Илона Эндрюс – Хранительница врат (страница 13)

Фурия приземлилась на лапы и оскалилась.

– Арррррррр!

– Вот дерьмо.

Шон развернулся и побежал к ближайшей яблоне. Фурия снова завыла и бросилась в погоню. Когда он подпрыгнул и вскарабкался по стволу на ветки, ши-тцу заметалась вокруг дерева, не переставая лаять.

Довольный Шон уперся ногами в расщелину в стволе. Фурия носилась вокруг ствола, кружась то вправо, то влево, превращаясь в размытое черно-белое пятно.

Шон оскалил зубы и зарычал. Хотя все происходило на видео, волосы у меня на затылке встали дыбом. Это был звук большого, наводящего ужас хищника – голодного, свирепого и уверенного в себе, – и он пробуждал инстинктивный страх, который заставил меня обрадоваться тому, что я нахожусь в своем доме с включенным светом и запертыми дверями.

Обычная собака убежала бы. Фурия лаяла на него, подпрыгивая на траве.

– Не можешь залезть, а? – спросил Шон глубоким хриплым голосом. Его глаза сияли, как две желтые луны. – Очень жаль.

Фурия снова обогнула дерево, остановилась и укусила ствол.

– Хватит!

Она отбросила откушенный кусок прочь снова кинулась на дерево. На траву летели щепки.

– Сказал же, хватит! Я не хочу тебе навредить.

– Аррррррр. Гав-гав-гав!

Она вцепилась зубами в ствол и принялась грызть его, кружась вокруг, словно вихрь из зубов и шерсти. Дерево содрогнулось.

Шон выругался, сорвал с ветки маленькое незрелое яблоко, прицелился и бросил его ей на голову.

Фурия взвыла от ярости.

Он схватил еще одно яблоко и метнул его, как бейсбольный мяч. Оно приземлилось в нескольких дюймах от нее. Ши-тцу отскочила назад. Град яблок посыпался на траву. Фурия металась зигзагами, как регбист, убегающий с мячом в руках.

Шон спрыгнул с дерева и с нечеловеческой скоростью помчался прочь. Фурия – размытая черно-белая полоса – бросилась в погоню. Камера повернулась на максимум и проследила за ними до края участка, но они исчезли из поля зрения. Мгновение спустя Фурия рысцой вернулась, поднялась по ступенькам, протиснулась через собачью дверь и в изнеможении рухнула на ковер.

Я прижала ее к себе.

– Лучшая собака на свете.

Фурия потерлась мордочкой о мою рубашку и лизнула лицо.

– Думаю, пора угостить тебя лакомством.

Я встала, пошла на кухню и достала пластиковый контейнер с говяжьими ребрышками, которые купила специально для этой цели. Ши-тцу танцевала вокруг моих ног. Я вытащила ребрышко и предложила ей. Фурия схватила его и, издавая радостные собачьи звуки, унесла под стол.

Я закрыла контейнер и убрала его в холодильник. Шон вернется. Я в этом не сомневалась.

Каким-то образом всего за сорок восемь часов моя жизнь серьезно осложнилась. Я вздохнула и пошла мыть руки. Сил не было даже на то, чтобы думать. Рентген следопыта придется отложить до утра.

Глава 5

Яуставилась на рентгеновский снимок туши следопыта. С таким же успехом можно было пытаться собрать пазл из тысячи кусочков, в котором не хватало всех угловых элементов. По всей видимости, следопыты формировали в своих тканях небольшие костные пластины. Для чего – у меня не было ни малейшего представления. Пластины покрывали рентгеновский снимок, как чешуя питона, а под этим хаотичным беспорядком странные кости образовывали причудливые узоры. Я спустилась в лабораторию, как только проснулась, и пробыла там уже часа два, но так и не смогла найти передатчик. Я пробовала магниты, пробовала рентген; я даже искала радиацию, электромагнитные волны и магию. Ничего.

Ни-че-го. Передо мной лежала туша, в которой вполне мог быть скрыт передатчик, прямо сейчас транслирующий свое местоположение смертоносному существу – которое, возможно, устроило себе лагерь в районе Авалон, – и я не смогла его найти.

Вдруг на меня настойчивой волной хлынула магия. Помяни дьявола. Кто-то только что проник на территорию гостиницы.

Я стянула перчатки и схватила метлу. Эта игра начинала утомлять. Если дахака решил, что гостиница – легкая мишень, то жестоко ошибся.

Я взбежала по лестнице, позволяя ступеням исчезать прямо подо мной, и бросилась к входной двери, к источнику беспокойства.

В десяти футах от входа лежало тело следопыта. В отличие от моего мертвеца, у этого была рыжеватая шерсть. И еще он лежал прямо посреди тротуара. У всех на виду. В десять часов утра. На вид – не мертвая собака. Не мертвый олень. Он выглядел как какое-то сверхъестественное существо, которым и являлся, а ровно через пять минут мистер Рамирес появится из-за поворота на этом самом тротуаре, выгуливая своего родезийского риджбека Асада. Так же, как он делал каждый день в течение трех лет, что я здесь живу.

Наверняка это ловушка. Впрочем, какая разница. Я должна была переместить следопыта на территорию гостиницы, пока его никто не увидел.

Я бросилась через двор. Зверь лежал на боку, его голова была почти полностью повернута в мою сторону. Из разорванной плоти на шее торчали кости. Что-то сломало ему шею, а затем для пущей убедительности разорвало горло.

Возиться с крюками или копьями не оставалось времени. Я бросила метлу на траву, выбежала на улицу, схватила следопыта за ноги и потянула. Тело заскользило по бетону. Тяжелый. Я напряглась и короткими рывками потащила его по тротуару. Раз, два, три…

Во мне зазвенела магия – еще один незваный гость. Я швырнула тело на траву, за куст русселии, и развернулась.

Шон Эванс мне подмигнул. Он держал мою метлу.

Ох, ну и идиот.

Шон пошевелился. Все, что я успела заметить – это как ко мне метнулось размытое пятно, а в следующее мгновение я оказалась прижата к дубу. Большое тело обхватило меня, и его левая нога прижала мою ногу к дереву, а левая рука уперлась в кору над моим плечом. Он наклонился ближе, правой рукой держа метлу вне пределов моей досягаемости, и улыбнулся счастливой, самодовольной волчьей улыбкой.

– Что теперь будешь делать, супергерой?

Наши лица находились всего в нескольких дюймах друг от друга. В его янтарных глазах плясали веселые искорки. По мне пробежал слабый электрический разряд. Он был слишком близко.

Внимательно изучив мое лицо, он кивнул на метлу:

– Это же твоя метла? Да? У меня есть то, что тебе нужно, цветочек.

У него есть то, что мне нужно, ха. Цветочек, ха. Ладно.

– Похоже, ты собой доволен, – сказала я.

– Конечно, доволен. Я застал тебя врасплох, забрал твою игрушку и прижал к стенке. Думаю, для начала можешь извиниться.

– Я? Извиниться перед тобой? За что?

– За то, что пыталась убить меня, ударив о дерево. Кроме того, нам нужно поговорить о твоей маленькой собачке.

Я посмотрела ему в глаза.

– Шон…

– Да?

Он наклонился еще ближе, и в его взгляде промелькнула какая-то явно мужская заинтересованность. О, я привлекла внимание оборотня. Какая удача. Я послала магический импульс в сторону метлы. Верхняя часть ручки расплавилась, образовав пузырь из серого металла с ярко-синими прожилками. Теперь мне оставалось только удерживать его взгляд.

– Я никогда даже и не думала тебя убивать, – сказала я, глядя в глаза волку.

– Ага.

– Но теперь соблазн слишком велик.

Он улыбнулся. Улыбка осветила его лицо, придав ему опасный, порочный оттенок и… толику веселья. Он осознавал себя злодеем, но это его только веселило. Ух ты. Я никогда раньше не понимала истинного значения выражения «дьявольски хорош». Точнее, логически понимала, что это значит, но теперь увидела в действии. Шон был воплощением этого выражения: высокомерный, опасный и сексуальный. Я знала, что он мне не пара, но у меня возникло абсурдное желание протянуть руку и коснуться его лица. Если бы не его самодовольство, я бы, возможно, даже всерьез об этом поразмыслила.

– Твоя метла у меня, и ты никуда не денешься, – сказал Шон. – Но можешь попытаться.

– Ты в этом уверен? – спросила я.

– Да. Покажи все, на что способна.

Сказано – сделано.

Пузырь металла вцепился в кулак Шона, прочно соединяя его с метлой. Его глаза округлились. Я похлопала парня по плечу.

– Отнеси его внутрь и держи там.

Метла дернула его назад и потащила по траве. Двери дома распахнулись, словно огромная пасть гигантского зверя, поглотили Шона, а затем закрылись.

– Убери тело в лабораторию и зафиксируй, – пробормотала я.

Земля под следопытом разверзлась и поглотила труп.