реклама
Бургер менюБургер меню

Иоганн Гёте – Фауст. Трагедия. Часть вторая. Поэтический перевод: А. И. Фефилов (страница 25)

18

У каждого сосновый ствол в руке.

Мы ходим как по луже по реке.

На празднике встречаемся мы с вами.

Мы полуголые, прикрытые ветвями.

Могучее, сильнее всех богатырей.

Мы даже царских стражей здоровей.

НИМФЫ

(окружив великого Пана, поют хором)

Великий Пан. И вожделенный.

Любимый нами Бог вселенной.

Всеобщему веселью рад.

Серьёзен, добр. И нет преград,

для нас, чтобы развлечь его.

Мы знаем господина своего.

Обычно ночью он не спит.

Глазами звёзды шевелит.

Под сводом неба голубого

лежит. Нет времени благого

как сумерки. Ручья журчание

ласкает слух ему. Касанье

ветерка бодрит и возбуждает.

И всяк в лесу об этом знает.

Как только в полдень он заснёт,

так сразу всё в буковнике замрёт.

не смеет колыхнуться лист.

А птицы прекращают свист.

Боятся нимфы пальцем шевельнуть.

стояли там, где и должны заснуть.

И если закричит во сне он вдруг,

скуёт живых панический испуг.

Подобен его голос стону моря,

или рёву сильной бури. Тому горе,

кто это слышит. Даже храбрый воин

готов пуститься наутёк. Лишь Пан достоин

грозной славы, что впереди его идёт.

Да здравствует наш Бог, который нас ведёт!

ДЕПУТАЦИЯ ГНОМОВ

(великому Пану)

Мы знаем, где хранятся горные щедроты.

Волшебная лозина к ним нас привела.

Рудой и золотом забиты наши гроты.

Нас вдохновляешь Ты на добрые дела.

Мы трудимся во тьме, как троглодиты.

А кто-то среди бела дня богатства раздаёт.

Всем изобилием владеют паразиты.

Когда же расхитительству конец придёт?

Бери наши богатства в свои руки.

Ты сможешь их по праву раздавать.

Избавишь нас от нетерпимой муки

Наступит в этом мире благодать.

ПЛУТОС

(к герольду)

Пора настала обстановку оценить.

Мы ситуацию не в силах изменить.

Нам с духом следует собраться.

Людскому ужасу не поддаваться.

Потомки нас в обмане обвинят.

Всё станут отрицать. И исказят.

Но если записать – не пропадёт,

что на глазах у всех произойдёт.

Молва людей не безупречна.

Взгляд мимолётен, буква вечна.

ГЕРОЛЬД

Я занесу всё в протокол, что здесь увижу.

Не повредит бумага нашему престижу!