Ирина Ардо – В плену Иллюзий. Поймай меня, Менталист! (страница 6)

На какое-то время я даже забыла о существовании инквизитора и с удовольствием уничтожала всё, что принесла хозяйка заведения. Горячий чай вообще был как нельзя кстати. Сыр тянулся и приятно контрастировал с хрустящим хлебом, а мясо из пирога буквально таяло во рту.

Хорошо, что не стала упрямиться. Неизвестно, когда ещё я смогу так вкусно поесть, и смогу ли вообще.

Солнце практически полностью поднялось из-за горизонта и светило прямо мне в глаза через незашторенное окно. Пришлось прикрыть веки, чтобы не смотреть на такой яркий свет. Зрение мне пока что было очень даже нужно.

– Могу задёрнуть штору, – предложил Торн. – Конечно, полностью от солнца не закроет, но это будет хотя бы что-то.

Лучше бы молчал, ей-богу. Такой момент испоганил, аспид.

– Нет, – даже не посмотрела на него. – Не хочу.

– Соскучились по дневному свету при ночном образе жизни?

– Всё-то вам надо знать, пэр Торн.

– Просто хочу поддержать беседу. Нам предстоит вместе работать, так зачем нам быть врагами?

– Что-то с Саифом вы не были настроены на болтовню, – скептично посмотрела на мужчину, не убирая прищура.

– Тогда я не знал, что передо мной женщина. Прошу меня простить, но я не могу отдавать вам приказы, как солдату.

Смотрите-ка какой. Почти романтик, если можно так сказать.

– Думаю, с такими, как я, вы сталкивались не раз, – дождалась утвердительного кивка. – Женщины трущоб не такие, как аристократки и простые горожанки. Мы не как солдаты, мы и есть они, и у нас тоже есть негласные командиры.

– И кто же ваш? – снова этот азартный блеск.

Вцепился, как голодный пёс в пустую кость, за уши не отдерёшь.

– Я.

– Не понял… Что это значит?

– То и значит. Я доказала то, что могу действовать сама, и дать достойный ответ. Знаю, вы надеялись выйти на преступную группировку, но и тут облом, да? – ехидно хмыкнув, я поднесла кружку ко рту и шумно отхлебнула чаю, закусывая последним кусочком «кролика».

О таких вещах можно было говорить легко, так как Торн действительно ни на кого не сможет выйти, такая уж специфика.

– Но вы сказали, что есть командиры…

– Для слабаков и неуравновешенных. Именно таких вы и ловите изо дня в день, верно?

– Не совсем.

Наверное, этот бессмысленный разговор с перебрасыванием туманных фраз продолжался бы ещё долго, если бы я не услышала шум за окном. Слегка развернувшись, я посмотрела на улицу, где столпились разгневанные горожане. Они смотрели на землю, образовав кольцо.

Похоже, кто-то не особо расторопный попался. Дурака не жалко, конечно, но… Мне показалось, что в просвете между ногами и юбками мелькнула детская ручка. Сердце болезненно сжалось от дурного предчувствия.

Рывком поднялась с места и направилась в сторону выхода. Дознаватель протянул руку, видимо, чтобы остановить меня, но не успел.

– Лейна, куда вы?

– Надо кое-что проверить, – сказала не оборачиваясь.

Если там ребёнок, то… Страшно даже представить, что взрослые люди могут с ним сделать.

ГЛАВА 3: Забота о ближнем

Предварительно я насчитала человек семь или десять, но все они гудели так, будто центральная площадь в выходной день. Все смотрели вниз и сыпали ругательствами в адрес мальчишки, который смог лишь сжаться всем телом и закрыть голову руками, лёжа на земле.

Они… его били?

Все мысли улетучились, оставляя лишь одно – желание защитить, отбить ребёнка у этих негодяев. У меня не было сил даже на банальный вдох, по венам бежал концентрированный гнев, готовый выплеснуться во что угодно.

Мне удалось подбежать как раз в тот момент, когда грубый мужик поднял ногу, чтобы носком своего сапога ударить прямо по детской пояснице.

– Не смейте! – выкрикнула и тем самым вернула внимание толпы себе.

– Пошла вон отсюда! – рыкнул бородатый исполин.

– Иначе что? – вышла вперёд. – И мне вмажешь?

На лицах прохожих читалось многое: злоба, брезгливость, снисхождение. Каждый счёл своим долгом оценить мой внешний вид и мои возможности. Если бы я не попалась перед Торном, то сейчас выглядела бы более внушительно. Впрочем, можно было изменить облик перед выходом, но тогда я об этом не подумала, а зря.

– Будет ещё какая-то пигалица со мной пререкаться! – амбал двинулся в мою сторону, закатывая рукава.

Я уже приготовилась к наведению иллюзии, благодаря которой он будет чувствовать, будто горит заживо. Когда мне практически удалось опутать его голову соответствующим плетением, за моей спиной раздался голос:

– И вы считаете себя мужчиной, нападая на женщину?

Обернувшись, я увидела перед собой Лиама Торна, вышедшего из таверны. Он медленно направлялся в нашу с разозлёнными горожанами сторону, но не стоило обманываться этим спокойствием. Несмотря на идеально ровную осанку и нарочито надменный взгляд, менталист выглядел, как настоящий хищник. Как только он поравнялся со мной, я обратила внимание на его руки, спрятанные за спиной – дознаватель слегка шевелил пальцами, разминая их перед возможной схваткой.

Зачем? Этому человеку было достаточно сделать один щелчок, чтобы вскипятить мозги минимум четверым.

– Пэр Торн? – весь запал мужлана куда-то пропал, а на лице появилась неестественная бледность.

– Толпой избиваете ребёнка. Поднимаете руку на женщину. Она же практически вдвое ниже вас ростом, уважаемый господин, – признаться, от его тона даже у меня волосы на затылке зашевелились.

«Уважаемый господин» тоже был не дурак и сразу понял, что пора ретироваться, иначе не миновать беды.

– Прошу простить… – он обернулся к остальным. – Чего уставились?! Работы мало?!

Во мгновение ока улица опустела, словно и не было здесь никого. Я же опустила глаза на землю, где по-прежнему лежал мальчик. На нём были старые рваные штаны и ужасно грязная сорочка. Он сотрясался всем худеньким тельцем, вцепившись пальцами в отросшие сальные волосы. Было практически невозможно определить, какого они цвета.

Опустившись перед ним на колени, я аккуратно погладила его по плечу и шепнула:

– Они ушли, мой хороший, – ребёнок вздрогнул, но не решился поднять голову. – Ну же, посмотри на меня. Больше тебя никто не обидит, обещаю тебе.

Мальчик послушался и показал своё лицо. Мне с трудом удалось сдержать вскрик – под левым глазом уже начал наливаться синяк, кожа покраснела и распухла, на правой щеке красовалась огромная кровоточащая ссадина, а нос…

Великие боги, только бы он не был сломан! Его семья явно не в состоянии оплатить лекаря, который может грамотно его вправить. Если эта самая семья вообще есть…

– Это они тебя так? – дрогнувшим голосом спросила сущую глупость, лишь бы только не молчать.

– Не боитесь, мэм. Я привыкший, – он шмыгнул носом и болезненно поморщился.

– Как тебя зовут? – поинтересовался Торн.

– Роберт, – буркнул в ответ мальчик. – Вам-то чё?

– За что они тебя так?

– Булку стащил, – Роберт попытался встать, но зашипел и повалился на брусчатку, стоило ему опереться на руку. – А чё они? Булка-то горелая, твёрдая. Они её собакам выкинули. А я чё? Хуже собаки, получается?

– Где твои родители? – продолжил допрос этот… дознаватель, пока я помогала ребёнку сесть.

Худенький, маленький, хрупкий… Да, ему же лет семь, не больше!

– Мамка померла, а папка ещё раньше сгинул.

– Погиб?

– Да, лучше бы сдох, – мальчик сплюнул на землю кровавую слюну. – Мамку обрюхатил, и всё… Сказал, надоела ему она.

– Это мать так сказала? – Торн нахмурился.

– Сам он сказал. Дара сказала, как он выглядит и где искать. Ну я и пошёл, а он меня сапогом. Выродком назвал.

Тварь.