INDIGO – На границе империй. Том 10. Часть 17 (страница 27)

— Так что с Мерфом? — уже откровенно взволнованно спросил Грегор.

— Точно никто не знает, — Коуэлл покачал головой, избегая прямого взгляда начальника. — Техник сказал, что они не смогли протащить его в вентиляцию: то ли не хватило времени, то ли габариты тела Мерфа не позволили это сделать, и поэтому бросили его прямо там, в коридоре транспортного склада, испугавшись преследовавших их кри.

Мзимы? Грегор не слышал этого слова много лет, с тех самых пор, как ещё юным атташе читал засекреченные сводки о пограничных стычках на дальних рубежах, где имперские патрули время от времени натыкались на существ, о которых потом старались не упоминать даже в закрытых докладах. Мзимы не воевали армиями: они появлялись бесшумно, забирали то, за чем пришли и исчезали, прежде чем кто-либо успевал организовать погоню, а те немногие свидетели, которым доводилось видеть их вблизи и остаться в живых. Считалось, что их родная система лежит далеко за пределами известных Аратану границ, в области, куда не долетали даже разведывательные зонды, и появление их здесь, на главной станции Восьмого флота, за сутки до начала переговоров с Аварской империей, не могло быть случайностью. Слишком много совпадений выстраивалось в стройную и неприятную картину.

— Ты понимаешь, что это значит для переговоров? — тихо спросил Грегор.

— Понимаю, шеф, — мрачно кивнул Коуэлл. — Если аварцы узнают, что на станции находятся мзимы, а имперская безопасность это скрыла, а ещё и не смогла защитить собственного пленника от чужого нападения прямо у себя под носом… они не просто откажутся продолжать переговоры. Они объявят это доказательством того, что мы сами не контролируем ситуацию, а значит, и все обвинения насчёт утечки технологий получат новую почву.

Грегор мысленно отметил, что помощник, сам того не подозревая, только что сформулировал вслух ту же самую мысль, которая молнией пронеслась у него в голове секундой раньше: вчерашний туманный пункт повестки про «происхождение технологий, применявшихся в приграничных инцидентах» и сегодняшнее появление мзимов на станции внезапно перестали выглядеть двумя не связанными между собой событиями. Слишком складно. Слишком вовремя.

— Это не может быть простым совпадением, — произнёс он вслух, уже поднимаясь на ноги и одним движением сбрасывая с плеч остатки пледа. — Мне нужно немедленно поговорить с Нартом.

— Я так и предполагал, что вы это скажете, — Коуэлл тоже поднялся, но остался стоять у двери, явно не зная, стоит ли следовать за начальником или лучше остаться и продолжать работу. — Он ведь наверняка постарается закрыть эту информацию наглухо, шеф. Особенно после вчерашнего провала с побегом адмирала Мерфа. Он представил это всё, как будто тот сам сбежал из медсекции.

— Значит, тем более нужно поговорить с ним, — коротко ответил Грегор, уже направляясь к шкафу с формой.

Одевался он быстро, привычными, отработанными годами движениями, не тратя времени на раздумья о том, какой китель выбрать. Сейчас был не тот день, чтобы задумываться о протокольных тонкостях гардероба. Синтезатор у двери каюты тихо звякнул, оповещая о готовности заказа, и Грегор на ходу выхватил из ниши тёплую кружку с бодрящим напитком, откусив кусочек от свежей булочки, сделав на ходу несколько глотков, уже покидая каюту. Завтрак остался почти не тронутым, есть совершенно не хотелось.

Найти главу имперской безопасности оказалось куда сложнее, чем Грегор предполагал поначалу. Его видели, казалось, буквально везде: дежурный офицер у стыковочного узла клялся, что Нарт проходил здесь не более получаса назад, направляясь в сторону медицинского отсека; техник на посту связи сообщил, что тот только что закончил разговор по защищённому каналу и ушёл куда-то к переговорному сектору, двое караульных у входа в оружейную комнату вообще синхронно замялись, переглянулись и после короткой паузы сообщили, что «господин начальник заходил, но недолго». Везде Нарт появлялся, и нигде не задерживался дольше нескольких минут, будто нарочно избегал того, чтобы его застали на одном месте для серьёзного разговора.

Станционный искин оказался и того бесполезнее: на прямой запрос Грегора он вежливым голосом сообщил, что «доступ к данным о текущем местонахождении главы имперской безопасности временно ограничен по распоряжению самого главы имперской безопасности», и на все последующие уточняющие вопросы отвечал одной и той же безупречно вежливой формулировкой, за которой стояла явная и совершенно намеренная стена. Грегор невольно усмехнулся про себя: судя по всему, Нарт предусмотрел заранее, что кто-то захочет найти его именно сегодня, и заблаговременно подстраховался, отрезав самый очевидный способ его отыскать.

Он потратил на поиски почти двадцать минут, прежде чем догадался проверить центральный зал управления станцией. Нарт бывал здесь нечасто, предпочитая держаться ближе к переговорному сектору и медицинскому отсеку. Створки массивной бронированной двери разошлись с тихим, едва слышным шипением, впуская его в просторное, приглушённо освещённое помещение.

Нарт сидел здесь совершенно один, в адмиральском кресле в центре зала, том самом и пристально наблюдал за большим тактическим экраном, на котором отображалось нечто, различить, что издалека Грегор не успел. Стоило только дверям разойтись, чтобы впустить его внутрь, как экран мгновенно погас.

— Чего тебе не спится? — не поворачиваясь лицом к Грегору, спросил глава имперской безопасности, и в голосе его прозвучало откровенное, ничем не прикрытое недовольство. — Я бы вот не отказался вздремнуть хотя бы пару часов.

— Нарт, мне доложили, что на станции присутствуют мзимы, — произнёс он, сразу переходя к делу.

— Надо же, пронюхал, — резко откликнулся глава имперской безопасности.

— Да, узнал. И что ты собираешься с этим делать? — Грегор шагнул вперёд, не собираясь отступать под тяжёлым, откровенно неприязненным взглядом собеседника.

— Вот что я тебе скажу: не суй свой нос в мои дела, — отрезал Нарт, и голос его звякнул металлом, каким он обычно разговаривал с провинившимися подчинёнными, но никак не с равным по положению разумным. — Займись лучше подготовкой к переговорам.

— Подготовка к переговорам напрямую зависит от того, что происходит на этой станции, — не остался в долгу Грегор, стараясь удержать голос ровным, хотя внутри у него всё сильнее нарастало недовольство. — Если аварцы узнают о мзимах раньше, чем мы решим этот вопрос, никакой подготовки уже не понадобится, потому что переговоров попросту не будет.

— Аварцы узнают ровно то, что я сочту нужным им позволить узнать, — Нарт поднялся из кресла резким движением, и, в этом движении читалась накопленная годами жёсткость профессионального вояки. — И, кстати, если бы кое-кто держался своей дипломатической колеи и не совал нос в вопросы безопасности, у меня было бы на порядок меньше головной боли на этой станции.

— Кое-кто, значит? — Грегор прищурился, уловив в этих словах нечто большее, чем обычное раздражение уставшего человека.

— Именно, — Нарт ответил вызывающим взглядом, в котором давняя, годами копившаяся неприязнь на этот раз проступила почти открыто, без привычной служебной сдержанности. — Ты ведь привык, что тебе всё сходит с рук, Грегор. Что ты можешь являться куда угодно, спрашивать что угодно и получать ответы, потому что когда-то давно ты был наставником у нынешнего императора. Только вот с той поры прошло достаточно лет.

— Я стал наставником императора не по своей прихоти, Нарт, а по прямому решению имперского совета, — твёрдо ответил Грегор, стараясь не поддаваться на явную попытку, увести разговор в сторону. — И то, что мне тогда позволялось, было позволено ради безопасности империи, а вовсе не ради моего удобства.

— Ради его безопасности империи, — Нарт коротко усмехнулся. — Ты и сейчас продолжаешь этим прикрываться, но хочу тебе напомнить, что тебе не позволено врываться в мой кабинет посреди ночи и требовать от меня отчёта. Ты давно уже не наставник, Грегор. Формально ты дипломат, приставленный к переговорам, а не глава безопасности этой станции. Это моя работа, а не твоя!

— Формально Нарт, моя работа заключается в том, чтобы переговоры вообще состоялись, — произнёс он вслух, отгоняя воспоминание и стараясь, чтобы голос звучал спокойно, без надрыва. — А твоя работа, помимо прочего, заключается в том, чтобы обеспечить безопасность этих переговоров. Если мзимы разгуливают по станции за сутки до прибытия аварской делегации, а ты сидишь здесь один в темноте и смотришь на потухший экран вместо того, чтобы объяснить мне, что происходит. Это вопрос того, состоятся ли переговоры вообще.

Нарт долго молчал, глядя на него исподлобья тяжёлым, недобрым взглядом, и по тому, как дёрнулась жилка у него на виске, было видно, что ответ дался ему не без внутренней борьбы.

— Я разберусь с мзимами сам, — произнёс он наконец, чеканя каждое слово. — Без твоей помощи, без твоих советов и уж тем более без твоего вмешательства. Твоя задача, сделать так, чтобы аварская делегация услышала красивую, убедительную речь и не задавала лишних вопросов. Остальное предоставь профессионалам.

— А если профессионалы вновь упустят одного больного, как вчера, упустили одного адмирала, который обязан присутствовать на переговорах? — не выдержал Грегор, и в его голосе впервые за весь разговор прорвалось нечто похожее на настоящую неприкрытую злость.