Илья Серебрянников – Город потерянных имен. Рассказ А. (страница 11)

– Это его была идея дела объединить, – пошёл ва-банк М.

– Чего бля?! Это с каких он пор прикреплён у тебя? А я-то думаю, лишь бы не мои слили в газеты, а тут такое. Ты что, на отстранение нарываешься?

– Никак нет. Прикрепил ещё до объединения.

– Кто подписал?

– Вас и Алексея Иваныча не было в тот день, я врио12 был, подписал сам.

– На воре и шапка горит. Ну ты даёшь… – тяжело вздохнул начальник. – Родственника к делу подтянул, ещё и его идеи за свои выдавал. После совещания копию мне на стол – это, во-первых. А во-вторых, ты пойми: сейчас за нами пристальное внимание, бля, под микроскопом дерьмо в твоих штанах найдут и в моих заодно.

– Понял, Евгений Викторович.

– Ни хуя ты не понял. Брата своего держи в узде, а то он у тебя… – шеф подбирал слова, – горе пережил. Так, собирай народ, сейчас подойду.

Я ретировался от двери, чтоб не столкнуться с М. Тот, выходя, надул щёки и покачал головой. Мы вернулись в зал для совещаний, народ уже начал занимать стулья, Алиса устроилась на последнем ряду, рядом с ней было свободное место, я присел. М. направился к доске и командным голосом позвал всех на брифинг.

– Привет, – сказал я Алисе вполголоса.

– Здравствуй, – ответила она сосредоточенно. – Всё-таки пришёл?

– Пришлось дорого за это заплатить, – усмехнулся я. – Не получил твой отчёт.

– Закончила его только утром, думала, прислать после доклада на случай, если будут ценные замечания и корректировки.

– Сомневаюсь…

В зал вошёл шеф и проследовал к доске, начиная говорить ещё на ходу:

– Так, сегодня к пятнадцати у нас должен быть подозреваемый или, блядь, хотя бы что-то, кроме соплей и домыслов. Дайте фактов, за которые можно зацепиться. Свидетеля нормального, а не пиздюка-наркомана, который в штаны навалил и что-то там видел. Машину конкретную с номерами. Фоторобот хоть высрете, работайте! Если увижу кого, хуи пинающим, – будете месяц дежурить. И должен быть годный доклад в бумаге, ясно? – вялое мычание в ответ. – Давай, М., послушаем, – он уселся в первый ряд.

Брат начал сухое изложение уже известных мне фактов. После зачитал заключение судмедэксперта по последней жертве – ничего нового. Протоколы опросов свидетелей – подростков с завода и отца, не вносили ясности, сегодня ещё требовалось опросить одноклассников и учителей. Она любила прогуляться по Озёрному парку после занятий в школе. Прочёсывание лесополосы продолжалось: новых улик, места нападения и убийства не было найдено. М. озвучил идею с арендой авто и просмотром архивных видео после дат совершения преступлений, если таковые, конечно, сохранились. Он сообщил, что до полудня айтишники обещают подготовить отчёт о социальных сетях с добавлением аналитики по новой жертве. Также доложил, что серое Volvo пока не было обнаружено – вчера, ближе к вечеру, когда общественный резонанс докатился до прокурорских кабинетов, машину всё же объявили в розыск.

– Доклад закончил и предлагаю послушать психолога и гражданского консультанта…

– Погоди, – шеф встал. – Из толкового пока только работа по машинам. Так, Свистунов, бери двоих, отрабатываете эту тему. Чтоб, не отрываясь на обед, сидели и смотрели в эти записи. М., берешь людей и звоните, бля, во все салоны в городе, ищем Volvo в аренде. К часу жду у себя в кабинете с докладом, заодно этих айтишников-хуишников тоже послушаем. Солодов, что по горячей линии? – обратился он к худосочному лейтенанту.

– Ничего стоящего, товарищ полковник, – встав, сообщил служивый.

– Ясно. Ну что там наука говорит, – шеф посмотрел на задний ряд.

Алиса встала и направилась к доске, словно старшеклассница в форме, одетая в строгий чёрный костюм, поверх белой рубашки.

– Психологический портрет серийного убийцы, – начала Алиса, продолжая смотреть в свои листочки. – Первое. Пол: мужской…

– Ну это мы и сами догадались, – раздался чей-то смешок. – Алиса сделала небольшую паузу и смерила шутника строгим взглядом из-под очков.

– А ну-ка, бля, отставить балаган! – рявкнул начальник.

– Второе. Возраст: от тридцати пяти до пятидесяти пяти лет… – продолжила Ян.

– Так, стоп, а тут уж у меня вопрос, – закряхтел шеф, недовольно хмурясь. – Это откуда такие факты?

– Я попрошу Вас дослушать до конца, а потом задавать вопросы, – строго ответила Алиса, от чего по залу пробежали оханья. Начальник посмотрел на аудиторию, почесал усы, сделал удивлённое лицо, скривившись в обратной улыбке, и сказал:

– Ну что ж, продолжайте.

– Третье. Рост: от ста семидесяти пяти до ста девяносто сантиметров. Крепкого телосложения, – невозмутимо продолжила Ян. – Четвёртое. Образование: среднее специальное или высшее. Пятое. Работа: возможно, уволен, работал или работает инженером, техником, программистом или на иной работе, не требующей тесного социального контакта. Имеются сбережения, – в толпе стало заметно тише, но всё ещё раздавались удивлённые перешёптывания. – Шестое. Место жительства: местный, хорошо знает город. Седьмое. Семейное положение: женат, вероятно, имеет уже взрослых детей, либо разведён. Восьмое. Отношения с членами семьи: холодные, скорее всего уже в разводе, обижен на жену и детей, которые выбрали мать (если они есть). Отношения с собственными родителями: властная мать, вероятно, религиозная строгая семья с практикой телесных наказаний. Воспитывался в основном матерью. Девятое. Социальные связи: слабо развиты, друзей нет или их мало. Отношения с ними поверхностны. Вероятно, отчуждение от социума с раннего возраста, например, из-за замкнутой семьи. Десятое. Темперамент: флегматичный, с редкими холерическими приступами во время убийств. Одиннадцатое. Характер: автический – ведёт замкнутый образ жизни, ограничены интересы, на контакт не идёт, и психастенический – тревожен, сомневается в собственных силах, застенчивый, педантичный, – на этом месте некоторых уже поклонило в сон. Шеф, насупившись, внимательно слушал. М. что-то листал в телефоне. – Двенадцатое. Психосоматика: годами накапливались негативные бессознательные переживания, которые в основном носят скрытый характер. Он их не осознавал до определённого события – испытал сильный стресс в недавнем прошлом, что могло послужить триггером к началу убийств. Например, потеря работы или уход жены с детьми. Психологическое расстройство личности не установлено, – тут народ невольно зашумел. – Убийца осознаёт противоправность своих действий. Но психопатия личности может развиться из-за претерпеваемой им трансформации, в том числе, выраженной в развитии фантазий, что можно наблюдать в созданной им сцене убийства пятой жертвы. При этом у него средне выраженная «маска нормальности» – он неприметен в обществе, могут быть некоторые странности в поведении, но при желании едва ли отличается от остальных жителей города…

– Да уж, – буркнул тучный лысоватый мужик, сидящий справа от меня. Алиса продолжала:

– Тринадцать. Не стремится к множественным контактам, но при необходимости устанавливает контакт без особых проблем, хотя и является замкнутым типом личности. Любит наблюдать со стороны. С жертвами в процессе убийства скорее всего не разговаривал, но мог контактировать с ними до этого. Контакты, вероятно, носили незначительный характер. Четырнадцать. Прочие характеристики личности: лживость, нарциссизм, мстительность, властолюбие и одержимость контролем от глубокой неуверенности в себе. Пятнадцать. Тип серийного убийцы: смесь «упорного» и «демонстративного» типа. «Упорный» выражается в стремлении к повышению общественной значимости, честолюбии, восприимчивости, злопамятности, накоплению обид, что демонстрируется в его мстительной позиции к матери, жене или ребенку. «Демонстративный» тип проявляется в желании быть в центре внимания, особо выражен с пятой жертвой, но и до этого: все места преступления – известные парки в черте города. Высоко себя ценит, считает недооцененным, хочет добиться признания, легко и охотно идёт на ложь. Но лишён присущей этому типу необдуманности поступков. Шестнадцать. Потребности и мотивы: реализация фантазий, в том числе, сексуальных. Желание удовлетворить потребность в контроле, подчинении, овладении. Вероятная импотенция…

– Прям по Фрейду, – сказал молодой полицейский своему товарищу.

– Возможно, мстит женщинам, подразумевая мать, жену или дочь. Не может остановиться или совершить суицид, так как испытывает страх смерти, также связанный с собственными грехами и наказанием в виде ада. Он хочет доминировать. Взять разваливающуюся жизнь под контроль. В жертвах видел что-то близкое себе: жена в молодости или дочь. Он тщательно их выбирал: все очень похожи – определенный тип. Возможно, наблюдается элемент их спасения. Семнадцать. Классификация по мотиву: «Тиран или властолюбец». Убивает, чтобы почувствовать своё превосходство над жертвой. Данный тип серийных убийц обладает низкой самооценкой. В детстве с высокой вероятностью они подвергались насилию, например, телесным наказаниям в религиозной семье. Но добавлю и классификацию по мотиву: «Миссионер», проявившуюся особенно в последнем случае. Убивая, он преследует цель. Сцена с пятой жертвой говорит нам о христианском мотиве очищения. Он производит своего рода ритуал очищения не только тела, но и души. «Гедонический» тип по мотиву проявляется в возбуждении при совершении убийства: задушении, наблюдении за смертью жертвы глаза в глаза и в актах мастурбации после…