Инесса Барра – Окситания. Витамины для души (страница 5)
Мы ходили, любуясь этим небольшим семейным замком, ощущая его уют и тепло. На тот момент не все помещения активно использовались хозяевами – были комнаты для друзей, или chambres d’amis, как говорят французы. В одной из спален ставни оказались заперты, и хозяин подошел, чтобы их открыть. Я выглянула из окна. Внизу разворачивался вид на… кладбище, расположенное по другую сторону дороги. Я невольно отпрянула, но промолчала. Уже в машине сказала мужу, что не смогу жить в доме рядом с захоронениями, а он смеялся и говорил, что о лучших соседях и мечтать не приходится – нешумные, и пейзаж красивый: цветы и деревья.
Как вы понимаете, этот вариант мы отклонили по двум причинам: стоимость, которую хозяева не собирались снижать, и соседство. Кстати, недавно замок приобрела супружеская пара из Канады. Они устраивают там творческие встречи и мастерские. Отличная идея, мне кажется.
Замок состоит из двух частей, между которыми прилепилась шестиугольная башня. Ее высокая остроконечная крыша покрыта, как чешуей, ровной глазурованной черепицей и напоминает хвост огромной любопытной рыбины, занырнувшей в дом. А еще она украшена узорами цвета охры, которые заметны издалека. Они выглядят нарядно, напоминая знаменитые бургундские крыши.
Пышные кусты гортензии у входной двери. Внутри – прохлада и полумрак. Осматриваем первый этаж, и в какой-то момент в разговоре хозяйка упоминает, что овдовела несколько лет назад: муж ее покончил жизнь самоубийством, и она нашла его тело вот здесь, в этой самой комнате.
Ну и ну! Я вдруг явственно почувствовала опускающийся на меня влажный туман – он проник внутрь. Стало зябко и неспокойно. Мне захотелось срочно избавиться от неприятного ощущения, и я поспешила выйти на улицу, в надежде, что солнечные лучи мне помогут.
Муж еще немного поговорил с хозяйкой, а потом попрощался за нас двоих. Тот замок мы не купили. Догадываетесь почему?
Въезжая в поместье, мы попали на широкий двор, по обе стороны от которого располагаются здания. Интересно, что агент пригласил нас войти через кухню. Это небольшое помещение и самая старая часть замка. Там сохранился неровный пол из крупных истертых камней, каменная мойка и, конечно, камин. Когда мы вышли из кухни, я поняла, почему нас решили провести именно таким путем – перед нами открылся почти киношный вид: длинный коридор с анфиладой смежных залов-комнат. Когда я переходила из одной в другую, создавалось ощущение, что стоит мне моргнуть, как я окажусь на балу: горят свечи, а вокруг – дамы и мужчины в старинных нарядах. Вот гости сидят на диванах и обсуждают последние новости, потягивая напитки из пузатых бокалов, а вот – играют в карты. Из следующей залы доносится фортепианная музыка, певица исполняет что-то протяжное, а в комнате рядом молодой человек декламирует стихи. Но, увы, все это лишь фантазии, навеянные атмосферой дома. В каждой зале много света за счет больших окон-дверей, выходящих с одной стороны в заросший сад, а с другой – во внутренний двор.
Совсем по-другому выглядел второй этаж. Мы поднялись туда по очень узкой деревянной лестнице. Наверху – несколько крошечных спален с миниатюрными окошками и настолько низким потолком, что до него можно спокойно дотронуться рукой. Почему такая разница? Оказывается, первоначально второй этаж, как и лестница, предназначался исключительно для прислуги. Хозяева туда даже не заглядывали.
Снаружи нас встретил заросший парк с ярко-желтыми пятнами нарциссов и величественным бамбуком. Дети тут же побежали играть в прятки и догонялки. А нам надо было осмотреть еще одно строение. Оно оказалось в заброшенном состоянии и требовало капитального ремонта. Несмотря на недочеты, цена шато составляла шестьсот тысяч евро. Поразмыслив, мы решили отказаться от такой покупки.
Карта Окситании
Дом у реки. Переезд
В процессе поиска нового дома мы осматривали не только замки. У мужа было необъяснимое желание жить ближе к воде, а потому мы посетили еще и несколько водяных мельниц. Во время осмотра первой из них я четко осознала, что дом на воде – не мое. Эдуард принял этот факт и слегка изменил настройки поиска: пусть река или озеро будет не под домом, а рядом с ним. Мы, кстати, чуть не купили огромное поместье с озером в несколько гектаров, но вовремя посмотрели карту и выяснили, что в зоне существует высокий риск наводнений.
Если бы вы меня спросили, почему мы не рассматривали варианты приобретения дома на побережье Средиземного моря, то я бы ответила вам кратко: одного взгляда на цены достаточно, чтобы остыть и искать что-то попроще. Покупку нового жилья мы планировали осуществить на деньги от продажи дома в Нанси, а нужно сказать, что цены в Лотарингии и на Лазурном берегу, увы, не равнозначные.
Во время летних каникул мы загрузились в «кемпинг кар» (camping car), или «дом на колесах», взяли несколько адресов, договорились с владельцами и отправились на юг.
Альби встречал нас ярким утренним солнцем. В центр старого города мы приехали в районе одиннадцати часов. Я рассчитывала, что мы сможем перекусить, но оказалось, что все рестораны и кафе в этот час были еще закрыты. Нам пришлось ждать до полудня – раньше этого времени официанты отказались нас обслуживать. Нужно пояснить, что на тот момент я находилась на шестом месяце беременности и плохо переносила состояние голода – мне было совершенно не до древних красот. После того, как нас все же покормили, мы отправились смотреть имение, находящееся между Альби и Гайяком.
На территории усадьбы оказалось достаточно места: два гектара земли; бассейн, в котором во время нашего визита плескались внуки хозяев; помещение, где могла бы укрыться большая часть автомобильной коллекции мужа. Сюрпризом для меня был вид с террасы на реку Тарн. Эдуард ходил довольный – настолько, что даже не очень придирчиво рассматривал территорию и почти не расспрашивал хозяев.
Как же выглядел дом, в который позднее нам предстояло въехать?
Двухэтажный. С симпатичным камином на первом этаже, просторной столовой и четырьмя спальнями на втором – ровно столько, сколько нам нужно для всех членов семьи.
Я заметила, что не все комнаты в доме равноценны по размеру. Ремонта не было давно, и я начала прикидывать, что нужно изменить. Муж улыбался и кивал. Мы побеседовали с хозяевами, а затем решили осмотреть округу: хотелось знать, где находятся школы, колледжи, лицеи, магазины, госпиталь, аптеки, университеты. На юге люди очень словоохотливы и более открыты, чем северные жители. Обратитесь к любому прохожему с вопросом, и вам обстоятельно на него ответят, во всяком случае нам ни разу не отказали.
Если о наличии инфраструктуры можно получить объективную информацию в интернете, то целостную картину о климате и погоде вряд ли составишь, руководствуясь лишь цифрами. Мне хотелось свидетельств местных жителей, и мы их нашли. Вот что они нам рассказали: снег – большая редкость в этом регионе, дожди непродолжительны, лето начинается рано и заканчивается к концу октября. Правда, временами бывает очень ветрено. Местные поведали нам интересный факт: отан (фр. vent d’autan), ветер приходящий с юго-востока, со стороны Средиземного моря, способен в буквальном смысле свести с ума. Тогда я почти ничего не знала о ветрах, но позже познакомилась с ними ближе. Забегая вперед, могу сказать, что отан порой дует со скоростью более ста километров в час, и под его завывания бывает невозможно спать. А однажды утром я проснулась и увидела, что из двора не выехать. У ворот поперек дороги лежал огромный тополь – его свалил отан. В остальном свидетельства местных относительно климата мне понравились. К тому же воздух здесь был явно суше, чем в Нанси, а это уже большой плюс.
Но вернемся к покупке дома. После той поездки мы осмотрели еще несколько особняков, но муж, казалось, сделал свой выбор. Поразмыслив, я с ним согласилась. Мы подписали договор, но переехали только годом позже, после того, как мой сын окончил начальную школу и должен был перейти в колледж. Тут, наверное, нужно дать краткое представление о французской образовательной системе.