Инга Бергман – Цифровой детокс. Как соскочить с дофаминовой иглы и вернуть себе энергию (страница 10)

Когда Андрей пытался вспомнить, каким было его внимание пять лет назад, он не мог точно сказать. Воспоминания были нечеткими. Возможно, оно всегда было таким? Может, он просто идеализирует прошлое? Эта неуверенность мешала признать масштаб проблемы. Легче было убедить себя, что все нормально, что все так живут, что это просто современная реальность.

Но иногда у него случались проблески ясности. Моменты, когда он замечал, что прочитал абзац три раза и всё еще не понимает, о чем там говорится. Или когда осознавал, что провел час, переключаясь между задачами, и не продвинулся ни в одной из них. Или когда понимал, что забыл, о чем думал минуту назад. В эти моменты он видел масштаб изменений, произошедших с его мозгом.

Цена постоянной связи не только в потерянном времени. Это цена в виде утраченных способностей, деградировавших навыков, упущенных возможностей. Это годы жизни, прожитые в состоянии когнитивной перегрузки, когда мозг работает на малой доле своего потенциала. Это проекты, которые не были завершены, идеи, которые не родились, связи, которые не были установлены, всё потому, что внимание было рассеяно и фрагментировано.

Андрей начал понимать, что продолжение в том же духе приведет к еще большему ухудшению. Мозг пластичен – он меняется в зависимости от того, как его используют. Годы постоянной многозадачности и отвлечений тренируют мозг быть невнимательным. Но та же пластичность означает, что изменения обратимы. Мозг можно перетренировать, вернуть способность к глубокому фокусу, восстановить память и концентрацию.

Первый шаг к восстановлению – признание проблемы. Не списывание симптомов на стресс, возраст или внешние обстоятельства, а честное признание того, что постоянная цифровая связь изменила работу мозга, и не в лучшую сторону. Это признание болезненно, потому что требует принять ответственность за ситуацию. Легче верить, что ничего особенного не происходит, что так живут все. Труднее посмотреть правде в глаза: вы теряете способности, которые когда-то имели, и каждый день потери продолжаются.

Но признание проблемы открывает путь к решению. Когда вы видите реальную цену постоянной связи – не абстрактно, а конкретно, в своих потерянных способностях и упущенных возможностях – появляется мотивация что-то изменить. Андрей достиг этой точки. Цена стала слишком высокой, чтобы продолжать платить её, не замечая.

Часть II. Последствия цифровой перегрузки

Глава 6. Влияние на психическое здоровье

Вечер. Комната погружена в полумрак, лишь бледный свет от экрана смартфона выхватывает из темноты сосредоточенное лицо. Палец скользит по стеклу, обновляя ленту за лентой, открывая одну вкладку браузера за другой. В голове пульсирует назойливая мысль: а вдруг прямо сейчас происходит что-то важное, а я об этом не знаю? Вдруг кто-то опубликовал то, что изменит мою жизнь, или друзья собрались без меня, или случилось нечто, о чем завтра будут говорить все, а я окажусь в неведении? Этот знакомый каждому сценарий – не просто привычка коротать время. Это отражение глубинных изменений, которые цифровая среда внесла в нашу психику. То, что начиналось как удобный инструмент для связи и поиска информации, постепенно превратилось в среду обитания, формирующую новые формы тревоги, подавленности и хронической неудовлетворенности собой.

Чтобы понять, как это работает, обратимся к истории. В 2004 году группа исследователей из Стэнфордского университета опубликовала работу, в которой впервые заговорила о «синдроме упущенной выгоды». Тогда это явление рассматривалось в контексте социальных взаимодействий: люди испытывали беспокойство, когда узнавали, что другие получили позитивный опыт, в котором они не участвовали. Но с появлением смартфонов и платформ, где каждый может в реальном времени транслировать свою жизнь, этот синдром обрел совершенно новую силу. То, что когда-то было редким и ситуативным переживанием, превратилось в фоновый режим существования. Мы теперь не просто иногда узнаем о прошедших событиях – мы наблюдаем за жизнью других непрерывно, кадр за кадром, и каждый кадр может стать источником тревоги.

Возьмем для примера молодую женщину по имени Виктория. Ей двадцать один год, она учится на последнем курсе университета и, как многие ее сверстники, с трудом представляет свою жизнь без постоянного присутствия в цифровом пространстве. Утром, еще не открыв глаза, она тянется к телефону, чтобы проверить сообщения. В транспорте по пути на учебу она просматривает ленты соцсетей, отмечая, кто куда поехал, с кем встретился, какие достижения опубликовал. В перерывах между парами она снова заглядывает в телефон, чтобы убедиться, что ничего не пропустила. Вечером, вместо того чтобы готовиться к экзаменам или просто отдыхать, Виктория часами пролистывает чужие истории, испытывая странную смесь интереса, зависти и пустоты. В какой-то момент она ловит себя на мысли, что не помнит, чем занималась вчера вечером, – потому что ничего значимого не произошло. Вся ее эмоциональная жизнь свелась к наблюдению за чужой.

Однажды Виктория замечает, что ее подруга из другой группы выложила фотографии с вечеринки, на которую ее не пригласили. Вроде бы ничего страшного, они не настолько близки, чтобы приглашать друг друга на все мероприятия. Но внутри что-то неприятно сжимается. Виктория начинает прокручивать в голове: почему ее не позвали? Может, она кому-то не нравится? Может, с ней неинтересно? Она снова и снова пересматривает фотографии, увеличивает лица, пытается угадать, о чем говорят люди, какие эмоции у них на лицах. С каждым просмотром тревога усиливается. Она пытается отвлечься, но рука снова и снова тянется к телефону, чтобы проверить, не появилось ли что-то новое. Спать она ложится с тяжелым чувством, а наутро первым делом снова открывает ту же ленту, хотя уже понимает, что это причиняет ей боль.

Этот эпизод – классическое проявление того самого синдрома. Но дело не только в единичных ситуациях. Постоянное присутствие в среде, где жизнь других предстает как бесконечная череда ярких событий, путешествий, достижений и счастливых моментов, формирует устойчивое искажение реальности. Мы начинаем верить, что вокруг все живут более полной, интересной и успешной жизнью. И в этом убеждении кроется мощнейший источник тревожности. Тревога возникает из-за постоянной необходимости сравнивать себя с другими, из-за ощущения, что собственные достижения недостаточно значительны, из-за страха оказаться на обочине. Ученые из Пенсильванского университета провели исследование, в котором попросили одну группу студентов ограничить использование соцсетей до получаса в день, а другая группа продолжала пользоваться ими как обычно. Всего через три недели те, кто сократил экранное время, показали значительное снижение симптомов тревоги и депрессии. Этот эксперимент наглядно демонстрирует прямую связь между тем, сколько времени мы проводим в этой среде, и нашим эмоциональным состоянием.

Но тревожность в цифровую эпоху имеет и другое лицо. Это не только страх что-то упустить. Это еще и постоянное напряжение, вызванное необходимостью быть на связи. Многие люди, особенно те, чья работа связана с мессенджерами и электронной почтой, живут в режиме ожидания. Они не могут расслабиться, потому что в любой момент может прийти важное сообщение, требующее немедленного ответа. Даже когда формально рабочий день закончен, ощущение «включенности» остается. Психологи называют это состояние гипералертностью – постоянной готовностью к внешнему стимулу. Человек не может погрузиться в глубокий отдых, его нервная система не получает необходимой передышки. В результате накапливается хроническое утомление, которое часто путают с ленью или отсутствием мотивации, хотя на самом деле это истощение ресурсов психики.

И здесь мы подходим к еще одной важной грани проблемы: влиянию цифровой среды на самооценку и формирование депрессивных состояний. Механизм здесь сложный и многослойный. С одной стороны, существует тот самый эффект сравнения. Мы видим, как другие выкладывают свои лучшие кадры, отредактированные фотографии, рассказы об успехах. Но мы не видим того, что осталось за кадром: усталость, неудачи, ссоры, скуку, обыденность. У каждого человека жизнь состоит из череды разных моментов, но в публичном пространстве предъявляется только избранное, отполированное. Наш мозг, однако, не делает скидку на эту редактуру. Он воспринимает представленную картину как реальность и начинает выстраивать на ее основе представление о норме. Возникает опасное убеждение: «со мной что-то не так, потому что моя жизнь не выглядит так же ярко».

Особенно остро это переживается в подростковом и юношеском возрасте, когда самооценка только формируется и особенно уязвима. Но проблема затрагивает и взрослых людей, которые вроде бы должны обладать более устойчивой психикой. Исследование, проведенное в 2018 году среди пользователей различных платформ, показало, что даже короткое пребывание в ленте новостей вызывает снижение настроения и удовлетворенности жизнью. Люди начинали оценивать свои достижения как менее значимые, а внешность – как менее привлекательную, хотя объективно никаких изменений не произошло. Просто они на мгновение оказались в мире, где все выглядят лучше, успешнее и счастливее, и этот мир наложил свой фильтр на их восприятие себя.