Ира Далински – Брат мужа. Отдана без прав (страница 11)
Слабость, сначала подумал я, но в глубине души знал.
Это не слабость.
Это что-то опаснее.
Что-то, что заставляет меня не отводить от нее глаз.
Айла подходит ко мне ровно через пять минут. Она наклоняется к большому камню, на котором оставила свою обувь и молча проходит мимо меня.
В машине пахнет морем – ее морем.
Ее босые ноги оставили мокрые следы на коврике. Веду машину слишком быстро, чтобы не думать, но все равно чувствую.
Запах соли на ее коже.
В салоне стоит тяжелая тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателя. Айла смотрит в боковое окно, песок с пляжа все еще налип на ее ступни, подол облегает контур мокрых ног.
На ее губах все еще играет та мечтательная улыбка. Давлю на газ, ловко лавируя сквозь узкие улочки.
Пусть боится.
Пусть ненавидит.
Только бы не смотрела так, будто видит во мне человека, а не тюремщика.
Вдруг механический голос навигатора разрезает тишину:
Она взглянула на экран.
Не дом.
Ресторан «Шахерезада».
Но я снова ничего не стал объяснять.
Огни здания отражаются в черном лаке машины, а из распахнутых дверей льется живая музыка, легкий голос певицы.
Айла не шевелится.
– Выходи, – бросаю я, уже открывая свою дверь.
– Зачем мы здесь?
– Я голоден.
Произношу очевидное. Но когда она слишком медленно отстегивает ремень, взрываюсь и рука сама тянется к пряжке. Ее тело напрягается мигом. Я быстро отстегиваю ремень, и мы выходим из машины.
Мягкие диваны, низкие столы, золотистый свет фонарей. Официант хочет провести нас в VIP-зону, но я отказываюсь и выбираю столик у окна, где луна загадочно отражается в Каспийском море.
– Что будешь? – спрашиваю ее, не глядя в меню.
Айла теряется.
– Я не знаю…
Тогда я заказываю за нас обоих, с болью в сердце вспоминая, как мы сидели здесь с Асланом. Как он до тошноты выпивал гранатовый сок, а потом его мутило в машине на заднем сидении.
Я ем почти механически, взглядом скользя по ней в те секунды, когда она опускает глаза.
– Тебе нравится рыба? – вдруг спрашиваю я, как будто это обычный вопрос.
Айла ожидаемо удивляется.
– Да…
– И мне.
Пауза.
Она смущенно опускает взгляд в свою тарелку и тут же в кармане раздается входящий звонок.
Это снова отец.
Не хочу сейчас ни с кем говорить. Сбрасываю звонок и позволяю себе втянуться в этот вечер, который никогда больше не повторится.
Глава 12
Когда мы заехали во двор, было уже за полночь. Я даже успела маленько задремать в машине, мысленно беспокоясь о мужчине. Он, наверное, тоже вымотался. Поездка была дальняя.
В доме тихо, лишь приглушенный свет в холле дает мне силы не бояться темноты. Двор также погружен в густую черноту, кто-то забыл включить фонари. Выхожу из машины, стараясь не спотыкаться в темноте.
Хан провожает меня до дома, тенью идет за моей спиной.
Я глупая думала, что мы… хотя бы ночевать будем в одном доме. Что он пригласит меня в свой дом, но нет…
Хан стоит на крыльце, ждет пока я войду в дом его родителей.
Когда за мной закрывается дверь, он уходит.
…
Сегодня суббота. Выходной. И все же я не смогла себе позволить спать дольше девяти часов, хотя после вчерашнего тело сильно устало.
Я сижу на кухне с чашкой чая, чувствуя, как запах моря все еще цепляется за кожу, несмотря на вчерашний душ.
Хан вошел ровно в десять. На хмуром лице следы сна, под глазами лежат темные тени. Он явно не выспался. Сегодня на нем домашние брюки, черная льняная рубашка поверх белой футболки.
Я подскакиваю со стула, намереваясь налить ему чай, но он уже подходит к кофемашине и сам варит себе кофе. Благо свекровь у меня не старомодная. Не отчитывает за подобные действия.
– Почему не видно Дианы? – вздрагиваю от утреннего хриплого голос Хана. Он стоит к нам спиной, пока мы со свекровью допиваем свой чай.
– Она у репетитора, – отвечает Фатима.
– Вы уже решили куда она поступит?
Я едва не давлюсь своим чаем, когда слышу это.
Значит, сестре учиться можно, а жене нет? Что за двойные стандарты? И почему это они решают на кого ей учиться?
Вот откуда эта жажда все контролировать. Их воспитали так. Слишком строго. Слишком жестко.
Когда Хан садится за стол, напротив меня, мне хочется поднять тему учебы перед свекровью. Может она заступится за меня, поможет? Но едва успеваю рот открыть, как на кухню заходит свекор.
Я встаю, почтительно приветствуя.
– Ну что, решился вопрос с тем бригадиром? – спрашивает он с порога.
Хан не поднимает глаз от своей чашки.
– Решился.
– Как?
– Он больше не работает на нас.