Ирина Абашева – Закрытый остров (страница 6)

Красивый тембр голоса, приятная улыбка на загорелом лице, подтянутый, вполне симпатичный. Но не мой вариант. Я прекрасно понимаю, что ему тоже не нужны проблематичные отношения и, вернее всего, наше общение продлится ровно до момента моей посадки в самолет.

Так, осадила я сама себя. Реально собралась дать шанс Арсену? Не-е-е-е, всё. Этому столику больше не наливать.

– Спасибо большое, – я улыбнулась парню, покачала головой. – Не стоит.

Поднявшись из-за стола, направилась к себе в номер. Пора завязывать пить в одиночестве на людях, а то все думают, я сюда развлекаться приехала и ищу пару для романа. На самом же деле я хотела побыть в одиночестве.

Глава 8

Через несколько дней, когда кожа покраснела от постоянного нахождения на солнышке, когда уже расслабленно и с ленцой смотришь в сторону бара, Когда похмелье перешло в стадию аль денте, я лежала в шезлонге и, намазав себя кремом, упорно получала витамин Д. Алиска убежала куда-то, может, за своим Гриней, а может, за парой коктейлей.

– Женька, ты обалдеешь! – надо мной нависла счастливая Алиска. Ох, не к добру это, совершенно не к добру. Ни к чему хорошему не приводит такое начало разговора. – Знакомься – это Рафат.

Я села и приподняла солнцезащитные очки. Ну, тут все как обычно: молоденький, белозубый, темноглазый, загорелый. Мужик, не переставая улыбаться, переводил взгляд с моей несуразной фигурки на Алискину идеальную. Когда наши взгляды встретились, он улыбнулся еще шире и закивал.

– Алиса, – угрожающе начала я. Не хватало еще в чужой стране разойтись с Гриней из-за местного контингента.

– Ой, да ты сначала выслушай, а потом уж пори горячку. Вечно ты не разберешься и панику наводишь. У Рафата есть яхта! Прикинь! – Алиска по-детски, с восторгом приподнялась на носочки и прижала кулачки к груди. – Давай кружок сделаем и все. Сразу обратно вернемся. Ну, прошу тебя, очень, очень, очень.

– Алис, – я устало вздохнула. Вот что мне с ней делать? – А потом как мы от них отвяжемся? Или ты думаешь, он на все согласился только ради твоих прекрасных глаз?

– Женька, ты такая зануда, как бабка, – Алиска топнула ногой. – Так, если ты не едешь, то я еду одна.

– Да епт! – я встала, сдернула полотенце с шезлонга. – Мы когда-нибудь из-за твоих выходок попадем по полной.

– Ну Женька, – подруга взяла меня под локоть, развернула в сторону моря и с придыханием начала: – Это же яхта. В Турции. Когда еще мы с тобой сможем так оторваться? Да никогда. Гриня меня и так без конца контролирует, скоро вообще под домашний арест посадит.

– Я бы немедленно посадила. Идем.

Я кивнула белозубому. Алиска подхватила парня под руку, и мы направились к пирсу. Ничего себе сколько тут всего! Я рассматривала лодки, яхты и катера. Доски пружинили под ногами, туда-сюда сновали люди. Разгружали, загружали, подмигивали. Шум стоял, как на базаре.

Наконец парень остановился. Яхта была действительно хороша. Высотой в два этажа, черная глянцевая с красными вставками по краю борта. Затемненные окна. Пол, покрытый светлым паркетом. На корме выбито «Второй ветер».

Около яхты нас ждал еще один парень. При виде меня его лицо слегка вытянулось, белозубая улыбка померкла. Так, конечно. Он думал, что в комплект с длинноногой блондинкой шла такая же высокая брюнетка. А тут поразительное сокровище в лице незабвенной меня. Его представили, но, хоть убей, я не запомнила имя.

Мы поднялись на борт. Здесь стояли стол, диван и несколько кресел. Дальше, пройдя сквозь распашные двери, мы попали к диванам, телевизору. Дальше шла полноценная кухня. Тут и плита была, и духовка! Раковина с подсветкой! Я погладила холодную каменную поверхность. Бли-и-ин, здесь кухня лучше, чем у меня дома!

Дальше мне было не интересно. Пульт управления с большим количеством мониторов, рычагов и прочего. Огромные панорамные окна наполняли комнату светом. Тут же был спуск вниз.

– Мальчики, а где у вас уборная? – Алиска красиво покраснела.

– Вниз, вниз, – махнул один из парней.

Мы с Алиской гуськом спустились по крутой лестнице. Так, сюда пьяной точно лезть не стоит – все ноги можно переломать. Нас тряхнуло, и лодка отчалила. В уборной были душ, раковина и унитаз. Я покрутила краны. И горячая, и холодная вода. Прям чудо какое-то.

Оставив Алиску поправлять макияж, я заглянула в соседнюю дверь. Комната без окон с синей неоновой подсветкой и огромной кроватью. М-м-м-мда. Сюда точно ни ногой.

Развернувшись в небольшом коридоре, я заметила еще одну дверь. Комната со шкафом, кроватью и огромными окнами, мимо которых проплывали судна. Яхта стремилась на волю.

Поднявшись и пройдя вдоль борта, я обнаружила несколько диванчиков и стол.

– Там можно загорать, – сказал Арсен.

Я поднялась на носочки и увидела площадку, покрытую шершавой плотной тканью молочного оттенка. Круто!

Ни фига себе! На крыше оказался второй пульту управления. Прямо на открытом воздухе. Рядом – несколько кресел и сложенный тент.

Я всегда не понимала, как люди живут на яхтах. Всегда думала, что это – подобие крытой надувной лодки, а оказалось, вполне добротная квартира.

Яхта врезалась в волны, рассыпала их снопами брызг. Своеобразный соленый дождь долетал до нас. Когда солнце встало в зенит и стало слишком жарко, мы зашли под крышу. Пили вино, пытались общаться, не распространяясь о том, что я хорошо понимаю мужчин.

Сидели на удивление довольно неплохо, парни нас смешили, пытались рассказывать о том, что виднелось на побережье. Под шум волн я рассматривала, как из водной глади восстают синеватые горы. Одна прячется за другой, словно ребенок выглядывает из-за маминой юбки. Постепенно горы обрастали зеленью и белесыми домиками с красной крышей. Можно было четко различить пирс по вытянутым вверх удочкам мачт, песчаный пляж с россыпью муравьев и четкие ряды пальм.

Яхта покинула бухту. Когда она проплывала мимо скал, мне стало не по себе. Вспомнился мой кошмар. Фу, не люблю горы. Они сгрудились, рассматривая нас. Обсуждали, как задержать, потопить мелкое суденышко. Но все же отпустили свою добычу. Море оттолкнуло руки береговой линии и забрало нас себе.

Горы вздымались над водой, заглядывали за горизонт. Они, покрытые зеленью лесов, прорезали песчаные дороги. На одном берегу я увидела недостроенные домики. Обойдя какой-то изолированный остров, нам показали грот. Говорят, пираты на этом месте спускались под воду, выдолбили в острове тайник и прятали там свое золото. Мимо пронеслось водное такси.

Яхта тихо покачивалась на волнах. Становилось очень душно. Правда, у горизонта появились облака. Сейчас они занавесят солнце, и будет возможность еще позагорать. Я, напрягшаяся с момента знакомства с мужчинами, наконец расслабилась и мелкими глотками потягивала прохладное вино.

– Рафат, а давайте поедем к тем скалам? – Алиска показала на едва видневшуюся зубастую темную неровность над поверхностью воды.

– Что захотите, принцесса. Наверху будет лучший вид, – ее спутник вышел из-за основного штурвала. Они поднялись.

Оставшись наедине со вторым парнем, мы немного помолчали, смотря по сторонам. Море мерно постукивало о края яхты, горизонт покрылся синеватой дымкой, легкий ветер играл с флагом. Я пыталась вспомнить, как зовут этого мужика.

– Рафат, ты облака видел?

– Хасан, не паникуй, я все видел. Мы туда и обратно. Успеем, – отмахнулся от него друг. Мужик еще раз хмуро взглянул на облака и неуверенно улыбнулся мне.

– Кем вы работаете? – спросила я, чтобы прервать молчание, которое постепенно стало напрягать. Мужчина растерянно улыбнулся, приподнял брови и почесал подбородок. Я вздохнула, вечер будет долгим. – Ну, работать. Work1, работа.

– А! Работа. – английский он понял, уже хорошо. Значит, будем общаться на смешении всех языков. Я усмехнулась, глядя, как парень подбирает слова. – Стоматолог.

А, теперь понятно, откуда у них такие белоснежные улыбки. И парень пытался играть в «крокодила». Жестами показать зубную боль и лечение. Схватился за щеку, покачал ее, зажмурившись. Потыкал в себя пальцем и сказав: «Вжух-вжух», – принялся тыкать в рот там, где болел зуб. Было довольно забавно, с учетом того, что я знала ответы. Но облегчать его участь совершенно не хотелось.

Пока мы пытались общаться, смешивая английские, русские и турецкие слова, часть показывая жестами, яхта подплыла к скалам. Ближе подходить было нельзя из-за рифа, который мог повредить дно. Выйдя из стеклянных дверей на палубу, чтобы лучше разглядеть гряду, я заметила, как стало ветрено. Облака – белые плотные с явно различимой границей внизу, словно обведенные карандашом, – приблизились и уже начали обходить нас с одной из сторон.

– Рафат, давай возвращаться. А то еще дождем накроет и будет плохо, – закричал тот, кого я не могла вспомнить.

– Да знаю я, успокойся, – яхта натужно, сопротивляясь ветру, повернулась в сторону берега, которого уже не было видно.

Да-а-а-а, далековато мы заплыли, и ветер мне совершенно не нравится. Мужик, заметив мое беспокойство, на ломанном русском проговорил:

– Домой едем, дождь может начаться. Идите в комнату, там спокойнее.

Алиска, зябко ежась от ветра, спустилась ко мне. Села на диванчик рядом. Даже она, вечно активная, заподозрила неладное и тревожно зашипела.

– Что они там говорили?