Ирек Гильмутдинов – Отражение (страница 32)

— Элидия, — имя прозвучало как приговор. — Эта женщина обладает поистине титаническим энергетическим потенциалом. Её восприятие настолько остро, что она способна распознать нашу маскировку, сколь бы искусна она ни была.

— С ней нам пока не совладать, — холодно констатировал Орвис. — Лекари, как тебе известно, — древнейшие и могущественнейшие сущности. Открытое противостояние с ними — верное самоубийство. Действовать следует исключительно из тени. Посему — не будем торопиться с выводами.

— Понимаю, — Мор'дхан сделал несколько глубоких, размеренных вдохов и выдохов, стараясь обуздать вспыхнувшую в груди тревогу и привести хаос мыслей в порядок.

— Это ещё не всё, — продолжил Орвис, и в его голосе зазвучала тяжёлая, металлическая нотка. — Объекты «Два» и «Восемь» более не существуют.

— Как?! — учёный едва не вскочил с места, а его пальцы судорожно впились в бокал, и тот лопнул, облив одежду и скатерть. — Это невозможно! Системы защиты…

— Механизм их исчезновения мне неизвестен, — холодно пресёк его Орвис. — Но сегодня на рассвете мне пришло послание с верха. В нём говорится, что энергетические потоки от обоих объектов прекратились. Главный проект замедлил своё развитие на двадцать процентов.

Мор'дхан выругался на своём родном, шипящем наречии — слова, звучавшие как будто ящерица научилась говорить. Лишь спустя добрые две минуты он смог вновь обрести дар речи и вернуться к дыхательным упражнениям.

— Орвис, нам необходимо срочно выяснить, как это произошло. Мы были так близки к финальной стадии… Эта потеря может отбросить нас на два десятилетия, если не больше.

— Я уже выслал разведгруппы в обе точки, — ответил Орвис, его взгляд был твёрд и беспощаден. — Они докладывают напрямую мне.

— Как только поступит хоть какая-то информация — немедленно сообщи мне, — потребовал Мор'дхан, поднимаясь. — Я же возвращаюсь в ковчег. Мне нужно срочно оценить масштаб возникших проблем и подсчитать, во сколько нам обойдётся эта… неожиданная задержка.

Вул’дан, прозванный Ночным Приливом, пребывал в глубокой медитации уже третий час. Беспокойный рой мыслей обуревал его разум, и он всеми силами старался обрести внутреннее равновесие, привести хаос в порядок.

В тот миг, когда он уже собирался прервать сеанс, к нему обратились сами духи — древним, беззвучным призывом открыть разум. Едва он последовал велению, как услышал до боли знакомый низкий голос, а затем и узрел перед собой величавую фигуру главного шамана всех орков, Дар'гхуна по прозвищу Чёрное Проклятье.

— Приветствую тебя, Дар'гхун Чёрное Проклятье, — почтительно произнёс Вул’дан, мысленно склоняя голову.

— Ха-ха! — рассмеялся старый орк, и его смех прокатился по духовному плану, словно раскатистый гром. — А мне всё твердят, что я ошибся в тебе. Глупые бездари. Говорил же им — он сможет открыть разум на плане духов! Ладно, всё это — сущие мелочи.

— Как твои дела, Ночной Прилив?

— Всё хорошо, великий шаман. Я внимаю наукам: Вортис щедро делится знаниями боевой магии, Марина из клана Аста’пов открывает мне память предков. И многие другие мудрейшие наставники передают мне знания, что делают меня сильнее. Башня Воды ускорила моё развитие в разы. Мой источник расширяется быстрее, чем я мог предположить.

— Отрадно слышать. Теперь тебе придётся всё это бросить.

— Почему? — спокойно, без тени протеста спросил Вул’дан, прекрасно осознавая, что такое решение продиктовано чем-то чрезвычайно важным. Дар'гхун не был тем, кто сначала даёт разрешение, а затем без причины его отбирает.

Старый шаман рассмеялся пуще прежнего, и его смех эхом отозвался в бескрайних просторах мира духов.

— Твой отец, да и Улгурис Говорящий с Духами, бились об заклад, что ты вспылишь, услышав это. А теперь они должны мне… Впрочем, это не важно. Дело в ином. Духи вещают, что в мир явился сильный маг. К несчастью, не в роде орков.

— Кажется, я догадываюсь, о ком речь, великий шаман.

— Вот и славненько. Теперь слушай в оба. Твоя задача — сделать так, чтобы он не узрел в нас врага. А коли так случится — постарайся убить его прежде, чем он обретёт истинную силу и познает свою суть. Секунду спустя шаман добавил: — Если уже не обрёл.

— Полагаю, что уже обрёл, — тихо, но твёрдо произнёс Вул’дан.

— Поясни.

И молодой орк поведал всё, что видел и знал, поделившись своими выводами о Кайлосе.

Дар'гхун Чёрное Проклятье погрузился в молчание, и Вул’дан вновь поразился его мощи — способности столь долго и уверенно пребывать в мире духов, сохраняя ясность мысли и силу.

— Я совещался с предками, и вот наше решение, — наконец прозвучал голос шамана, властный и неоспоримый. — Следуй за ним, Вул’дан Ночной Прилив. Помоги ему стать великим. С ним ты возвысишь и наш народ.

С этими словами образ шамана растворился, покинув сознание юного орка, которому было суждено стать великой легендой своего народа. Пока же он был легендой исключительно среди персонала ресторана «Не Лопни, Маг» — тем, кто смог съесть семь магических тортов за один присест.

Глава 15

Эльфы и Некромант.

Дни неслись со скоростью болида, мчащегося по трассе «Формула-Один». А над моей головой тем временем сгущались тучи — я чувствовал это каждым нервом, каждым волокном своей сущности. Тот самый следователь Мубаин, встреча с которым давно должна была состояться, раз за разом откладывал наш разговор, и это откровенно тревожило меня. Всё явно было связано с событиями на площади. Потому, здраво рассудив, я все эти дни не покладая рук занимался тем, чтобы наладить все процессы — если я вдруг исчезну на неопределённый срок, здесь всё должно работать как часы.

«Крыша» у ресторана была более чем надёжная. В лице Ридикуса, Кларис из рода Витан и архимагистров Элидии с Шаркусом, что частыми гостями посещали моё заведение. Впрочем, как и сам император Каэл. Да к тому же Щелкун со своей женой нет-нет да захаживали поужинать. Проценты, которые он получал от нашего предприятия по доставке еды, были столь значительны, что он решился вложиться в дело. Став полноправным партнёром. Ему теперь принадлежало целых пятнадцать процентов. Я не стал сопротивляться, наоборот. Уж он теперь точно приглядит за делом, чтобы никто не трогал мальчишек и не вредил нашим станциям связи.

Организация служб доставки еды также набирала обороты. Народ понемногу распробовал, что наша пища не только вкуснее, но и дешевле многих таверн, а потому охотно пользовался услугами «жёлтых ботинок» — как бы я ни пытался придумать другие названия для фирм Майи и Ромы, как бы ни наряжал наших бегунков. Все давно смекнули, кто стоит за этим начинанием. Не учёл я, что местные жители весьма прозорливы и "болтливы". Но мы всё равно поддерживали видимость конкуренции — людям нравились эти забавные рекламные вывески, где Майя и Рома подтрунивали друг над другом. Для жителей Адастрии реклама была в новинку, и такие забавы пришлись им по душе. В общем, крутился я как белка в колесе.

Доерис Пожирательницы всё так же не было видно на горизонте, но её незримое присутствие я ощущал постоянно. Она где-то рядом, выжидает, готовится нанести удар. Ничего, пусть думает, что я беспечен — на деле же я был готов к встрече. Кристалл маны заполнен до краёв, гримуар всегда под рукой, кольцо на пальце излучало лёгкое тепло. Да и несколько специализированных артефактов, любезно подаренных Санчесом, также были при мне.

Кстати, у него с моей домработницей Лирией всё налаживалось, а его дочь, кажется, была только рада за отца. Что касается последней, надолго она не задержалась — как я понял, уже укатила на какие-то древние раскопки. Что ж, удачи ей в этом нелёгком деле.

В данный же момент я шагал по улицам не самого зажиточного района столицы, направляясь к одной особе. Стоит отметить — особе невероятно красивой. Каким бы всесильным и совершенным ни было мироздание, ревность ему, похоже, не подвластна. Ева, едва узнав о моих планах, с присущим ей изяществом прошлась острыми коготками любопытства по моему сознанию, дабы выведать, с какой стати я собрался к этой дамочке. Пришлось во всём признаться. Рассказал про Таэрона Огненный Вихрь, про старые долги и необходимость разобраться с прошлым. К счастью, она тут же посерьёзнела, и тень ревности будто испарилась с её лица. Ну-ну. Так я ей, конечно, и поверил.

Девушки — создания куда более сложные, чем самые замысловатые гримуары. Если она говорит «нет» — это может означать «да». Если говорит «да» — вполне возможно, это «нет». А когда ты, наконец, начинаешь разбираться в этой логике и думаешь, что постиг все её тайны, она непременно удивит тебя снова, заявив, что если сказала «да», то это и есть самое что ни на есть настоящее «да». От всех этих тонкостей голова идёт кругом, а потому куда разумнее не забивать её подобными хитросплетениями и просто принимать всё как есть.

Остановившись у скромного, но опрятного порога, я вежливо постучал. Дверь открыл эльф. Нет, он не был седовласым старцем — передо мной стоял юноша с лицом, на котором время, казалось, не оставило ни единой отметины. Ему можно было дать как двадцать, так и полтораста лет — угадать возраст бессмертных всегда было делом неблагодарным.

— Добрый день. Меня зовут Кайлос Версноксиум, я здесь по делу к Лирель Вейнгард.