Ирек Гильмутдинов – Опять 25. Финал (страница 34)
Это вызвало только новый взрыв насмешек. Никто не боялся одинокого NPC, даже двухсотого уровня.
Библиотекарь невозмутимо поднял руку.
— Три...
В зале повисла напряжённая тишина.
— Два...
Он не успел договорить. Вместо отсчёта «один» распахнулись красные двери, и из бесчисленных шкафов на игроков, словно стая разъярённых хищных птиц, бросились тысячи фолиантов. Они парили в воздухе, их переплёты светились яростным алым светом, а над каждым всплыла зловещая метка — Уровень 80.
Предчувствие Кайлоса, что книги могут ожить, оказалось пророческим. Тяжёлые тома, летящие с умопомрачительной скоростью, превратились в метательные снаряды. Они с лёгкостью пробивали магические барьеры, сносили с ног закованных в латы танков, отшвыривали огромные щиты, словно щепки. Воздух наполнился звоном бьющегося зачарованного стекла, хрустом костей и отчаянными криками, которые быстро стихали.
Когда в опустевшем холле, усыпанном обломками доспехов и светящимися осколками артефактов, не осталось никого, кроме невозмутимого Себастьяна и пятидесяти семи аккуратных свёртков с личными вещами погибших игроков, старый хранитель сокрушённо вздохнул.
— Что же вы, детки, совсем не слушаетесь старших? — прошептал он, глядя на место недавней бойни. — Да что вы себя не бережёте? Зачем сами себя на смерть обрекаете? Что с вами, право, не так?
Не в силах пробиться через многоуровневую защиту к капсулам, Аэридан сосредоточил свою хитрость на самом уязвимом звене системы — человеке. Его «жертвой» стал охранник Майк, чья смена выпадала на ночные часы, когда бдительность притупляется, а тени становятся союзниками мелкого беса, то есть божественного несравненного фамильяра.
Так, нужно, чтоб охранник или оператор, а впрочем, не важно, открыл капсулы, освободил Кайлоса и друзей. Но по доброй воле он это делать откажется, это и ежу понятно. В итоге пришлось придумывать, как поступить. План Аэридана был прост: довести человека до точки кипения, и когда она будет на пределе, пообещать всё это прекратить, если он нарушит протокол и освободит. Силу применять он не будет. Но это не точно.
Дело началось с малого. В первую же ночь Майк проснулся от чьего-то дыхания в ухо. Он вскочил, схватился за тазер, но в комнате никого не было.
— Какого?! — вскрикнул он, увидев на подушке смятый фантик от батончика.
— Кто здесь? — выкрикнул Майк, но никто ему не ответил. А ещё он был уверен, что на ночь ничего не ел. Это слишком дорого. Да и если бы ел, то уж точно бы за собой убрал.
— Ты меня не видишь, но я есть. Со мной лучше не связываться. Я очень опасен. Вчера ты заточил моих друзей в капсулы, освободи их.
— Кто говорит?
— Неважно. Ты слышал, что тебе нужно сделать.
— Не буду я ничего делать. Не знаю, как вы подкинули сюда передаваемое устно, но идите вы в капсулу. Мне моя работа дорога, — Майк что-то нажал на тазере, и, как позже понял Аэридан, он, видимо, ослабил тот до предела и стрельнул себе в голову.
Фамильяр, что уже хотел явиться во всей красе и не ожидавший такого, подлетел и с удивлением обнаружил, что тот мирно спит. Да-а? Ладно. Хочешь по-плохому? Будет по-плохому.
На следующий день его ждал сюрприз в столовой. Повар, старый добряк Карлос, с изумлением наблюдал, как Майк, отхлебнув свой любимый говяжий суп, скривился и выплюнул сладковатую жижу.
— Ты охренел? Карлос подошёл к Майку со скалкой в руке. — Ты чего творишь? Ты какого моим супом плюёшься?
— Ещё кто охренел. Я на тебя жалобу напишу.
— Чего? — Обычно добрый повар побагровел от злости.
— Через плечо. Суп — помойка.
— Да я тебя, — замахнулся Карлос, но тут в комнату вошла охрана и подошла к столику, дабы выяснить, что происходит.
Когда Майк всё объяснил, повар решил попробовать. Скривившись, он развёл руками. Затем пошёл к своему котлу и попробовал. Но там с супом всё было в порядке.
Охранники выписали штраф Майку за порчу еды и выдали предупреждение.
В тарелке с супом необъяснимым образом оказалось огромное количество сахара.
Аэридан действовал методично:
Во время работы он то и дело прятал у него вещи, что оказывались в карманах его напарника Урбана. На этом фоне мелкие шалости переросли в ссору. Один утверждал, что этого не делал. Другой хотел набить морду.
Следом началась бытовая диверсия: мыло вместо зубной пасты, устройство, что использовалось жителями вместо туалетной бумаги, было натёрто острым перцем, что был у пегарога с собой. Лопнувшая в самый неподходящий момент шина на его личном велосипеде. Затем расслабленная гайка на руле того же велосипеда, из-за чего он упал и сильно приложился лбом об асфальт. Постоянно разряжающиеся без причины устройства, ввиду чего он стал опаздывать на работу.
На этом фамильяр не остановился. Каждый день шла психологическая атака: шёпот из вентиляции, доносящийся ровно в тот момент, когда Майк пытался сосредоточиться. Обрывки фраз: «Они ведь живые там...», «Как спится, убийца?», «Скоро и твоя очередь придёт ложиться в капсуле...». По ночам в его терминале самопроизвольно открывались фотоальбомы с улыбающимися лицами пленников «Радмирии Онлайн».
Однако человек оказался крепче, чем мог предположить пегарог. Тогда он приступил к более «жестоким» пакостям. В служебном журнале появлялись непристойные рисунки, подписанные его именем. Система распознавания голоса отказывалась принимать его команды, ведь их кто-то переписал, а в планшете вместо сайта, что он вводил, всегда открывались ссылки на запрещённые сайты. Не те, которые идут с пометкой 18+, а те, где обсуждают и призывают к свержению власти, уничтожению корпорации, взорвать последний сервер. Как сделать бомбу из подручных средств.
Майк, человек не суеверный, и от природы имел крепкие нервы, но даже у него после трёх недель, что были наполнены чередой неприятностей, начали сдавать нервы. Он стал замкнутым, раздражительным, его руки дрожали. Коллеги шептались, что он, мол, кандидат на отправку в капсулу. Начальство грозило отстранить его от дежурства и отправить на принудительное психотестирование.
В очередную ночь. Майк, измождённый, пытался не заснуть. Он бы воспользовался тазером, но его кто-то залил водой. Говорить об этом начальству он не решился. Тогда точно конец. В сотый раз просматривая записи с камер в капсульном зале, где никогда ничего не происходило, он снова услышал этот шёпот, прямо за ухом:
— Освободи их, Майки... Или следующей ночью я начну всё то же самое творить с твоим начальником, да при этом нашёптывая, кто тут смотрит запретные сайты. Кто мечтает освободить всех.
— ЭТО ВСЁ ЛОЖЬ! ПОШЁЛ ВОН! — кричал он, вскакивая с кровати.
— Я-то уйду, но недалеко. Ведь твой начальник живёт всего лишь на тридцать этажей выше.
Охранник резко обернулся, и в отражении монитора на долю секунды увидел за своей спиной ухмыляющуюся рожу лошадки с горящими угольками глаз, радужными крыльями и розовым хвостом .
Это был последний рычаг. С криком «Отстань от меня!» он в ярости швырнул в монитор кружкой с кофе, короткое замыкание осыпало его искрами.
Аэридан, исчезнув в тени, довольно скалился. Его план сработал. Друзья будут свободны. Осталось чуток поднажать, и он согласится.
Глава 15
Держи своих друзей близко, но врагов ещё ближе.
Ещё вчера Балмор Громовой Горн был живым воплощением гномьей доблести — страж трона, страж всех гномов, чья неподкупность была твёрже адаманта, а преданность не знала уклонений. Но его возвышение обернулось стремительным падением, тихим и неумолимым, подобно тому, как оседают древние своды подточенных пещер. Всё началось с череды странных, почти мистических неудач, каждая из которых была тончайшей нитью в паутине, сплетённой искусной рукой магэссы смерти Танеллы, посланницы самого Малкадора Вечного в королевство Железные Горы.
Проклятие невезения, сокрытое в кованых рунических знаках, пробудилось для своей тёмной работы. На главу Службы Безопасности обрушился шквал досадных и необъяснимых провалов, будто сама удача отвернулась от него.
Первой песчинкой, повлёкшей за собой лавину, стал чудовищный сбой в логистике. Караван, гружённый лучшим оружием из кованых рук гномьих мастеров для гвардии монарха Пылающих Песков, бесследно сгинул в туннелях, исхоженных предками до дюйма. Причиной оказались карты с таинственно искажёнными маршрутами, что привело не только к катастрофическому срыву поставок, но и к страшной участи для более чем сотни гномов, погребённых заживо в каменных гробах без света и надежды.
Вторым ударом, прозвеневшим уже в самых высоких чертогах, стала утечка информации. Засекреченные маршруты патрулей, охранявших священные кузни королевских оружейников, каким-то образом оказались достоянием банд наёмников, устроивших кровавую засаду. Результатом стала не только гибель стражей, но и похищение немалого количества оружия, а главное — бесценных мана-накопителей. В случившемся усмотрели либо вопиющую некомпетентность начальника службы безопасности, либо нечто куда более страшное — сознательную измену. Шёпот недоверия, подпитываемый невидимыми агентами, пополз по коридорам власти великих домов. Балмор, не смыкавший глаз неделями в тщетных попытках найти зацепку, лишь чувствовал, как почва уходит у него из-под ног.