Ильза Мэдден-Миллз – Не мой Ромео (страница 74)
– Мне так жаль! Джек просто испугался. В тот день, когда они пришли помочь нам с уборкой, он глаз с тебя не сводил. Ты в кухню, он за тобой. Ты наружу – и он туда же. Джек смотрел на тебя так, словно ты – солнце для его луны. А как вы произносили свой текст в пьесе…
– Это притворство, – возражаю я. – Пьеса есть пьеса. Теперь мы завалим спектакль. – Я тяжело вздыхаю. – Не знаю, как выйду на сцену…
– Никакого притворства, Елена. Он любит тебя.
У меня дрожат ресницы.
– Тогда где он сейчас?
30
Джек
Я себя не узнаю. Что за нестерпимое отчаяние овладело мной? Откуда эта тошнота? Мне так тошно, что я резко поворачиваю руль и съезжаю с автострады на прилегающую дорогу. Здесь проще отдышаться.
Затормозив, я рывком распахиваю дверцу, бегу на лужайку на другой стороне, успеваю низко нагнуться. Меня рвет.
К действительности меня возвращает звонящий в машине телефон.
Глубоко дыша, я кое-как забираюсь в машину и хватаю мобильник.
– Что произошло, Джек?
Это Лоренс. Я позвонил ему, как только сел в машину. Сам не знаю, что я ему сказал, когда вышел из дома Елены весь дрожа.
– Раньше Елена работала в издательстве
– Это нигде не всплыло, вот и все. – На том конце провода повисает молчание. – Я тебе говорил: пускай она подпишет договор о неразглашении.
От угрызений совести я вжимаюсь в кресло. Лоренс продолжает:
– Если бы ты меня послушал, ничего этого не произошло бы.
Я откидываю голову на подголовник. Я совершенно обессилел. Сначала ее разговор с Марвином, потом отказ что-либо объяснять, заверения в любви – так скоро после таких же заверений от Софии…
– Обойдусь без твоих поучений, Лоренс.
– Значит, так, – говорит он после паузы. – Давай я с ней потолкую и выясню, как именно обстоит дело.
Я лязгаю зубами.
– Она ничего тебе не скажет.
– Тогда сам с ней поговори.
– Не могу! Не могу, и все, понимаешь? С ней я… – Я закрываю глаза.
Ясно же, что если она заплачет, когда глянет на меня своими глазищами, то я могу…
– Ладно, я сам впрягусь и выясню ее намерения.
– Она все знает, – цежу я. – Знает, как мы пытались обработать Софию, как подключили к этому Эйдена… – Черт, это вылетело у меня из головы.
– Она знает об операции на плече?
– Да.
– Брось, Джек! Зачем?..
Потому что я… Потому что…
Я бью кулаком по рулю.
– Подключайся, Лоренс. Сам я не могу с ней говорить.
Потому что теперь могу облажаться я сам.
Боюсь даже представить, что творилось бы у меня внутри во время такого разговора. Даже когда София сообщила о своей книге, я не испытывал такого… отчаяния.
– Мне нужна передышка.
– Что еще за передышка? Ты не можешь отказаться от роли в спектакле.
– Об этом не было речи. – Мне противен мой дрожащий голос.
Как, черт возьми, будет теперь выглядеть рядом с этой Джульеттой мой Ромео?
* * *
Когда я, наконец, добираюсь до своей квартиры, часы показывают почти одиннадцать вечера. Тяжесть в груди и в животе никуда не делась. Я ни на чем не могу сосредоточиться, засунуть ключ в замочную скважину – и то почти непосильная задача.
В дверях меня встречает Девон, почти готовый ко сну: босой, в пижамных штанах.
– Мне звонил Лоренс. Ну и вид у тебя!
Я протискиваюсь мимо него и ползу на кухню.
– Где водка? Хорошая!
– В морозильнике. – Он хмуро тащится за мной. – Ты в порядке?
– Нет, но буду. – Я достаю бутылку
– Выкладывай, что стряслось. – Он садится на табурет.
– Самое обычное дело. Знакомятся парень и девушка. Наверное, она с самого начала знает, кто он такой. Они встречаются. Она узнает его секреты и предает его.
– Неужели? Прямо так? Знаю я тебя. Когда случается неприятность, ты замыкаешься: рот на замке и…
– Она ничего не объяснила.
Девон вздыхает и смотрит на меня в упор.
– Это же Елена! Ты подумай…
– Нечего тут думать! – рычу я, делаю новый глоток и отправляю стакан скользить по столешнице. – Ты будешь со мной пить или нет?
Девон вглядывается в меня, и я знаю, что он видит. Осунувшуюся физиономию. Поникшие плечи. Жалкую жертву обмана. Опять!
Друг уверенно кивает.
– Наливай. Поговорим завтра.
* * *
На следующее утро Девон входит в мою спальню и резко поднимает жалюзи. В окно заглядывает яркое солнце.
– Вставай, пьяница! Ты проспал тренировку на стадионе, Эйден пытался узнать, что с тобой, уже звонил кучу раз!
Я с ворчанием сажусь в постели.
– Скажи ему заткнуться.
Девон переводит взгляд с меня на пустую бутылку из-под водки на ночном столике.
– Ты сто лет не надирался, Джек. Я тебя не узнаю.