INDIGO – На границе империй. Том 10. Часть 17 (страница 26)

Грегор долго молчал, обдумывая услышанное, побарабанив пальцами по краю стола.

— Продолжайте пробовать, — сказал он наконец. — И держи это в тайне даже от секретариата. Если кто-то намеренно оставил этот канал открытым, я хочу знать, кто именно.

— Как прикажете, — Коуэлл коротко склонил голову, но не двинулся к выходу, а вместо этого переступил с ноги на ногу и, понизив голос, добавил: — Да, тут ещё кое-что сообщили о происшествии на станции.

— Что именно? — Грегор снова поднял взгляд, теперь уже с явным интересом.

— Мне тут шепнули по большому секрету, — Коуэлл понизил голос ещё сильнее, почти до шёпота, и невольно оглянулся на закрытую дверь за спиной.

— О чём?

— Начальник имперской безопасности снова прокололся. И серьёзно.

— Что у него произошло здесь? — Грегор отложил планшет в сторону, полностью развернувшись к помощнику.

— Не поверите: от него здесь сбежал Алекс Мерф. Удрал прямо из лечебной капсулы, согласно официальной версии.

Грегор невольно приподнял бровь — жест, который позволял себе крайне редко и который у любого другого разумного на станции сошёл бы за бурю эмоций.

— Вижу ведь, что ты нарыл что-то интересное, — выкладывай всё, — Грегор чуть подался вперёд, забыв и о речи, и об усталости.

— Так, никто здесь не верит в это, — Коуэлл заговорил быстрее, будто торопясь выложить всё, пока не передумал. — Видели его на станции перед этим, сам на ногах не держался. Ранен и контужен был в последней операции. Вот только никто на станции не в курсе того, что он улетал на секретное задание с эскадрой, местное или имперское СБ всё засекретило, всё до последней строчки в журналах медотсека. Все думают, что он, как и адмирал, лечится сейчас, после ранения. Так что сам он сбежать из капсулы никак не мог — регенерационная капсула на такой стадии восстановления блокируется изнутри тройным контуром: биометрическим, механическим и энергетическим, а тело в глубокой фазе регенерации попросту не подчиняется командам разумного настолько, чтобы подняться, не то что взломать замок. По собственной воле выбраться из такой капсулы не смог бы даже полностью здоровый разумный, не говоря уже о том, кто, по словам самого Коуэлла, ещё недавно не держался на ногах. Да ещё и взорвать несколько переборок — судя по описанным Коуэллом повреждениям, разряд был точечным, направленным, будто кто-то заранее знал точное расположение силовых кабелей за облицовкой. Всё это выдумки начальника имперской безопасности. Кто-то попытался его выкрасть прямо из-под носа имперской безопасности.

— И как успешно? И что с ним? — заметно заволновался Грегор, поднимаясь из-за стола.

— Успешно, однозначно успешно, но похитители его не смогли далеко унести. Бросили. И он вроде сейчас снова в капсуле восстанавливается. Но последняя информация совсем неточная. Никто ничего толком не знает. Всё тщательно скрывается — даже от тех, кто по должности имеет допуск к подобным сводкам.

— Это вполне нормальная практика у имперской безопасности, — Грегор невольно позволил себе кривую усмешку и облегчённо выдохнул, будто часть тяжести, которую он нёс весь вечер, чуть ослабла. Он машинально забарабанил пальцами по краю стола, что случалось с ним крайне редко и что Коуэлл, судя по его чуть удивлённому взгляду, отметил про себя как ещё одну деталь, достойную памяти — точно так же, как сам Грегор годами копил чужие мелочи.

Коуэлл, воодушевлённый тем, что новость приняли благосклонно, шагнул чуть ближе к столу, понизив голос ещё сильнее.

— Говорят ещё, что охрана медотсека утроена с той ночи, — добавил он. — И что допуск в саму секцию, где стоят капсулы, теперь только по личной санкции Нарта, без исключений даже для дежурных врачей высшего ранга. Раньше такого не было даже при самых серьёзных инцидентах.

— Значит, он действительно напуган, — заметил Грегор скорее себе, чем помощнику. — Нарт не стал бы так закручивать гайки из простой перестраховки. Он слишком гордится тем, что его считают разумным, которого ничем не удивить.

— Думаю, вам нужно задать ему вопросы насчёт судьбы вашего брата, но вряд ли имперская безопасность позволит кому-то сейчас с ним пообщаться, — Коуэлл покачал головой. — Я, честно говоря, вообще не понимаю, как он оказался здесь и почему вернулся один и без вашего брата? Но всё по этому вопросу тщательно засекречено.

— Сильно сомневаюсь, что глава имперской безопасности захочет мне что-то рассказать, и тем более позволит поговорить с Алексом, — Грегор устало потёр висок. — Так что продолжайте пробовать связаться по этому частному каналу, думаю, здесь больше возможностей появиться.

— Понял, — коротко ответил Коуэлл и, ещё раз коротко склонив голову, вышел, тихо притворив за собой дверь.

Грегор ещё долго сидел неподвижно, глядя на закрывшуюся дверь, прежде чем снова придвинуть к себе планшет с так и не законченную речью на завтра. Три версии одной и той же вступительной фразы по-прежнему лежали перед ним, но теперь, после разговора с Коуэллом, каждая из них казалась ему одинаково недостаточной, из-за того, что скрывал Нарт, и того, что могло скрываться за вежливой обтекаемой формулировкой аварской повестки. Он удалил всё и начал писать заново.

Глава 16

Грегора разбудил голос Коуэлла, сначала далёкий, будто пробивающийся сквозь толщу сна. Он не сразу понял, где находится: свет в каюте был приглушён до дежурного, почти сумеречного режима. Плед тёмно-синий, форменный, с крохотной эмблемой флота, вышитой на уголке, сполз с плеча на пол, а щека покоилась на холодном, неудобном ребре дивана, оставившем на коже отпечаток, который он почувствовал ещё до того, как окончательно разлепил глаза. Судя по всему, он проработал над речью почти до позднего вечера, а потом, сам того не заметив, провалился в сон прямо на диване.

Что кто-то заходил в каюту вечером, он понял даже раньше, чем осознал, что вообще проснулся: планшет лежал ровно посередине стола, а не там, у самого края, где он в последний раз его оставил, а плед точно не мог появиться на его плечах сам по себе. Коуэлл. Больше некому. Заглянул поздним вечером, увидел спящего начальника, аккуратно укрыл, отодвинул планшет подальше от края, чтобы тот не свалился на пол, и вышел не потревожив. Мелочь, но именно из таких мелочей десятилетиями и складывалась привычка Грегора доверять этому разумному больше, чем половине посольского штата, вместе взятого.

Только сейчас, судя по голосу и по тому, как настойчиво трясли его за плечо, привычная деликатность Коуэлла куда-то испарилась без следа.

— Шеф. Шеф, вы меня слышите?

Грегор открыл глаза не сразу, ещё какое-то время лежал неподвижно, позволяя сознанию медленно вернуться из вязкой темноты сна к реальности каюты и не законченной вчера речи. Первое, что он увидел, было лицо Коуэлла, слишком напряжённое для того часа, который наверняка ещё даже не дотягивал до станционного утра.

— Что ещё случилось? — спросил он хриплым со сна голосом, садясь на диван и одновременно растирая ладонью затёкшую шею.

— Шеф, у нас проблемы! — выпалил Коуэлл, и голос его дрогнул на последнем слове.

— У нас? — удивлённо переспросил Грегор, окончательно открывая глаза и окидывая взглядом каюту, словно ожидал увидеть источник тревоги прямо здесь. Не заметив мигающих сирен, он удивлённо посмотрел Коуэла.

— Да, именно у нас, — с нажимом повторил помощник, и на его осунувшемся, побледневшем лице читалось нечто среднее между паникой и сдерживаемым профессиональным самообладанием.

— И какие именно у нас проблемы? — уточнил Грегор, садясь ровнее и краем сознания отмечая, что халат Коуэлла надет криво, а волосы сильно взъерошены: похоже, тот прибежал сюда прямо из своей каюты, даже не посмотрев в зеркало, видимо, действительно произошло что-то экстраординарное.

— Шеф, наш осведомитель только что прислал очень интересные данные, — сообщил Коуэлл, торопливо усаживаясь в кресло напротив, не дожидаясь приглашения, чего прежде почти никогда себе не позволял.

— И что там? — Грегор нахмурился, уже ощущая, как сон отступает, вытесняемый неприятным предчувствием.

— Он вчера разговорил одного медтехника в баре за кружкой, — начал Коуэлл, заглядывая в планшет, хотя явно помнил каждое слово доклада наизусть и заглядывал скорее по привычке, чтобы сообщить всё слово в слово. — Этот техник, как оказалось, лично осматривал повреждённую капсулу, в которой находился Мерф, когда её только обнаружили пустой. Так вот, на обшивке капсулы остались следы. И это совсем не следы хуманов.

— Не хуманов, а кого же? — спросил Грегор, окончательно просыпаясь и одновременно активируя нейросеть и привычно заказывая себе утренний бодрящий напиток и лёгкий завтрак; крохотный индикатор на пищевом синтезаторе мигнул зелёным, подтверждая, что заказ принят синтезатором и будет готов через несколько минут.

— Судя по когтям, шеф, это мзимы, — тихо, как-то неуверенно произнёс Коуэлл, и по тому, как он это сказал, было ясно: он и сам не до конца верил словам агента.

— Мзимы? Да откуда они здесь? — Грегор повернулся и посмотрел в глаза Коуэла, он понял, что тот серьёзен и остатки сонливости слетели с него окончательно, будто кто-то щёлкнул выключателем.

— Вот и я о том же, шеф, — развёл руками Коуэлл, и в этом жесте читалась растерянность помощника, который весь вечер и всю ночь пытался найти этому объяснение и так и не нашёл. — Агент также сообщил, что они прикончили нескольких офицеров охраны из имперского СБ, причём очень быстро и без единого выстрела в ответ. И если бы не кри, которых отправили следом за Мерфом, вряд ли бы у охраны вообще получилось что-то сделать.