Илья Павлов – Когда мой брат придет с войны (страница 4)

Инженер скомандовал, и бойцы, огибая широким фронтом дом, пошли вперед. Кажется, в доме не было никаких движений. Пацаны ускорились. Иван, подходя к остаткам забора, с наскоку решил перепрыгнуть его. В этот момент раздалась автоматная очередь. Прыгая, Зима упал за бетонную стяжку. Все замерли, тревожные взгляды обратились к Ивану. Раскорячившись на земле, поправляя каску, он поднял голову и, виновато глядя в сторону товарищей, одними губами сказал:

– Блин, споткнулся.

Теперь стало понятно, что в доме закрепились враги, и просто так к нему невозможно подойти. Инженер доложил об этом командиру. Тот обещал помочь, но артиллерии по этой точке работать опасно: слишком близко наши воины подошли. Оставалось ждать. Через пять минут прилетел наш дрон и стал кружить вокруг дома, что-то высматривая в нем. БПЛА завис, и с него полетела вниз граната. Ударившись о стену, она взорвалась. Эх, промахнулся! Спустя короткое время беспилотник вернулся и снова, прицелившись, скинул гранату, но она опять не достигла цели. Из дома застрочил автомат, пули полетели в сторону «птички». Дрон наклонился и, заложив вираж, улетел.

Лысый, заметив откуда велся огонь, дал туда очередь из автомата.

– Пацаны, смотрите, показываю, где он! – закричал Саня и выпустил несколько трассеров в сторону цели. Со всех сторон пошла стрелкотня. Пули, врезаясь в кирпич, ломали его, часть из них уходила куда-то внутрь развалин. В небе снова закружил дрон. На этот раз он метко сбросил гранату прямо в то место, где схоронились фашисты. Инженер крикнул:

– Парни, начинаем движение! Кузя, ты прикрывай!

Глава 4

Бойцы короткими перебежками направились к заданию. Все это время над полем боя висел беспилотник. Его оператор – Моцарт – внимательно наблюдал, чтобы к нашим воинам никто не подобрался незамеченным. Бортовая камера БПЛА давала возможность оператору видеть все в мельчайших подробностях. Моцарт не отрывал взгляда от монитора, от перенапряжения по виску ползла капля пота, но он ее не чувствовал – он весь был на поле боя с парнями.

Пехотинцы уже приблизились к разрушенному зданию вплотную, как в рацию заорал БПЛашник:

– Танчик, танчик! К вам идет танчик! Скорее в укрытие! Лезьте в подвал, бегом! Он совсем рядом, сейчас по вам работать начнет!!!

Парни кинулись врассыпную, каждый старался найти укрытие. В этот момент раздался выстрел, и в ту же секунду – взрыв. Снаряд врезался в развалины дома, проник глубоко внутрь, раздался хлопок и здание, словно подпрыгнув, окончательно сложилось и превратилось в бесформенную кучу камней. Танк шел напролом.

– Мужики, не высовываемся! – орал Инженер.

– У кого РПГ?! Мочи его! Стреляйте быстрее!!!

Выстрел! Граната с шумом пролетела и врезалась в правую гусеницу машины. Гусеница размоталась. Танк остановился. Через пару секунд открылся верхний люк и из него показалась голова.

Швед закричал:

– Они люки открыли, стреляй!

Из танка вылезли три человека, быстро отстегнув бронежилеты от корпуса машины. Вражеские танкисты побежали, на ходу надевая броники. В этот момент к «свинке» подлетел дрон, но не стал сбрасывать ВОГ на танк, а направился вслед за экипажем. ВСУшники увидели, что за ними летит беспилотник, и бросились врассыпную. Наша «птица» настигла одного из них.

В промзоне с обеих сторон дороги раздавалась стрельба. Наши бойцы продвигались вперед, давили противника. Артиллерия точечно выносила опорники врага, не давая высунуть голову пехоте нацистов. Наши штурмовики, подбегая к блиндажу противника, забрасывали его гранатами и лишь затем спускались внутрь, окончательно зачищая его.

Для врагов ситуация становилась катастрофической, и они отправляли на помощь своим боевикам подкрепление. Заводить свежие силы нужно было быстро, поэтому их БМП, заскакивая на полном ходу по центральной дороге, останавливалась у нужной точки, и с нее спрыгивала свежая партия солдат. Быстро перебегая от одного здания к другому, они растворялись на поле боя. По бронемашине начинала работать наша арта, но попасть в быструю, верткую машину очень сложно. Снаряды ложились рядом, цепляя ее осколками. БМП маневрировала и на полном ходу вырывалась из зоны поражения, скрываясь в малоэтажной застройке.

Инженер, поняв, что, пока не уничтожишь боевую машину, она так и будет подвозить резервы, подозвал к себе Зиму:

– Парень, на тебя вся надежда: бери РПГ, как хочешь, так и подбирайся на расстояние точного выстрела! И чтобы я больше не видел эту тварь! Понял задачу?

В этот момент Иван не испытывал страха, он чувствовал злость. Понимая, насколько важна его роль, он так же осознавал, что эта роль смертельно опасна, так как БМП высаживала пехоту на контролируемой противником территории, а чтобы выстрелить точно, надо подойти к машине на очень близкое расстояние.

Закинув за спину автомат, Зима взял гранатомет и, укрывшись за кучей ломанного бетона, стал изучать местность. Ивану предстояло пройти полкилометра до той точки, с которой он наверняка мог поразить вражескую машину. Он вглядывался в препятствия, которые ему предстояло преодолеть, мысленно представлял, как он это будет делать. Зима был сосредоточен.

Оглядевшись, выждав момент, пригнувшись, перебежал к углу ангара, хотя, ангаром это назвать было нельзя. Это были скорее очертания некогда большого гаража, от которого остались одни бетонные столбы, повторяющие его контуры. Повсюду валялись сломанные серые бетонные плиты. Иван нырнул под одну из них и затаился. Вокруг шел бой. Было сложно понять, заметил противник его рывок в свою сторону или нет. Выждав минуту, Зима осторожно выглянул, наметил очередную точку и приготовился бежать, но тут он услышал рев мотора. Танк был где-то совсем рядом. В небе кружили дроны, стараясь поразить железного монстра. Вдруг раздался оглушительный взрыв. Башню танка оторвало, и она, пролетев несколько десятков метров, с грохотом впечаталась в землю. Иван нырнул обратно под плиту. Медлить было нельзя, нужно было собраться и идти дальше. Сжав волю в кулак, Зима вылез из-под плиты и, прячась от глаз неприятеля, перебежал к следующему укрытию.

Шаг за шагом Иван шел к своей цели, и вот наконец он добрался до того места, что приметил в самом начале. Спрятавшись между бетонных блоков, удачно сложившихся колодцем, он притаился и стал ждать, когда фашисты повезут подкрепление. Прислушиваясь, он периодически выглядывал из укрытия, чтобы не пропустить момент, когда подъедет на точку высадки БМП.

Шел бой, страшный бой! Артиллерия разносила в клочья укрепы врага, штурмовики зачищали каждое здание, проходили каждый окоп, чтобы никто из нацистов не оказался живым у них за спиной. Враг огрызался: стрелял кассетными боеприпасами, которые при взрыве разлетались мелкой дробью на сотни метров, убивая все живое вокруг.

Иван ждал, сидя в тесном промежутке между блоков. Он не мог ни о чем думать, адреналин бил в голову. Лишь одна мысль не покидала его: «Только бы не промазать, есть всего один выстрел!» И тут в рации раздалось:

– Зима, он едет, будь готов! Давай, брат, мы на тебя надеемся!

Посмотрев в ту сторону, откуда должна была показаться БМП, Иван увидел нос машины, затем она вся оказалась в поле его зрения. На броне сидели солдаты врага. В руках у них были автоматы. Один был с пулеметом и еще один – с ручным гранатометом. Иван достал РПГ, аккуратно положил его на бетонный блок, сел в удобную позу и закинул гранатомет на плечо. Правой рукой взялся за рукоять, положил палец на курок и навел перекрестье прицела на бронемашину. Длинный выдох, все тело замерло, слышно было, как бьется сердце. Зима отключил сознание, все вокруг стихло: не стало слышно стрелкотни пулеметов, выстрелов пушек, даже запахи все исчезли. Плавно, между ударами сердца, он выжал курок. Легкий, еле заметный толчок, громкий хлопок, сзади вспыхнуло пламя, и граната вырвалась наружу. Иван скинул трубу и тут же нырнул между блоков. Еще не успев укрыться, он услышал взрыв. Граната, преодолев расстояние за секунды, врезалась прямо под башенку БМП. Боевики, еще секунду назад сидевшие на броне, выброшенные взрывной волной, разлетелись в стороны. Машина загорелась. Тут же со всех сторон по ней начали работать из стрелкового оружия. ВСУшники, не успев оправиться от взрыва, были впечатаны огненным ливнем в землю.

Зима сидел, укрывшись за блоками, он боялся поднять голову, ведь если кто-нибудь из нациков увидел, откуда стреляли, то ему не дали бы выйти живым.

Зашипев, заговорила рация:

– Зима, красавчик! Хана БМПшке, и эти козлы к Бандере уже спешат. Сиди пока там, не высовывайся, мы скоро. Не высовывайся! Как понял?

– Понял!

Сидеть пришлось долго, только когда стрелкотня ушла немного вперед, Зима вылез из укрытия. Но тут образовалась новая проблема. Он не знал, куда идти. Выбрав неверное направление, он легко мог оказаться в руках противника.

В это время в блиндаже, где расположились операторы БПЛА, шла напряженная работа. Четверо парней сидели напротив больших мониторов, у двоих в руках были пульты управления беспилотниками. Они плавно двигали джойстиками, глядя на экраны, и разговаривали:

– Сейчас «Грады» работать будут!

На экране была картинка: небольшие частные домики, огороды, разделенные заборами из редких деревянных столбиков с натянутой на них проволокой. Между этими домиками ходили солдаты, на их руках четко просматривались повязки из зеленого скотча. Рядом с одним из домов у крыльца стоял миномет, около него суетился расчет. В этот момент на картинке появились один за другим четыре разрыва. Они пришлись в самую гущу пехоты, закреплявшейся в домах. Один из парней, находящихся в блиндаже с дроноводами, сказал в рацию: