадки, насылаемые небом, не могли проникнуть сквозь тонкую ткань – совершенное изделие эльфийских кудесниц.

Сам король, с удобством, расположился на деревянном стуле, с высокой, изукрашенной дивной резьбой, спинкой. В поход Трандуил оделся просто – длинный кафтан темных тонов, переливающийся серебряными искрами, узкие шелковые штаны, белоснежная сорочка с затейливой вышивкой и высокие, до колен сапоги. На груди владыки сияла брошь Лихолесья, а на голове серебрился светлый венец, сменивший корону из цветов и листьев, обычную во дворце.

Роскошную, алую с золотым, мантию, Трандуил с собой в поход не взял, считая, что поражать диких орков своим величием, необязательно, а, мечом и стрелами – желательно. Владыка держался расслабленно, скрестив длинные ноги в непринужденной позе и, милостиво кивнул, дозволяя человеку из Дейла приблизиться к свой царственной особе.

Мельком, следопыт успел приметить и походную жаровню (зачем она, приятным летним вечером?), и, низенький столик, с разбросанными на поверхности, картами, и кувшин с вином, вероятно, с красным, любимым Трандуилом, более всех прочих.

Пригласив дейлинца в свой шатер, владыка величаво покинул резное кресло, столь напоминающее трон, только меньших размеров и без рогов и присоединился к командиру своей стражи и следопыту, стоявших около низкого столика. Бросив беглый взгляд на документы, Граст заметил, что карты пестрят различными пометками, сделанными рукой владыки.

– Ничего занимательного. – владыка пытливо взглянул на человека, словно намереваясь проникнуть в его тайные мысли (говорят, некоторые эльфийские мудрецы сноровисты и в подобном искусстве), а Граст слегка смутился, словно его поймали за рассматриванием срамных картинок.

– Мы почти достигли Таур-ну-Фуин или, как их еще называют – Темных гор. – вежливо пояснил владыка, холодно кивая на, только ему понятные, пометки в дорожных картах. – Пока мы стоим лагерем на берегу этого ручья, воины-Тени, отправятся на разведку. Следопыты обнаружили следы неизвестных на нашей земле. Они следуют за нами от самого дворца, как будто вернулись времена темной Длани Саурона, простершейся над Лесом!

Король раздраженно тряхнул длинными волосами, смахнул воображаемую пылинку с рукава своего длиннополого кафтана и продолжил. – Здесь, в сердце моих Земель, вражеские лазутчики! Немыслимо, но следы на траве не лгут. За нами следят, и я должен, во чтобы то ни стало, узнать кто и с какой целью это делает. Как только мы выясним это, наглецы поплатятся за свое безрассудство.

– Я могу присоединиться к твоим прознатчикам, владыка? – поинтересовался Граст, надеясь на то, что король не станет препятствовать его желанию отправиться на разведку, но Трандуил отрицательно кивнул головой.

– Нет, человек из Дейла. Ты останешься в лагере. Мои Тени скрытно следовали за колонной и их никто не видел, по, крайней мере, – король взглянул на Миримоэмона с некоторым недовольством. – я очень надеюсь на это. Ведите себя, как обычно – пусть молодые тангары шумят, как и прежде, а старшины, – Трандуил тонко усмехнулся. – ворчат, как привыкли. За тем шумом, что по пятам следует за беспокойной гномьей компанией, никто не расслышит дыхание моих Теней.

– Разве я, проведший столько дней и ночей, путешествуя по Пустошам, нянька для шумных и сварливых гномов? – забывшись, позволил себе разозлиться Граст, во что бы то ни стало, желавший нынче же ночью отправиться на разведку – раны от орочьих стрел заболели сильно и разом.

Глаза Трандуила приобрели стальной цвет, а голос стал резким и неприятным.

– Ты станешь нянькой, если потребуется. – король не имел намерения заниматься уговорами – И будешь вытирать носы и кормить гномов с ложечки, лишь бы они хорошенько играли свою роль. Мне нужны эти шпионы. Их поимка – дело скорого времени. К тому же, суметь поймать их, это и в интересах Дейла.

Обычно красивое лицо короля исказилось от злости, он не желал выслушивать возражения от смертного.

Граст степенно поклонился – спорить с Трандуилом, пребывающим в скверном расположении духа, мог лишь сумасшедший.

Миримоэмон покинул шатер владыки вместе со следопытом и некоторое время молча шел рядом с дейлинцем.

– Не надо сердиться, человек из Дейла. – примирительно произнес лаиквенди. – Владыка – мудр и прозорлив, он знает, как нужно поступить правильно. Мы уже пытались изловить лазутчиков, – неожиданно признался эльф, выдавая тайну, столь уязвлявшую самолюбие эльфийского короля. – но им все время удается ускользнуть. Мы даже не знаем, кто они такие – очень похожи на людей, но пахнут, как орки.

Сердце следопыта сильно забилось в груди от горькой догадки.

– Может быть, это те самые ракхас, странные орки, которых я видел вместе с Эриком Черным?

– Может быть. – лаиквенди тряхнул своими косичками. – Эрик Черный многому научился у своего командира – вождя Эарнила. Жаль, что он не сгинул вместе с ним на проклятом берегу!

– Жаль. – словно эхо, повторил за ним Граст.

Вернувшись на стоянку, дейлинец устало упал на свой плащ, дав отдых напряженному телу.

Гномы, понимая, что в эльфийском лесу им никто не позволит палить костры, лежали рядом, завернувшись в теплые одеяла. Не смотря на жаркий и приятный день, здесь, подле склонов Таур-ну-Фуин, было прохладно, и от близкого ручья ощутимо тянуло сыростью.

Дождавшись момента, когда шумные гномы, закончив возиться в темноте, угомонятся, Граст, беззвучно, как умеют лишь следопыты Пустошей, покинул лагерь и затаился в густом кустарнике у самого ручья.

Чтобы там не говорил Трандуил, следопыт намеревался собственноручно изловить вражеских прознатчиков, а не дожидаться, пока эльфы сделают это за него. Ужасно чесались кулаки и недавняя рана от орочьей стрелы, не давая следопыту покоя.

Ночь давно перевалила за свою половину и звезды начали меркнуть в высоких небесах, от воды поднимался пар, затянув низину белой пеленой тумана. Ветви деревьев застыли в неподвижной тишине, в ожидании пробуждения.

Граст сильно замерз. Он и подумать не мог, что ночью так похолодает. Теперь ему была понятна причина наличия жаровни в шатре эльфийского короля.

Не очень-то приятно мерзнуть от холода, в то время, когда можно путешествовать с удобствами.

«Скорей всего, место особенное. – подумал Граст, пытаясь изменить положение тела и слегка размять, затекшие от долгого ожидания конечности. – Как будто сейчас утро ранней осени, а не первого месяца лета».