Илья Игнатов – День, когда люди разучились лгать (страница 2)

— Это не смешно, — сказала Ева.

— Я знаю. Просто она сказала правду про порошок.

— Мия.

— Что? Она же сказала.

Ева опустила взгляд на телефон. В черновике сообщения кому-то из родни стояло: «У Дэна просто температура». Она хотела дописать: «Ничего серьёзного». Палец нажал на букву «н», но буква не появилась. Ева стёрла черновик целиком.

Дэн хотел попросить дочь не продолжать. Хотел сказать, что сейчас никто не знает, что происходит, и ей не надо пугаться. Последняя часть не вышла бы, он понял это ещё до того, как открыл рот.

Зазвонил его телефон. На экране светилось: Хадо, «Контур».

— Возьми, — сказала Ева.

Дэн нажал на зелёную кнопку.

— Ты где? — спросил Хадо так, будто стоял рядом. На заднем плане слышались голоса, писк погрузчика и чей-то надрывный смех.

— Дома. С температурой.

— Отлично. Значит, живой. Ты можешь приехать?

— Не знаю.

Это прозвучало. Потому что он правда не знал.

— У нас очередь у дверей, — сказал Хадо. — Люди звонят и спрашивают, есть ли ещё замки. Потом спрашивают, лучший ли замок. Потом молчат. И я не понимаю, что им отвечать.

— Скажи, что есть, что нет.

— Я так и сказал. Теперь они едут сюда.

Дэн провёл ладонью по лицу.

— Я буду через сорок минут.

— Это точно?

— Да.

Ева смотрела на него, пока он одевался. Мия сидела на кухонном табурете, прижав колени к груди. На её телефоне один за другим вспыхивали сообщения из школьного чата. Ни одного она не открывала.

— Ты ведёшь уроки? — спросил Дэн у Евы.

— Директор написал, что школа работает.

— Он смог это написать?

— Он написал: «Школа постарается работать». Потом удалил. Потом написал: «Приходите, кто сможет».

— И ты пойдёшь?

Ева поправила ремень сумки.

— Я учительница. Я обычно иду, когда не понимаю, что делать.

Мия подняла голову.

— А я?

Ева замерла.

— Ты пойдёшь со мной. Не к тебе в класс, конечно. Просто… со мной до школы.

— Мне двенадцать.

— Я знаю.

— Тогда почему ты говоришь так, будто мне пять?

Ева открыла рот. Потом закрыла. Наконец сказала:

— Потому что я испугалась. Это не имеет отношения к твоим годам.

Мия долго смотрела на неё, а потом кивнула.

В прихожей Дэн застёгивал куртку. Ева подошла близко, взяла его за рукав.

— Ты вчера не хотел домой из-за меня? — спросила она.

Он мог бы промолчать. Мог бы сказать, что не хочет сейчас говорить. Это хотя бы было правдой.

— Не только из-за тебя, — сказал он. — Из-за всего.

— Это удобный ответ?

— Нет. Просто пока весь.

Ева отпустила рукав.

— Ладно.

Она не сказала «разберёмся вечером». Он не сказал «я вернусь». Они оба заметили это, но сделали вид, что не заметили.

На улице было холоднее, чем казалось из окна. Дэн сел в машину, включил печку и увидел в зеркале, как Ева ведёт Мию к остановке. Мия что-то говорила, махая рукой; Ева слушала, наклонив голову. Обычная картина. Настолько обычная, что у Дэна сжало горло.

Он выехал со двора и почти сразу попал в пробку. У аптеки стояла очередь. У супермаркета — ещё одна. На большом экране над перекрёстком застыл рекламный ролик: мужчина в каске держал дрель и беззвучно улыбался. Под ним горела надпись: «НАДЁЖНО. НАДОЛГО. ДЛЯ ВАШЕГО ДОМА».

Дэн смотрел на неё, пока не загорелся зелёный.

Потом поехал в «Контур».

Глава вторая. Контур

Утром «Контур» пах опилками, мокрыми куртками и чем-то металлическим, хотя Дэн не мог понять, чем именно. Может, это был страх. Страх в строительном магазине всегда пах железом: замками, цепями, дверными доводчиками, коробками с саморезами.

На парковке почти не осталось мест. Люди ставили машины на газоне, возле тележек, поперёк разметки. У входа стояла очередь, хотя магазин открылся меньше часа назад. Кто-то держал в руках распечатанный список, кто-то снимал фасад на телефон, одна женщина тащила ребёнка за рукав так быстро, что тот едва успевал переставлять ноги.

Хадо встретил Дэна у турникета. Его рубашка была расстёгнута на одну пуговицу ниже обычного, а бейдж висел боком.

— Ты правда приехал, — сказал он.

— Я же сказал, что приеду.

— Сегодня это почти характеристика.

— Что у нас?

Хадо посмотрел в сторону входа.

— Люди хотят замки. Потом хотят, чтобы мы объяснили, какой замок остановит человека, который очень хочет войти. Ещё берут фонари, фанеру, генераторы, канистры. Один спросил, продаём ли мы окна без стекла. Я сказал, что нет. Он спросил, можем ли сделать.

— И что ты ответил?

— Что нет. Это, кажется, было неправдой: мы можем, если очень постараемся.

— Тогда не говори «нет», если не уверен.