Ирен Софи – Генетическое чудо для космических мачо (страница 4)

– Еще, – выдохнула я, чувствуя, как тот самый внутренний узел пульсирует в такт светящимся линиям на его шее. – Вейн, я…

– Да! Дай это мне! Ева! – Его губы прикусили сосок, посылая новый, более резкий импульс, а его воля, его фокус сконцентрировались на мне с невероятной силой.

Я закричала, чувствуя, как пик накатывает. Его тело менялось прямо у меня на глазах. Голубые прожилки вспыхнули ярким бело-голубым светом, заструились быстрее. Воздух вокруг него затрепетал сильнее. А там, где его тело соприкасалось с моим бедром, я ощущала уже не просто кожу, а сгусток плотной, почти осязаемой энергии – отражение его желания, но лишенное грубой физической формы.

– Видишь, что ты со мной делаешь, Ева? – простонал он. Его голос звучал так, будто он говорит сквозь воду. – Я должен… завершить резонанс. Должен войти в контакт.

И он вошел. Это было слияние энергетических полей. Я ощутила проникновение как вспышку бело-голубого света за закрытыми веками, как волну огненного холода, заполнившую все внутри. Была боль – острая, режущая, как разряд, бьющая по нервам. Боль первого, насильственного соединения двух несовпадающих систем. Но за ней… Когда первый шок прошел, и наши ритмы начали – с скрипом, с сопротивлением – подстраиваться друг под друга, пошло иное. Каждая «пульсация» нашего контакта разжигала внутри меня не жар, а сияние. Оно растекалось от центра, заставляя все тело трепетать в унисон с его мерцающими линиями.

– Смотри на меня! – прозвучал приказ, и в его голосе была не только страсть, но и отчаянная надежда.

Я открыла глаза. Его синие глаза, обычно ледяные, теперь пылали изнутри тем же сине-белым светом, что и его тело. В них отражалось мое лицо – раскрасневшееся, с затемненными от переживания зрачками.

– Ева… – его голос сорвался. – Да… Именно так…

Он ускорил ритм нашего соединения, и это уже был не физический темп, а нарастающая частота резонанса. Она подводила меня к краю, к тому самому пику, который был не просто оргазмом, а выбросом, каскадом… И я взорвалась. Крик вырвался из меня сам, когда волна чистой энергии прокатилась изнутри наружу. Мне показалось, я сама на миг засветилась. И я почувствовала, как Вейн достигает своего пика со мной. Мощный, сконцентрированный импульс, ударивший в самое мое нутро. Его тело на миг потеряло четкие очертания, свет стал ослепительным, а кости будто пропали – он стал почти человеком, почти тем, кем стремился быть.

– Да! – его крик был торжествующим. – Получается! Я снова чувствую это!

– Вейн! – закричала я в ответ, растворяясь в этом совместном экстазе, в этом прорыве.

– Ева… ты невообразима… – его голос был тихим, как отголосок. – Но мне… мало.

Я лежала, вся излучая остаточное тепло, чувствуя странную, приятную ломоту в мышцах и легкое жжение внутри – след непривычного энергетического обмена.

– Я отнесу тебя очиститься, и мы продолжим, – сказал он, и в его голосе снова зазвучала та самая, гипнотическая мягкость. – Я хочу больше. Хочу глубже понять этот резонанс. – он облизал губы, и этот жест был внезапно очень… человечным.

Я молчала. Сложно было оценить свои желания. С одной стороны – только что пережитое слияние, которого я никогда не знала. С другой – внутри все еще саднило от первой, грубой стыковки двух чуждых миров.

Вейн поднял меня, прижал к груди. Его кожа, обычно прохладная, теперь была теплой. Его губы коснулись виска, послав легкую, щекочущую волну. И мое тело, предательски, откликнулось новым трепетом.

– Ты хочешь этого снова, – прошептал он прямо в ухо, и его слова отозвались вибрацией в костях. – Я чувствую, как твое поле тянется к моему. Мне тоже не терпится… углубить связь. Снова достичь того пика.

Он внес меня в небольшую кабину для гигиены, поставил на ноги. Струи воды, смешанные с очищающим полем, омыли кожу. Он оказался рядом, его тело светилось в парящем тумане.

– Продолжим… – его шепот слился с шумом воды. – Теперь, когда первый барьер пройден… все будет иначе.

Глава 5

Душ на космическом корабле «Астрари» оказался тесным для двоих. Капли конденсата стекали по полированным стенам, смешиваясь с паром, а я прижималась спиной к холодному металлу, пытаясь найти опору в этом водовороте новых ощущений.

– Ты дрожишь, – голос Вейна прозвучал прямо над ухом. Его ладонь, излучающая то самое привычное уже легкое покалывание, легла на мое плечо.

Пальцы, длинные и сильные, оставляли на коже не просто ощущение, а след – волну тепла или прохлады, которая расходилась под кожей. Его тело, даже в расслабленном состоянии, двигалось с грацией хищника, а бедра, широкие и мощные, напоминали о невероятной силе. Я хотела что-то сказать, но он закрыл мой рот своим. Губы, горячие и требовательные, обхватили мои, а язык вторгся внутрь, не спрашивая разрешения, – настойчивый, властный, сплетающийся с моим в странном, энергичном танце. Он покусывал, посасывал, утверждая не «мужское право», а свою волю, свое желание. Вода вокруг нас казалась кипящей от этого напряжения. Дрожь пробежала по животу, когда его язык прочертил влажную линию от мочки уха до ключицы, оставляя за собой не физический след, а дорожку из мурашек.

– Ты такая… податливая, – он прикусил основание шеи, и это было не больно, а странно электризующе. – Плавишься от прикосновений.

Его ладонь скользнула ниже, обхватив грудь. Большой палец, грубоватый, прошелся по соску – сначала едва касаясь, потом с нарастающим давлением. Под водой это ощущалось иначе, острее. Сосок затвердел, отзываясь не на трение, а на направленный импульс его внимания.

– А так? Чувствуешь сильнее? – Вейн наклонился, и его рот захватил сосок. Язык закружился вокруг, губы сжали, и я застонала, впиваясь ногтями не в его плечи, а в те самые светящиеся линии на них, чувствуя, как под пальцами пульсирует энергия.

– Да… – его собственный стон был низким, почти рычанием. Он оторвался от груди, дыхание сбивчивое. – Сейчас… сейчас будет лучше.

Одну руку он оставил на груди, продолжая выводить пальцами круги вокруг соска, а другой поднял мою ногу, обвив ее вокруг своего мощного бедра. Его вторая рука двинулась вниз, к промежности. Не палец, а скорее сгусток его сосредоточенного внимания сначала коснулся кожи, раздвигая, исследуя. Я непроизвольно подалась навстречу, ища больше этого контакта. Но Вейн не торопился. Он «касался» легко, почти неосязаемо, вызывая муки ожидания. Я уже изнемогала, внутренняя дрожь нарастала с каждым мигом. Он опустил голову, и его дыхание, а затем прохладное прикосновение языка обожгло кожу, но все еще не там, где хотелось. Когда он, наконец, коснулся самой чувствительной точки, это было не щекотание, а точечный разряд, принесший невыносимое облегчение и новую, более острую жажду.

Он «ласкал» методично – сначала широкими, будто разогревающими пассами, затем сосредоточившись на одной точке, заставляя мои ноги дрожать от напряжения. Потом к игре присоединились уже настоящие пальцы – уверенно раздвигая, натирая, а затем проникая внутрь. Ощущение было двойным: физическое прикосновение и наложенная на него волна его энергии.

– Ты… вся вибрируешь, – его голос прозвучал приглушенно, а подбородок упирался мне в лобок. – И внутри горишь.

Он добавил третий палец, медленно растягивая, в то время как его язык и воля продолжали работать. Я чувствовала, как внутри все сжимается и разжимается, как волны концентрированного тепла разливаются от центра. Мои бедра начали сами двигаться ему навстречу, когда его пальцы углублялись, а фокус его внимания давил на нужную точку. Я закинула голову назад, чувствуя, как все мышцы натягиваются как струны. Но он… остановился.

– Нет! – вырвалось у меня, но Вейн уже поднимался, вода стекала с его светящегося в тумане тела.

Он подхватил меня под ягодицы так, что ноги обвили его за спиной. Там, где наши тела соприкасались, я чувствовала не кожу, а плотное, пульсирующее силовое поле. Головка его ствола – вернее, то энергетическое образование, что ее заменяло в момент единения, – скользнула по мокрой коже несколько раз, размазывая не влагу, а само это ощущение. Потом он прижался к входу и начал входить. Давление было неумолимым, но плавным. Я чувствовала каждый сантиметр этого слияния, как наша энергетика, с трудом, со скрипом, сплеталась воедино. Его живот, покрытый тем же сияющим узором, напрягся, стараясь продлить этот миг первого, полного соединения. И вот он вошел полностью.

– Какая же ты… глубокая связь, – простонал он.

Он замер на мгновение, давая нашим системам привыкнуть друг к другу, а затем начал двигаться. Это уже не было просто физическим движением. Каждый «толчок» был волной резонанса, проходящей через меня, наполняющей до краев и раздвигающей не физические стенки, а границы восприятия. Вода хлестала вокруг, но мы были в центре своего собственного буйства. Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как под пальцами играют не мышцы, а потоки энергии, синхронизированные с его ритмом. Темп участился, стал неистовым. Каждое движение достигало самой глубины, и оттуда, в ответ, вырывались разряды чистого ощущения, бежавшие по позвоночнику. Я чувствовала, как его низ живота трется о меня, усиливая контакт, а все мое тело выгнулось в немом крике. Оргазм накрыл не волной, а вспышкой – ослепительной, до искр в глазах, выжигающей все мысли. Он продолжал двигаться, продлевая мои спазмы, пока его собственный пик не обрушился на меня – не жидкостью, а мощным, сконцентрированным импульсом, ударившим в самое нутро. Вейн оторвался от моей шеи и издал низкий, нечеловеческий рык, завершая резонанс вместе со мной. Мы оставались соединенными, и вода омывала наши тела, с которых теперь струился не просто пар, а легкое, остаточное сияние.