INDIGO – На границе империй. Том 10. Часть 17 (страница 8)

— Совпадения случаются, — сказал он, хотя сам не до конца в это верил.

— Мила, — сказал он наконец, поднимаясь и обходя стол, чтобы встать рядом с ней, — я подниму на ноги весь сектор. Я уже отправил два запроса командованию флота на выделение разведчика, и как только…

— Когда «как только»? — перебила она отца, и в голосе её зазвенело отчаяние пополам со злостью. — Когда он доберётся сюда, а потом ещё вылетит туда? И когда флот вообще выделит его нам?

— Мила, — снова тихо позвала Лера, но на этот раз в её голосе звучало не столько желание осадить подругу, сколько собственная, до предела натянутая тревога, прорвавшаяся наружу через всю её выдержку, дав трещину впервые за весь разговор. — Он делает что может.

— А если этого недостаточно? — Мила резко повернулась к ней, и впервые за весь разговор вице-адмирал увидел, как дрожат у неё руки, вопреки всем усилиям это скрыть. — Если недостаточно, Лера, что тогда?

— Тогда мы будем сами действовать и разбираться вместе, как разбирались всегда, — твёрдо ответила Лера, беря её за руку и крепко сжимая пальцы. — Но сначала дай отцу закончить.

Мила замолчала, потом вдруг всхлипнула и потёрла глаза тыльной стороной ладони, отчего стала на миг похожа на ту самую семилетнюю девчонку из его воспоминаний.

— Прости, — пробормотала она. — Я не должна была на тебя кричать. Просто…

— Тебе не за что извиняться, — вице-адмирал подошёл и обнял дочь, вдыхая, знакомый с детства запах её волос, и она на мгновение позволила себе прижаться к его плечу так, как не позволяла себе с самого детства. — Я бы на твоём месте кричал ещё громче. Мила, пойми, там могло произойти что угодно. Всё, что я знаю точно, он точно вступил в бой. И кто бы там ни оказался его противником, это же Алекс: его противник ещё сильно пожалеет, что вообще с ним связался. Вы обе прекрасно знаете своего мужа, знаете, на что он способен, когда дело касается его и боевых действий.

Алекса, почувствовав, что напряжение в комнате начало спадать, решила воспользоваться моментом и снова требовательно дёрнула деда за рукав, вспомнив про недоделанный фокус и явно решив, что взрослые, наконец, наговорились. Макс тихо взял сестру за руку и увёл её к дивану в углу кабинета не по указанию, а сам, почуяв взрослым чутьём, что сейчас не время для искр и смеха, и что лучше подержать сестру подальше, пока родители заняты своим разговором. Он усадил её рядом с собой и что-то тихо зашептал ей на ухо.

— Мы дождёмся, — тихо сказала Лера, всё ещё держа Милу за руку. — Мы и не такое выдерживали.

— Я буду держать вас в курсе, — пообещал вице-адмирал. — Лично каждый день, что бы ни происходило.

Мила кивнула, всё ещё не убирая головы с его плеча, а он, глядя на возню внуков в углу, впервые за долгие годы службы поймал себя на мысли, что готов был сейчас обменять все звания и награды на единственную вещь на вызов от Алекса, молчавшего вот уже не первые сутки, и на то, чтобы услышать его усталый, но живой голос.

Не успели Мила с Лерой и внуками дойти до двери адмиральского кабинета, как приёмная и коридор вздрогнули от низкого гула сирен, и голос искина станции сообщил с потолка:

— Внимание, боевая тревога! Всему составу станции занять места согласно боевому расписанию! Повторяю: тревога боевая, не учебная. Всем занять места согласно боевого расписания!

Глава 5

Не успели Мила с Лерой и внуками дойти до выхода из адмиральского кабинета, как приёмная и коридор вздрогнули от низкого гула сирен, и голос искина станции вновь сообщил с потолка:

— Внимание, боевая тревога! Всему составу станции занять места согласно боевому расписанию! Повторяю: тревога боевая, всем занять места согласно боевого расписания!

Свет в коридоре мигнул и тут же сменился на тревожный, приглушённо-багровый, в отличие от учебных тревог, которые обозначались спокойным жёлтым, и от одного этого оттенка у Милы сжалось всё внутри. В её памяти было свежо недавнее нападение на станцию Теней. Она тревожно посмотрела дочь, и у Алексы, до этого весело подпрыгивавшей на месте, разом пропало всё желание баловаться, девочка замерла на полушаге, широко раскрыв глаза. Где-то в глубине переборок глухо заработали автоматические шлюзы, а по полу пробежала едва ощутимая дрожь, станция начинала раскрываться как цветок, открывать и разворачивать свои боевые системы готовясь к бою.

В то же мгновение дверь адмиральской каюты позади них с шипением распахнулась, и в проёме, широко расставив ноги, будто заранее готовясь к удару, стояла Багира. Высокая, гибкая, в облегающем тёмном комбинезоне личной охраны, подчёркивающем каждую линию тренированного тела, с коротко остриженными тёмными волосами, она держала одну руку на рукояти клинка сай, с которым, по мнению адмирала, не расставалась даже во сне. Клинок ещё не покинул ножны, но было видно, что лезвие готово покинуть ножны в любую долю секунды.

Она одним быстрым, цепким взглядом окинула внуков. Внуки, вместо того чтобы испугаться, смотрели на потолок с детским интересом и в то же время с тревогой, свойственной детям, которых с рождения растили среди военных. Багира, убедившись, что с детьми всё в порядке, перевела взгляд на Милу с Лерой. Быстро пробежавшись по ним взглядом и убедившись, что с обеими всё в порядке, она, наконец, посмотрела на вице-адмирала, всё так же не убирая руки с рукояти клинка.

— Отец, это что? — голос Милы дрогнул, и она невольно шагнула ближе к детям, будто могла заслонить их своим телом.

— Да я сам, как и вы, пока ничего не знаю, — ответил вице-адмирал, и в его собственных ушах эти слова прозвучали куда спокойнее, чем ощущалось внутри.

— Может, это просто учения? — с надеждой, явно не веря собственным словам, спросила Лера, крепче прижимая к себе плечо Макса. — У вас же бывают внеплановые проверки готовности?

— Учения идут по жёлтому контуру, а не по багровому, — коротко возразил вице-адмирал.

Но, увидев, как все три женщины, дочь, её подруга и молчаливая телохранительница, смотрят на него разом, будто под увеличительным стеклом, ожидая другого ответа, добавил твёрже:

— Но сейчас выясню.

Он бросил на Багиру короткий, оценивающий взгляд. Когда-то в первые недели её появления на станции, он вовсе не понимал, что она здесь делает и по какому праву расхаживает по станции с клинками на спине, будто у себя дома. Лишь позже, наведя осторожные справки через старых сослуживцев, он выяснил, что внуков и дочь охраняет личная телохранительница племянницы самого императора, назначение, которое сложно было счесть простой формальностью.

А по-настоящему он понял, зачем император прислал именно её, в тот день, когда увидел Багиру в деле против Теней: короткая, страшная в своей стремительности схватка до сих пор иногда всплывала у него перед глазами. С тех пор в глубине души он её немного опасался, не как угрозу для семьи, а как напоминание о том, сколь многого он о собственной дочери и её окружении он попросту не знает. Он никогда не забывал и о том, где именно Багира служит и что в тех же коридорах императорского дворца и среди тех же разумных, служит и его бывшая жена. Хотя опять же, по слухам, а слухи в имперском флоте расходились быстрее иных приказов, и с Алексом у Багиры сложились на удивление дружеские отношения.

Отогнав эту мысль, он одновременно отправил искину станции запрос о причине тревоги, по нейросети и одновременно для всех спросил:

— Искин, доложи обстановку, — произнёс он вслух, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, как и подобает командующему флотом. — Что случилось?

Ответ пришёл не сразу, секунда, может, две задержки, которых для боевого искина станции с лихвой хватило бы, чтобы просчитать тысячу вариантов развития событий, проанализировать тысячи данных и свести их в единую картину. За эту короткую паузу боевой искин успевал сверить показания, поступившие с оптических, гравитационных и радиолокационных датчиков, расположенных по всему периметру системы, соотнести полученные профили с обширной базой данных известных кораблей Империи и сопредельных секторов, а также прогнать сотни сценариев возможного развития событий и то, что даже при подобных вычислительных мощностях ответ всё же задержался хотя бы на пару секунд, само по себе говорило о многом. Вице-адмиралу эта короткая пауза не понравилась куда больше, чем сама тревога. Искин никогда не медлил без причины.

— Обнаружены неопознанные контакты на подходе к внешнему периметру станции. Три объекта, идут курсом сближения со станцией, их скорость нарастает, — доложил искин, в голосе которого вице-адмиралу почудилась несвойственная машине настороженность. — Опознавательные сигналы не отвечают на запрос. Классификация противника продолжается.

— Три объекта вышли из гиперпространства и двигаются на станцию. — повторил вице-адмирал вслух.

— Пираты? — тут же спросила Мила.

— Рано делать выводы, — ответил он, хотя первым, что мелькнуло у него в голове, было именно это слово.

— Три корабля разом — это непиратский набег, — тихо, будто размышляя вслух, заметила Лера, и в её голосе, обычно ровном и рассудительном, впервые за всё время прорезалась настоящая тревога. — Пираты бьют исподтишка, поодиночке, а тут на станцию открытым курсом?

Вице-адмирал промолчал, хотя мысленно был вынужден согласиться с ней.