INDIGO – На границе империй. Том 10. Часть 17 (страница 17)

— А процедура, я смотрю, у вас отработана, — тихо заметил вице-адмирал, наблюдая за этим со странным, почти отстранённым спокойствием, будто смотрел на чужую жизнь через толстое бронестекло.

— Как и всё в имперской безопасности, — коротко отозвался начальник СБ флота, впервые за всё это время подавший голос, и в его тоне вице-адмирал уловил что-то похожее на сочувствие, тщательно спрятанное за уставной сдержанностью. Он стоял чуть позади и левее начальника имперской безопасности, вице-адмирал машинально отметил эту позицию, характерную для подчинённого, которому не доверяют полностью, но и не считают врагом.

Собственно, вице-адмиралу было всё равно, отправят его в камеру сразу или нет. Он попросился переодеться только ради того, чтобы повидать внуков и их мать, он подозревал, что отправится в камеру СБ надолго, и хотел напоследок услышать хотя бы их голоса, увидеть хотя бы на секунду знакомые лица. Он молча поднялся из кресла, стараясь двигаться так же прямо и уверенно, как делал это тысячи раз прежде, и направился к выходу, больше ничего не говоря. Начальник СБ восьмого флота пошёл следом за ним, чуть помедлив; вице-адмирал заметил, как тот на мгновение обернулся к начальнику имперской безопасности, будто спрашивая безмолвного разрешения, и лишь после короткого кивка сдвинулся с места. Вообще, вице-адмирал где-то внутри себя был даже рад этому отстранению. Он прекрасно понимал, что теперь будет происходить на станции, и совершенно не хотел нести ответственность за это.

В коридорах станции вице-адмирал сразу обнаружил множество офицеров имперской безопасности, как в форме, с эмблемами на рукавах, так и в гражданской одежде, которая не могла скрыть их настороженные, изучающие взгляды и характерную выправку, выдававшую в них разумных, привыкших замечать всё вокруг себя. Служащие станции, встречавшиеся им по пути, при виде их процессии умолкали и вжимались в переборки, стараясь занимать как можно меньше места в коридоре. Даже гражданские не пытались держаться от них подальше.

— Послушай, — тихо сказал сзади начальник СБ флота, когда командный центр остался позади, и вице-адмирал скорее почувствовал, чем услышал, как тот ускорил шаг, чтобы поравняться с ним.

— Чего тебе ещё? — огрызнулся в ответ вице-адмирал, не поворачиваясь к нему и не сбавляя шага.

— Хочу тебе сразу сказать: их там нет, — произнёс начальник СБ, понижая голос до едва различимого шёпота и на ходу, оглядываясь через плечо, словно проверяя, не отстают ли сопровождающие.

— Кого нет? — не понял, о ком идёт речь, вице-адмирал, чуть повернув голову.

— Твоей дочери и внуков, — ответил начальник СБ, и в его голосе впервые прорвалось что-то похожее на настоящее беспокойство.

— Как нету? А где они? — вице-адмирал резко остановился и повернулся лицом к начальнику СБ, чувствуя, как сердце вдруг сбилось с ровного ритма, а к горлу подкатил тугой ком.

— Иди вперёд и не делай глупостей, — начальник СБ понизил голос почти до шёпота, коротко оглянувшись через плечо на сопровождавших их офицеров, которые держались чуть поодаль, но явно ничего не упускали из виду. — По приказу имперской безопасности их, для их же безопасности, отправили со станции. Так что они улетели. Не переживай, с ними всё в порядке.

Коридор здесь делал плавный изгиб, огибая один из технических отсеков, и на переборке, чуть выше уровня глаз, до сих пор виднелась едва заметная неровность обшивки — след недавнего ремонта после атаки Теней. Странно, подумал он мельком, что именно сейчас, в эту минуту, взгляд зацепился за тот шрам станции.

— А куда они улетели? — вице-адмирал впился взглядом в лицо начальника СБ, будто надеясь прочитать ответ раньше, чем тот его произнесёт.

— Извини, мне об этом не сообщили. Всё, что я могу для тебя сделать, пока меня ещё не до конца отстранили, — это отправить им сообщение от тебя, — начальник СБ пожал плечами, и в этом жесте было куда больше бессилия, чем ему бы хотелось показать.

— Тебя тоже отстранили? — удивлённо спросил вице-адмирал, останавливаясь ещё раз и вглядываясь в лицо начальника СБ — усталое, осунувшееся и совсем не похожее на лицо триумфатора.

— Да, как и тебя. Думаю, мы скоро окажемся в одной или соседних камерах, — невесело усмехнулся начальник СБ флота, и усмешка эта вышла кривой, вымученной, больше похожей на гримасу боли, чем на что-либо весёлое.

— А тебя-то за что? — недоверчиво прищурился вице-адмирал. — Ты ведь всё это время исправно докладывал наверх обо всём, что происходило на станции. Что тебе в вину поставят?

— То же, что и тебе, полагаю, — пожал плечами начальник СБ, и в его голосе просквозила плохо скрываемая усталость, накопившаяся со временем, как будто он долго ждал приказа и, наконец, дождался. — Недостаточную бдительность. Или излишнюю. С ними никогда не угадаешь, что именно им нужно.

— Не надо им ничего от меня отправлять, — коротко ответил вице-адмирал и пошёл дальше, к своей каюте.

— Как скажешь, — тихо ответил начальник СБ, провожая его взглядом, в котором читалось не то сожаление, не то удивление от такого ответа. Для себя он решил, что разговор закончен, хотя по его лицу было видно, что он собирался сказать что-то ещё, но передумал.

А идущий впереди вице-адмирал подумал о том, что не доверяет им, начальник СБ флота вполне мог выполнять задание имперской безопасности, и о том, что его сообщение вполне могут использовать против дочери и внуков, точно так же как когда-то использовали против него самого его же слова, вывернутые наизнанку в тех бесконечных допросах. Он видел, как это проделывали не раз, и не собирался облегчать им задачу своими собственными словами.

До каюты оставалось шагов двадцать, когда вице-адмирал остановился ещё раз. Он не обернулся. Он просто замер посреди коридора, глядя за спину идущему впереди офицеру СБ.

— Один вопрос, — произнёс он тихо, стараясь, чтобы голос не выдал того, что творилось у него внутри. — Ты сам сказал: «по приказу имперской безопасности». Чей это был приказ? Кто его подписал?

Начальник СБ флота остановился тоже, но не сразу ответил ему. Он повернулся вполоборота и посмотрел на вице-адмирала, и в его взгляде на секунду мелькнуло что-то похожее на растерянность.

— Не могу сказать, и не потому, что не хочу, — добавил он, заметив, как дёрнулась надбровная дуга вице-адмирала, — а потому что не знаю сам. Приказ пришёл сверху, без подписи конкретного лица. Такое иногда бывает, когда дело касается… особых случаев.

— Особых случаев? — повторил вице-адмирал, и в его голосе прозвучал холод. — Как в тот раз с Алексом?

— Я этого не говорил, — быстро возразил начальник СБ флота, но взгляд при этом он отвёл в сторону.

— Тебе и не нужно ничего говорить, — тихо произнёс вице-адмирал. — Я и так вижу это по твоему лицу, слишком давно мы вместе служим, и ты отлично знаешь меня, как и я тебя. Так что можешь не стараться, я всё и так понял.

Начальник СБ промолчал. Просто отвёл взгляд и пошёл дальше по коридору, чуть быстрее, чем прежде. Вице-адмирал помедлил секунду, глядя ему вслед, и последовал за ним.

Спорить было бессмысленно. Он понял это ещё раньше, по тому, как менялись лица встречных офицеров. Все они вели себя одинаково: кто-то отводил взгляд, будто боялся заразиться его опалой, кто-то, наоборот, смотрел слишком долго и слишком внимательно, словно старался навсегда запомнить эту картину — как уже бывшего командующего флотом ведут по его же собственной станции под конвоем. Один из офицеров, совсем ещё молодой флаг-лейтенант, которому вице-адмирал присвоил звание всего полгода назад, вдруг остановился, вытянулся по стойке смирно и отдал честь, глядя прямо перед собой с решимостью, которой сам, наверное, от себя не ожидал. Начальник СБ восьмого флота нахмурился и едва заметно качнул головой в его сторону, безмолвно приказывая тому не привлекать лишнего внимания, но вице-адмирал успел заметить этот жест и на мгновение почувствовал что-то похожее на благодарность к этому смелому парню.

Дверь каюты оказалась не заперта. Это почти рассмешило вице-адмирала — какая ирония: тратить столько сил на отстранение и обыск, но забыть запереть дверь до прихода хозяина. Впрочем, тут же подумалось ему, быть может, дело было вовсе не в забывчивости, а в банальном расчёте: зачем запирать дверь, если внутри всё равно находятся те, кому положено там находиться по долгу службы. Внутри уже кто-то находился: двое разумных в странной одежде. Совсем их форма не походила на форму имперской безопасности и не гражданское платье, а нечто среднее, с закрывающими лицо капюшонами, похожими на паранджу. Они деловито просматривали содержимое ящиков стола, аккуратно без спешки, будто делали это далеко не в первый раз. Один методично складывал личные вещи в прозрачные пакеты с маркировкой, приклеивая к каждому небольшой стикер с номером и временной меткой; второй сверял что-то по планшету, время от времени останавливаясь и что-то в него надиктовывая — судя по всему, протокол изъятия, где каждый предмет фиксировался отдельной строкой с указанием времени и места обнаружения, чтобы позже ни один пункт нельзя было оспорить или подделать задним числом.

— Обыск уже идёт, — произнёс вице-адмирал без всякого удивления, окидывая взглядом свою каюту так, будто видел её впервые: знакомые вещи в чужих руках выглядели совсем иначе. — Могли бы дождаться, пока хозяин переоденется.