Илона Эндрюс – Хранительница врат (страница 43)

Он взглянул на Шона. Шон снова смотрел в угол, на чешуйчатые доспехи.

– Почему бы тебе не взглянуть поближе? – спросил Вильмос.

Шон встал и подошел к доспехам.

– Что это?

– Аурон Двенадцать. Невидимые доспехи, созданные специально для альф.

– Они выглядят… – начала я, подбирая слова.

– Непрочными? – продолжил Вильмос, кивая. – Это нанодоспехи. Они предназначены для ношения под кожей. Как только ты их надеваешь, они уже никогда не снимутся. Каждый альфа носил какую-то их версию. Говорили, что это не ты носишь доспехи, а доспехи носят тебя. Они спроектированы так, чтобы изменяться вместе с твоим телом, в любой форме, в любом состоянии. Ты когда-нибудь видел, как у твоих родителей появляются татуировки на шеях, если они рассержены?

Шон кивнул:

– Конечно.

– Тогда ты знаешь, что, раз видны татуировки, у тебя проблемы. Это инстинктивная реакция. Когда ты злишься или в опасности, доспехи расширяются, прикрывая уязвимые места. Они зовут тебя, так ведь?

– Да, – сказал Шон.

– Они продаются? – спросила я.

– Нет. Но я могу их отдать.

Вильмос улыбнулся Шону.

– Если ты хочешь, они твои. Мне они не нужны. Но когда-нибудь в будущем я, возможно, попрошу тебя об одолжении, альфа. Это время может никогда не прийти или прийти завтра.

Шон задумался.

– Бери, – сказал Вильмос. – Это хорошая сделка.

– Нет. Это плохая идея, – сказала я, зная, что он никогда на это не согласится. Ни за что на свете. Он не доверял Вильмосу, и это было бы глупо…

Шон протянул руку:

– Договорились.

Вильмос пожал ее.

– Хорошо. Снимай рубашку. Мы их подгоним.

– Шон… – начала я.

Он посмотрел на меня.

– Я не знаю почему, но они должны стать моими. Я не могу себя остановить.

– Это врожденное побуждение, – сказал Вильмос. – Не волнуйся. Как только они будут на тебе, это чувство пройдет.

– Звучит как не очень хорошая идея, – сказала я ему.

– Я знаю.

Глаза Шона были широко раскрыты, зрачки настолько велики, что радужная оболочка казалась совершенно черной.

– Это пойдет тебе на пользу. Я обещаю, – сказал Вильмос. – Ты почувствуешь себя лучше.

Он отключил силовое поле. Шон шагнул вперед, снял рубашку и коснулся блестящих чешуек. Металл начал плавиться, обвиваясь вокруг его пальцев. Тонкие серые полосы, словно металлические змеи, скользнули по его руке, по плечам, по груди… Металл расширился, покрывая его, и распался на тысячу крошечных металлических точек. Секунду ничего не происходило, а затем точки двинулись, как одна, пронзив кожу Шона.

Он издал гортанный, звериный крик, который перешел в рев.

Его спина выгнулась дугой, плечи расправились. Его плоть взметнулась вокруг него мохнатым вихрем, и на месте Шона возник огромный оборотень. Я и забыла, какой он большой.

Вильмос моргнул.

– Это чертовски внушительная боевая форма.

Шон-оборотень зарычал, обнажив огромные зубы.

– Почувствуй, как доспехи движутся через тебя, – сказал Вильмос. – Позволь им соединиться. Это сделает тебя сильнее. Ты сразу должен почувствовать некоторую отдачу, но для полного слияния потребуется время. Дай им двадцать четыре часа, и они встанут, как надо.

Шон повернулся. Под его кожей на груди образовались пластины, защищающие грудные мышцы и плоские линии живота. Доспехи расплавилась, и бо́льшая их часть переместилась на плечи, образовав наплечники. Его шея стала толще. Он зарычал. Мех исчез, туловище в мгновение ока уменьшилось, и Шон снова стал человеком. Спирали темно-синего и серого пигмента переплетались на его груди и животе, словно тигриные полосы. Он посмотрел на себя. Пигмент двигался.

– Вот и все, – сказал Вильмос. – Сформируй это.

Краска растаяла и превратилась в этнический рисунок, который покрыл бо́льшую часть торса Шона. Он обвил ребра, потек на спину и остановился.

Шон выдохнул.

– Теперь ты готов к бою. Удачи, солдат.

Глава 16

Когда мы вернулись, Арланд ждал нас на кухне. Он нашел гостевой ноутбук, который я оставила в комнате для его удобства, и что-то читал на экране. Рядом с ним стояла чашка с рисунком в виде маленьких розочек. В воздухе пахло мятой. Даже в белой футболке и джинсах Арланд не вписывался в обстановку кухни. Это было все равно что зайти в свою комнату и обнаружить средневекового рыцаря с лицом суперзвезды, небрежно потягивающего чай из фарфоровой чашки в цветочек.

Заметив Шона, вампир прищурился.

– Что-то случилось?

– Нет, – ответил Шон.

Арланд внимательно на него посмотрел.

– Ты выглядишь иначе. Кажешься крупнее. – Он втянул воздух. – И твой запах изменился. Что-то все-таки произошло.

Что-то действительно произошло. Шон не проронил ни слова после того, как мы вышли из магазина. Он действительно выглядел крупнее, с более четкими очертаниями, как будто набрал около десяти фунтов мышц, и все они пришлись на нужные места. Его глаза, теперь скорее золотистые, чем янтарные, были устремлены куда-то вдаль. Он блуждал где-то в своих мыслях, и сейчас не стоило его донимать. Потому что я сильно сомневалась, что в ответ он зачитает стихи об оборотнях. Он все время двигал плечами, как будто хотел их протестировать.

– Что ты читаешь? – спросила я.

– Просто небольшое социальное исследование, – сказал Арланд.

Ладно.

– Поле боя удовлетворило твои ожидания?

– Сойдет. Ты купила свое оружие?

– Да, – ответила я.

– Я пойду пробегусь, – сказал Шон.

Он открыл заднюю дверь и вышел на улицу.

Я подошла к окну. Оборотень стоял на траве, смотря на небо.

Брови Арланда сошлись на переносице.

– Мне стоит беспокоиться?

– Думаю, нет.

На самом деле я понятия не имела. И волновалась. В моем представлении надевать инопланетные костюмы, которые сливаются с твоим телом, было неразумно. Но Шон – взрослый мужчина, и я ничего не могла поделать. Я понятия не имела, к каким побочным эффектам может привести этот трюк.

Еще раз пожав плечами, Шон бросился прочь и скрылся за деревьями. Мгновение – и он полностью исчез из виду.

Будем надеяться, что он вернется целым и невредимым.