Ирина Агапеева – От судьбы не уйдешь (СИ) (страница 5)

Проблемы с индивидуальностью у Ареса не было. Скорее наоборот. Ему настолько претила регламентированная жизнь приюта, что он старался делать наперекор все. Когда надо было ложиться спать, Арес убегал и прятался. Зато в выходные, когда разрешалось поспать подольше, этот мальчишка вставал раньше всех и занимался, чем хотел. Уроки, заданные в школе он не делал, казалось, никакие предметы его не интересовали, однако контрольные и проверочные тесты сдавал на удивление хорошо и практически безошибочно. Директор Джонас просила лично воспитателей и учителей проявить больше внимания и терпения к этому ребенку. Ей в глаза все обещали, что будут стараться изо всех сил, однако на самом деле Арес вызвал у всех, если не ненависть, то стойкую неприязнь. Он рушил всё их представление о воспитательном процессе, уничтожал их авторитет перед другими детьми, и не сегодня-завтра остальные дети последуют его примеру. Выручало их сейчас только то, что Арес все же был еще семилетним ребенком, а его сверстники сами его недолюбливали. Сейчас малышам кажется неприемлемым его поведение, но в подростковом возрасте они могут избрать лидером этого хулигана, и тогда он станет большой проблемой. Особенно, если в приют попадут дети, не с малых лет выросшие в его стенах, а более старшие. Говорить об этом директору Джонас педагоги не решались, ведь это было сродни признания своей некомпетентности. Поэтому Арес все больше выходил из-под контроля. Это был замкнутый круг.

Как-то старшие мальчишки решились все же проучить заносчивого Ареса. Они не столько питали неприязнь к его действиям, сколько им хотелось выслужиться перед воспитателем и получить его похвалу. Прокравшись ночью в комнату, где спал Арес, они накинули на него покрывало и спеленали как ребенка. Несмотря на общую браваду каждому было очень страшно, и они трясущимися руками наносили удар за ударом. Из-за страха удары были не слишком сильными, но все равно ощутимыми. Арес молчал, а когда экзекуция закончилась, он поднял на уши весь приют, добравшись на четвереньках до комнаты воспитателя. Его поведение поразило весь персонал. Подобные ситуации случались порой, ничего с этим не поделаешь и в тайне души каждый мечтал, чтобы Ареса, наконец, проучили. Но так себя не вел никто. После своей порции тумаков, дети молчали и не сознавались ни в чем, соблюдая какой-то глупый кодекс чести. Арес же, напротив, в подробностях рассказал, как он лег спать и как из комнаты взрослых пришли его мучители и как они его били. Никаких россказней про то, что он упал с лестницы. Поставить под сомнение его слова никто не мог, потому что результат был на лицо. Кроме того мальчик потребовал, чтобы все виновные получили наказание и публично извинились перед ним. Что бы ни замышляли своими действиями старшие ребята, они получили прямо противоположный эффект. Унижены оказались они сами, потому что директор Джонас действительно заставила их извиниться. Помимо всего прочего их лишили развлекательных походов в город на целый месяц. Такого поворота событий ни один воспитатель еще не видел. Арес не строил из себя победителя, равнодушно взирая на мучителей как на червяков. Так как никто мальчиков, конечно, не поддержал, а в глазах воспитателя они отметили неодобрение, то ощущали себя просто побитыми псами и после этого случая обходили Ареса стороной.

Это происшествие заставило Ареса заинтересоваться борьбой, и он записался на занятия, которые могли посещать все желающие при школе. Как ни странно там он вел себя дисциплинированно, выполнял все рекомендации тренера и тот просто не мог нарадоваться на такое приобретение. Тренер считал, что у мальчика явно талант, он был упертым, терпеливым и настойчивым. Без устали он отрабатывал приемы, показанные тренером. Так как он был очень крупным для своего возраста, то тренер возлагал на ученика большие надежды, мечтая открыть звезду. У них сложились весьма доверительные отношения, и тренер удивлялся, когда ему говорили, что Арес неуправляемый и непослушный. Конечно же, он про себя решил, что тут главное — его преподавательский талант, что заслужить уважение ребенка надо уметь и что у него это прекрасно получается. Ну а раз Арес не слушает воспитателей, так значит дело в них самих. Ему и в голову не могло прийти, что семилетний мальчик может его просто использовать в своих целях. Как бы там ни было, Арес твердо решил получить от уроков борьбы все сполна. Занятия эти благотворно сказывались на нем, помогая выплеснуть всю негативную энергию, скапливающуюся в его душе. Воспитатели заметили, что Арес стал более спокойным, после того как начал посещать тренировки, и восприняли это как благо. Большая часть энергии уходила у мальчика на занятия в школе и борьбу, поэтому всплесков агрессии не наблюдалось. На занятиях их учили контролировать эмоции, чтобы не показать врагу своих намерений, и Аресу очень понравилось это умение. Он старался изо всех сил и достигал хороших результатов.

Дети получали всестороннее образование и их учили многому, вот только никто не учил их любить. Научиться любить можно только наблюдая за кем-то, и практически все они были этого лишены.

7. Герой

Все дети, живущие с Аресом под одной крышей, были для него серой массой. Он не пытался различать их имен и лиц, знал только некие контуры — вес, рост, цвет волос. Так он мог понять на своем ли месте тот или иной человек, не несет ли он угрозы. Мальчик не видел причины, по которой должен был бы заинтересоваться кем-то. Единственной, кого он отличал от остальных, оставалась Мелисса. С самого первого дня пребывания в стенах приюта, Арес запомнил имя и лицо чудной девочки, а так же ее прикосновение. Ему доставляло удовольствие наблюдать за малышкой, за ее игрой, интонациями, жестами. Он открыто смотрел на нее, зная, что маленькая девочка не замечает его. Она действительно, как и он, не выделяла никого из детей, не искала их внимания, не играла с ними. Привязана она была только к тете Мери. Арес примечал все это и видел в ней родственную душу. Ему так хотелось, чтобы Мелисса запомнила его, подружилась с ним, но он не видел способа сделать это. Виделись они довольно редко, ведь весь день Арес был в школе на учебе, потом на занятиях борьбой и приходил в приют уже под вечер. В столовой он наблюдал, как Мелисса помогает накрывать на стол и не понимал, зачем ей это надо. Когда девочка спешила помочь какому-то другому ребенку, сердце Ареса щемило, он испытывал жгучую ревность, хоть и не знал названия этому чувству. Арес не умел любить и не знал, что такое любовь. Сентиментальные фильмы он еще не смотрел, никаких проявлений чувств вокруг себя не видел и не понимал, почему его так тянет к этой девочке. Посоветоваться, конечно, было не с кем, да и повода для этого Арес не видел. Проблемы никакой не было, она живет рядом, ходит мимо, улыбается, и Аресу этого было достаточно. Он предположил, что она может быть его сестрой, и поэтому он испытывает чувство родства. Почему-то мальчик решил, что об этом никто не должен знать, и ему было даже приятно, что в его жизни появилась тайна.

Вот поэтому Арес и не заговаривал с Мелиссой, не пытался сблизиться, а просто наблюдал за девочкой на протяжении еще двух лет.

За эти годы они оба подросли и прижились в приюте. Отстояв однажды свою независимость, Арес стал более дисциплинированным. У него появились мечты и цели. Они были еще детскими и не до конца сформировавшимися, но одно он знал точно — Мелисса всегда будет рядом. Девочка же в свои шесть лет была на редкость уступчивой и мягкой. У нее так и не было периода непослушания и своеволия.

Правда, благодаря ее характеру, никто от нее ничего и не требовал, ей доверяли все делать самой. Ведь все взрослые знали — это же Мелисса, зачем ей указывать, что надо убрать постель, если она и так это сделает раньше других и поможет остальным? Это касалось любых вещей, будь то уроки или уборка. Поэтому в свои шесть она имела больше свободы, чем старшеклассники. Этот выбор был ее личный, осознанный. Какой бы тихой и послушной она ни была, но малышка добивалась всего, чего хотела.

Тетя Мери работала в приюте уже двадцать лет. Она была бесхитростной и простой женщиной, и недостаток ее образования восполнялся трудолюбием и добрым отношениям к детям. Она, как старожила, делала в приюте, что хотела и считала свои методы воспитания самыми правильными. Если она и ослушивалась директора, то только потому, что искренне верила в то, что она, Мери, лучше знает. Девочки были к ней очень привязаны, да и многие мальчики тоже. Старая Мери всегда находила минутку для любого, кто к ней обращался, а уж поговорить вообще обожала. Она могла рассказывать детям о своих проблемах, делах и увлечениях во всех подробностях без всякой задней мысли. Тетя Мери всегда укладывала девочек спать вечером и сидела с ними допоздна, тогда как вторая воспитательница — миссис Пот — никогда этого не делала. Потом тетя Мери шла в комнатку воспитателей и включала электрочайник. Ее мучила бессонница, и женщина могла полночи читать книгу, попивая чай. Использование электрочайника было строго запрещено в комнате, но тетя Мери прятала его под кровать, замотав в старые гамаши. Ей неоднократно говорили, что здание очень старое, что проводка в нем не менялась, и она не рассчитана на современные бытовые электроприборы, которые появились в таком количестве в последнее время. На кухне проводку заменили, а вот больше нигде этого не сделали. К тому же чайник ее был старым и недавно стал барахлить, иногда не срабатывал механизм, и он не выключался при закипании воды. Тетя Мери не видела в этом ничего страшного, ведь она всегда была рядом и выключала его сама. А то, что она нарушала правила, то это было позволительно за то, что она все эти годы посвятила приюту.