Инна Баринова – Первый эскиз новой жизни (страница 11)
— Ну, слухи ходят. Что ты вешаешься на всех подряд. К Диме, говорят, клеилась. К Коле. К Петрову с третьего курса. Даже к Сергею с архитектуры, а он вообще страшный. Говорят, ты не брезгуешь.
Он говорил это спокойно, буднично, как обсуждают погоду. Алиса смотрела на него и не верила своим ушам.
— Это ложь, — сказала она. — Я ни к кому не...
— Да ладно, — перебил парень. — Ты не стесняйся. Каждому свое. Просто интересно: это правда, что ты готова на все, лишь бы с кем-то переспать? Типа, от отчаяния уже?
В голове зашумело. Кровь прилила к лицу, потом отхлынула, оставив ледяную пустоту.
— Пошел вон, — сказала Алиса. Голос дрожал.
Парень поднял руки в примирительном жесте.
— Ладно-ладно, не кипятись. Я ж по-доброму спросил. Вдруг договориться можно?
Он подмигнул и ушел. Алиса сидела за столом, сжимая ложку так, что побелели костяшки. Еда остывала. Вокруг шептались. Она встала и вышла. Поднос остался на столе.
К вечеру слухи разрослись до невероятных размеров. Алиса узнала об этом от Коли. Он ворвался в библиотеку, где она пряталась, красный, злой, с трясущимися руками.
— Ты знаешь, что они несут? — выпалил он. — Ты вообще в курсе?
— В курсе, — Алиса смотрела в книгу, не видя букв. — Мне уже сказали.
— Это кошмар, — Коля рухнул на стул напротив. — Они говорят, что ты... ну... что ты со всеми подряд. Что ты в общагу водишь, что ты предлагала себя Петрову, что ты с Димой уже... ну, ты понимаешь. И что якобы у тебя была какая-то болезнь, поэтому ты из своего города и уехала.
— Что? — Алиса подняла глаза. — Какая болезнь?
— Ну... — Коля замялся. — Типа венерическая. Я не знаю, Алис. Они такое несут, что волосы дыбом. Я одного послал уже, чуть в морду не дал. Но их много, а я один.
Алиса смотрела на него и чувствовала, как внутри разрастается ледяная пустота.
— Это Вика, — сказала она. — Она обещала.
— Что обещала?
— Что если я продолжу с Димой общаться, она... Ну вот. Вот что.
Коля стукнул кулаком по столу.
— А Дима? Он знает? Он что-то делает?
Алиса горько усмехнулась.
— Дима? А что он сделает? Он с ними дружит. Он в их компании. Зачем ему проблемы из-за какой-то Лучницы?
Коля замолчал. Потому что она была права.
На следующий день слухи стали обрастать подробностями. Кто-то «видел», как Алиса целовалась с парнем на лестнице. Кто-то «слышал», как она договаривалась о встрече в общежитии. Кто-то «точно знал», что она делала аборт на первом курсе (хотя какой первый курс, она же только приехала — логика никого не волновала).
В групповом чате появился новый мем. Фото Алисы с подписью:
Алиса перестала выходить из аудиторий на переменах. Сидела в классе, уткнувшись в телефон, делая вид, что читает. Но телефон не спасал — уведомления сыпались одно за другим. Ее отмечали в комментариях, присылали скриншоты, писали в личные сообщения гадости. Она заблокировала всех. Но новые аккаунты появлялись снова.
В субботу Алиса сидела в комнате одна. Лиза ушла к друзьям, Таня — неизвестно куда. Было тихо, только за окном шумела трасса. Телефон зазвонил. Мама. Алиса посмотрела на экран долгим взглядом. Не брать трубку нельзя — мама будет волноваться, начнет названивать Коле, поднимет панику. Придется врать.
— Привет, мам.
— Доченька, как ты? Что-то давно не звонила. Я уже волноваться начала.
— Все хорошо, мам. Учеба просто завал. Проекты, зачеты. Сама не своя.
— Ты кушаешь-то нормально? Деньги есть?
— Есть, мам. Все есть. Не волнуйся.
— А с ребятами как? Подружилась с кем-нибудь?
Алиса закрыла глаза.
— Да, мам. С ребятами хорошо. Подружилась. Все отлично.
— Ну слава Богу, — мама вздохнула с облегчением. — А то я переживала, что ты там одна. Ты же у меня такая тихая. А в Москве, говорят, люди злые.
— Нет, мам. Люди нормальные. Добрые.
— Ну и хорошо. Ты это... если что, звони. Мы с папой всегда поможем. Чем сможем.
— Спасибо, мам. Я люблю вас.
— И мы тебя, доченька. Целуем.
Алиса нажала отбой и уставилась в потолок. Слез не было. Была только пустота и одна мысль: если бы мама знала правду, она бы умерла.
В понедельник Алиса шла по коридору и вдруг столкнулась с Димой. Он шел с компанией — с теми самыми парнями, которые свистели ей вслед. Увидев Алису, он замедлил шаг. На лице появилось что-то странное — смесь вины, неловкости и... облегчения?
— Алиса, — начал он. — Слушай, я хотел...
— Не надо, — перебила она. — Все нормально. Иди.
— Но я...
— Иди, Дима. Правда.
Она прошла мимо, не оборачиваясь. Сзади кто-то из компании засмеялся:
— Димон, а че это она так с тобой? Неужели отказала? Ты же говорил, она на все согласна!
— Заткнись, — глухо ответил Дима.
Алиса шла дальше по коридору. В ушах шумело. В груди горело. Она знала, что Дима не виноват. Он просто слабый. Как и все они. Но легче от этого не было.
Вечером она зашла в группу «Лучница и ее приключения». Там было уже триста подписчиков. Новый пост: фото Алисы, выходящей из антикафе в тот самый вечер. С Димой. Подпись:
Комментарии пестрели грязью. Алиса смотрела на экран и думала о том, что это уже не просто травля. Это война. И она проигрывает.
Глава 14. Изнанка вечеринки
Приглашение пришло от Карины. Самой тихой из Викиной свиты. Той, которая обычно молчала в углу и только поддакивала. В среду вечером она подошла к Алисе в коридоре — подошла, когда рядом никого не было — и заговорила тихо, почти заискивающе:
— Алис, слушай... Я понимаю, что мы не общались. Но это все Вика, ты же знаешь. Я на самом деле не такая.
Алиса смотрела на нее настороженно.
— Чего тебе?
— Я хочу извиниться, — Карина опустила глаза. — Мы все вели себя как дуры. Вика... она просто привыкла командовать. Но я устала. Правда. Я хочу... ну, попробовать по-человечески.
Алиса молчала.
— В пятницу у нас вечеринка, — продолжила Карина. — На квартире у Вики. Соберется много народу. Будут ребята с курса, с архитектуры, с журфака. Музыка, танцы, все дела. Я поговорила с Викой, она сказала... ну, она сказала, что если ты придешь и не будешь выпендриваться, то она готова забить стрелку. Типа перемирие.
Алиса не верила своим ушам.
— Вика? Предлагает перемирие?
— Ну да, — Карина пожала плечами. — Она, знаешь, тоже устала от этой войны. Ей это надоело. Она хочет просто тусоваться и не париться. Если ты придешь, покажешь, что ты нормальная, без обид — все будет хорошо. Честно.
Алиса смотрела на Карину. Та стояла, переминаясь с ноги на ногу, и выглядела искренней. Немного забитой даже.