Инесса Барра – Окситания. Витамины для души (страница 4)
Помню, как я впервые купила себе белые сапоги и светлую зимнюю куртку во Франции. Сапоги хоть и назывались зимними, вряд ли подошли бы для низких температур и вечно грязных улиц моего родного города. А тут я спокойно выгуливала свою нереально белую обувь. Однако не обошлось и без сюрпризов: я наивно полагала, что переживу французскую зиму примерно так же, как русскую осень, но неожиданностью стали влажные леденящие ветра, которые при минимальной минусовой температуре пронизывали до костей, и от этого ничто не спасало. Если зимой передвигаешься в теплой машине и выбегаешь только для того, чтобы пересечь парковку, то можно и потерпеть, но на прогулку мы одевались в «сто одежек». Французы удивлялись: «Почему ты мерзнешь? Ты же из России!» Мне было трудно объяснить разницу, которую я ощущала буквально всем телом – ведь минус пятнадцать при сухом воздухе практически не чувствуется, а вот влажность в придачу к минус пяти – это невыносимо!
***
Забеременев, я почти сразу начала поиски роддома с ванной. Первых двух детей я рожала дома, в воду, и полагала, что во Франции с этим не будет проблем. Увы, я ошибалась. Муж, хоть и не гинеколог, но медик по образованию, объяснил мне, что здесь такое не практикуется.
Ранее я изучала труды Мишеля Одена, французского акушера и хирурга, управлявшего родильным отделением больницы Питивье с 1962 по 1985 годы. Оден – создатель оригинальных методик, в которых родильный процесс рассматривается как естественный и в то же время интимный, проходящий в комфортной обстановке. Именно этот врач предложил идею родов в специально оборудованных комнатах, напоминавших уютное домашнее пространство, а не стерильные больничные палаты. В созданном им царстве полумрака и спокойствия женщины могли рожать в воде или выбирать любое другое наиболее удобное для себя положение. Оден активно делился своими знаниями, выступая на конференциях и публикуя статьи и книги о грудном вскармливании и родовых бассейнах.
Однако, как я потом узнала, методика Одена не получила признания на родине. Сам он перебрался в Англию, так и не взрастив последователей. Поэтому врачей, принимающих роды в воду, во Франции днем с огнем не сыщешь. После долгих поисков, уже почти настроившись рожать в Германии, я наконец нашла хороший вариант – всего в ста двадцати километрах от дома, в Люксембурге.
Врачи опасались, что третьи роды могут быть стремительными. Я взяла на себя все риски. К счастью, прогнозы докторов не подтвердились: мы вовремя доехали, я не испытала абсолютно никакого дискомфорта, и уже на следующий день муж забрал нас с дочерью домой.
Осень 2006 года выдалась особенно нудно-дождливой. Солнце не показывалось в Нанси целых две недели, и казалось, что оно уже не вернется. Ежедневные прогулки с младенцем я совершала в крытом пассаже у дома. Бессонные ночи и послеродовая депрессия, помноженная на отвратительную погоду – потоки воды, непрерывно льющиеся с неба. Все это удручало настолько, что я начала заговаривать с мужем о смене места жительства. Эдуард, уроженец Прованса, оказавшийся в Нанси по распределению после окончания марсельского мединститута, был не против переезда. Конечно, его немного тревожил вопрос с работой. Но тем не менее долго мы не размышляли – уже через год старшего сына ждало поступление в колледж. Во Франции это следующий после начальной школы этап образования, и обычно он означает полную смену окружения. Поэтому мы решили, что было бы здорово найти новый дом как можно быстрее.
Мы сконцентрировали поиски на южных регионах Франции. Муж засел на сайтах с недвижимостью и время от времени звал меня посмотреть фотографии. Кроме теплого климата у нас имелись и другие критерии для выбора жилья: вместительность для всей нашей большой семьи; удаленность от соседей, с которыми мы намучились в Нанси; наличие гаражей или других помещений, пригодных для того, чтобы держать обширную коллекцию винтажных машин. При этом мы хотели, чтобы дом находился не в глуши, а поблизости от крупного города, в котором наши дети смогут иметь возможность получить образование. Таким условиям чаще соответствовали довольно крупные владения.
Когда нам попадались объявления о продаже особняков (maison de maître) или шато (château – замок), мы договаривались с хозяевами и отправлялись на осмотр очередного «дома мечты». Происходило это либо в выходные, либо во время школьных каникул. Расскажу о некоторых интересных особняках, которые мы посетили.
Хозяева – пара шведов. Он – бывший сотрудник одной из фармацевтических компаний, ныне пенсионер. Владельцы начали ремонт в замке, и мы сразу увидели несколько качественно отделанных помещений. Кухня полностью обустроена современными приспособлениями и техникой, хотя архитектурный стиль не нарушен. Столовая, салон, библиотека и бильярдная комната – на первом этаже. Все в шикарном состоянии! Широкая терраса выходит в чудесный парк, огороженный невысокой каменной стеной. Позже дети заметили, что по этой стене наперегонки носились шустрые рыжие белки, перепрыгивая друг через друга. Глядя на них, мы смеялись и шутили, что здесь пролегает скоростная беличья трасса.
На втором этаже отремонтированной оказалась только одна большая спальня. Белый пушистый ковер, покрывающий пол. Картины и фотографии на стенах. Посредине – кровать королевского размера. Две прилегающие гардеробные с отдельными ванными комнатами. В одной из них оборудована сауна, а в другой – джакузи. В поместье есть крытый бассейн, старинная печь для сушки чернослива, сторожевой дом и еще какое-то здание. Замку принадлежит около двадцати гектаров земель.
Осмотрев все и пообщавшись с хозяевами, мы уехали. Место нам понравилось. Цена, которую просили хозяева, не казалась заоблачной – шестьсот пятьдесят тысяч евро. Однако переехать туда сразу не представлялось возможным из-за отсутствия дополнительных спален. Мне кажется, муж до сих пор сожалеет об этом шато, да и я иногда тоже.
А что же сам замок? Я обратила внимание на крохотную башенку, напоминавшую гриб на тонкой ножке с остроконечной шляпкой. А еще заинтересовалась деревянной полукруглой дверью в обрамлении двух полуколонн по обеим сторонам. Внутри – стены из белого камня, балочный деревянный потолок. Но особенно глубокое впечатление на меня произвела монументальная каменная лестница, ведущая на второй этаж с арочными проемами. Поднимаясь по ней, попадаешь в энергетический поток, который переносит тебя куда-то в далекое прошлое, и вот я уже аккуратно ступаю, придерживая невидимые длинные юбки. Чувствую тепло от факела, закрепленного на стене. Ух, даже сейчас меня уносит в воспоминание о воспоминании.
Но и это еще не все! На верхнем этаже разворачивается длинная широкая галерея с тремя огромными скругленными проемами, через которые открывается чудесный вид на зеленые холмы. Я шла по ней и думала, что вот тут можно было бы повесить огромные гобелены, поставить свечи и устраивать вернисажи и приемы гостей. Обязательно под музыку.
Я изумилась, узнав, что в замке отсутствует отопление. Не представляю, как можно там выжить зимой! Несмотря на огромный открытый камин и толстенные каменные стены, внутри было действительно холодно.
Цену хозяева не ломили – те же шестьсот пятьдесят тысяч за неплохо сохранившийся исторический памятник. Вполне приемлемо, если бы не затраченное время и добавочная стоимость работ по проведению отопления. К тому же рядом с замком не нашлось места для машин мужа.
Кстати, нынешние хозяева переоборудовали помещения под частную гостиницу и сдают спальни туристам. Интересно, как они решили вопрос с отоплением? Надеюсь, что выход нашли.
Мне с первого взгляда очень приглянулись остроконечные крыши, совершенно очаровательная круглая башня и парк перед замком. На первом этаже – кухня, столовая, рабочий кабинет и шикарный салон с большим камином. На второй ведет винтовая лестница, находящаяся в башне. Коридор представляет из себя длинный балкон, с которого открывается вид на залу с камином и диванами. Спальни располагаются по периметру второго этажа, и каждая из них оборудована собственной ванной комнатой.