Ирен Софи – Генетическое чудо для космических мачо (страница 1)

Ирен Софи

Генетическое чудо для космических мачо

Глава 1

Ева

Холодный металл подиума въедался в босые ступни. Мурашки побежали по голой спине, под тончайшей тканью лабораторного комбинезона гулял ледяной сквозняк. Отец вывел меня сюда минуту назад, бросил сквозь зубы: «Жди», – и оставил в почти полной темноте. Освещена была лишь его небольшая площадка. Темнота вокруг сгущалась, как тяжелый, липкий кисель, давила на виски. Я слышала только его голос, упивающийся эхом микрофона, и видела синеву экрана за его спиной с мелькающими спиралями ДНК и формулами, которые были моей биографией.

– Господа! – торжественно, почти истерически, выкрикнул он. – Сегодня вы станете свидетелями триумфа науки! Моего гения! Двадцать лет! Двадцать лет работы над одним творением! Меня называли безумцем, врагом естественного порядка, отказывали в финансировании! Но я смог! Я сумел создать ее! Мою Еву!

Прожектора ударили в глаза ослепительным копьем. Я зажмурилась, и когда смогла открыть веки, передо мной предстала публика: сотни пар глаз, горящих не здоровым любопытством, а холодным, хищным интересом.

– Я всегда знал, что ключ к эволюции следующей ступени зашифрован в нашем геноме, – отец расхаживал по сцене, как актер. – Я использовал систему CRISPR для точечной модификации, начиная со стадии эмбриона. Я переписывал геном, искал, комбинировал, отвергал… Ева – мое совершенное творение. Ее митохондрии производят уникальные квантовые ферменты, способные запускать каскадную реконфигурацию чужой ДНК. Через биологический контакт, через синхронизацию, она может открыть в партнере спящие возможности, резервы, о которых тот и не мечтал! Телепортация, телепатия, контроль над материей… И ключ ко всему этому – она. Ева. Первый стабильный гибрид. Ее тело – живой шифровальный аппарат. Ее пик… ее оргазм создает эпигенетическую волну, которая переписывает ваши гены. Дайте мне ресурсы, лабораторию – и я создам таких для каждого из вас!

– Вы перешли все границы! – раздался крик из зала. – Эти опыты аморальны! Вы встроили механизм генной модификации в интимный акт! Мы не знаем отдаленных последствий! Вы создали сексуально-зависимый векторатор! Это грубейшее нарушение всех галактических конвенций!

– Мы станем богами! – заорал в ответ отец, и в его глазах вспыхнуло настоящее безумие.

Ненавижу. Слово отозвалось жгучей волной в груди. Ненавижу его, его самодовольную улыбку, этот зал, свою судьбу. Слезы, горькие и беспомощные, подступили к горлу. Хотелось бежать, провалиться сквозь пол, спрятаться от этих похотливых, оценивающих взглядов, от рук, которые уже мысленно тянулись ко мне. Эти богатые, напыщенные люди в дорогих костюмах. Но я была марионеткой. Программирование на послушание сковывало меня прочнее стальных ремней. Я – живое доказательство гения отца, его амбициозный проект. Мои конечности не слушались, будто парализованные. За что? Я не хотела быть разменной монетой, валютой в его больной игре. Я не вещь! Я живая!

– И какова ваша цена? – прозвучал шипящий, словно выдох из катакомб, голос.

К подиуму бесшумно скользнула высокая фигура в черной, поглощающей свет мантии. Капюшон упал, обнажив лицо. Я содрогнулась. Кожа – как желтоватый мрамор, лишенная пор. Глаза – угольно-черные, без зрачков и блеска, словно пустые окна в никуда. Тонкие губы, похожие на бледный шрам. Некромантикус. Пришелец с Треугольника. От него тянуло холодом сырого склепа и сладковатым запахом старой, окислившейся крови. Что им от меня нужно? Мой дар… он работает только при полной взаимной синхронизации, когда есть чувство, отдача. Не с этим же…

– Моя Ева не продается, – отец попытался сохранить напускное достоинство, но в его голосе зазвенела дрожь. – Но при условии финансирования, я создам аналогичный экземпляр специально для вашей расы.

– Девочка будет нашей, – прошипел некромантикус, не меняя интонации. – Мы заплатим любую сумму. Ждать следующий «экземпляр» мы не намерены. Гравитация вашей планеты давит на нас. Хаос человеческих эмоций режет сознание. Нам нужно улетать, и она – наш билет к адаптации.

– Но я не могу просто… Это моя дочь! – голос отца сорвался в фальцет. – Я создал ее из собственного генетического материала! Я показал ее вам как доказательство принципа! Мне нужны ресурсы, чтобы каждый мог получить своего проводника в новую эру!

– Мы не спрашиваем, – в костлявой руке некромантикуса материализовалась серебристая сфера. – Девочка наша.

Он размахнулся и швырнул шар на пол. Не было оглушительного взрыва – лишь глухой хлопок, и все пространство вокруг заполнилось непроницаемым, мглистым туманом, который гасил свет и звук. Крики, топот, паника. Я почувствовала, как ледяное, сухое прикосновение пальцев пришельца схватило меня за запястье. И в тот же миг что-то огромное, стремительное и невероятно мощное врезалось в нашу группу сбоку. На голову накинули грубый мешок, запахшее пылью и чужим потом полотно вырвало последние остатки зрения. Я вскрикнула, но сильные, как тиски, руки обхватили меня сзади, подхватили на руки так легко, будто я была невесомой куклой.

– Не дергайся, девочка, – прорычал над самым ухом низкий, хрипловатый голос. В нем слышалась не угроза, а команда, привычка к быстрому повиновению.

– Тарк! Быстро! Пока этот скелет не активировал сеть! – крикнул кто-то второй, ближе.

Меня понесли, не бежали – неслись. Я пыталась вырваться, но тщетно. Незнакомец, которого назвали Тарком, был крепок, как скала. Сквозь ткань мешка я слышала тяжелые, ритмичные удары, от которых содрогался пол, и ощущала странную вибрацию в воздухе, будто пространство вокруг нас дрожало от напряжения. Затем в ноздри ударил новый запах – смесь раскаленного металла, озона и чего-то дикого, горького.

– Вейн! Заводи колымагу! Контакт! – рычал Тарк.

Меня бросили на твердую, прохладную поверхность. Ремни молниеносно обхватили запястья и лодыжки, намертво пристегнув. Теперь я могла только дышать. Оглушительный рев двигателей, толчок, давящая перегрузка – мы взлетали. Потом наступила невесомость, тишина и ровный гул. Мы были в космосе. Мешок резко стянули с головы. Я поморгала, привыкая к свету, и перевела взгляд на того, кто это сделал.

Он был необыкновенно красив в своей дикой, нецивилизованной мощи. Смуглая кожа с медным, словно у закатного солнца, отливом была испещрена шрамами. Густые, черные как космическая пустота волосы спадали на мощные плечи. Его торс был высечен из гранита – каждый мускул рельефен и напряжен. Но больше всего поражало не это. По его рукам, шее, груди и, я догадывалась, дальше по всему телу, тянулись приглушенно светящиеся золотистые линии, словно карта внутренних рек энергии. Они пульсировали в такт его дыханию. А воздух вокруг него чуть дрожал, как над раскаленным асфальтом. Его глаза, карие с вкраплениями янтарного огня, изучали меня с холодным, безжалостным интересом.

– Вейн! Кончай возиться! – бросил он через плечо, не отводя от меня взгляда.

Ко мне приблизился второй. Полная противоположность первому. Кожа – бледная, почти фарфоровая, сквозь которую просвечивали тонкие голубоватые прожилки, словно корни хрустального дерева. Волосы цвета первого инея были собраны в небрежный хвост. Он был менее массивен, чем Тарк, но в его гибкой, собранной фигуре угадывалась та же звериная грация. По его коже струилось холодное, серебристо-голубое свечение. Его ледяные синие глаза, лишенные тепла, будто сканировали меня, видя не лицо, а внутреннюю структуру.

– Привет, Ева, – его губы растянулись в улыбке, в которой не было ни капли дружелюбия. – Теперь ты наша.

Ужас, холодный и окончательный, сковал меня. Это были не люди. Это было что-то другое. Древнее, сильное, чуждое. Астрари. Я слышала обрывки слухов – раса кочевников с края галактики, рожденных в тисках чудовищной гравитации. Меня вырвали из одной ловушки, чтобы бросить в пасть к этим… титанам. Паника, острая и неконтролируемая, поднялась внутри. Как? Они хотят овладеть мной? Эти существа, от одного прикосновения которых дрожит воздух? Они раздавят меня, даже не заметив!

Глава 2

Вейн

Она лежала передо мной – хрупкая, как кристаллический цветок с Ксилона-Пятого. Такая слабая, беззащитная… и в то же время от нее исходил странный, вибрирующий на грани восприятия импульс. Он щекотал мои внутренние энергетические линии, те самые, что светились под кожей. В ее золотистых, расширенных от страха глазах отражался мой образ – существо, чье тело казалось высеченным из камня и окутанным легкой дрожью пространства. Рыжие локоны растрепались по груди, кожа светилась тем самым жемчужным сиянием. Мне не терпелось сорвать с нее эту жалкую тряпицу – комбинезон, не скрывающий ее формы. Видно было, как тяжело вздымается грудь, как трепещут ресницы. Она провела языком по пересохшим губам, и во мне, против воли, вспыхнуло грубое желание.

– Чего ты ждешь? – прошипел Тарк. Его собственное свечение пульсировало яростными, алыми всполохами. – Соединись с ней и получи эту проклятую силу! Ты же чувствуешь ее импульс!

– Послушай, – я с сомнением посмотрел на брата. – Это не сработает. Смотри на нее. Она… она не выдержит контакта. Ее система может просто сгореть от нашей энергетической плотности. Она умрет, и мы ничего не получим.