игумен Нектарий Морозов – Подвиг сердца (страница 3)
Но нельзя сказать, что в какое-то время Церковь оставляет без молитвы и без поминовения своих чад либо из числа живущих, либо из числа почивших. На любой полной Литургии – то есть в Великий Четверг, в Великую Субботу, на самой пасхальной службе и во всю Светлую седмицу – совершается поминовение здравствующих и усопших за проскомидией, когда священник вынимает из просфор частицы и читает соответствующие молитвы, а уже после того, как совершается претворение вина и хлеба в Кровь и в Тело Христовы, погружает эти частицы в потир и снова всех поминает.
А вторник следующей после Светлой седмицы – это первый день, когда совершается поминовение усопших гласным образом, когда после Литургии служится еще и панихида. И этот день становится днем общей радости – нашей и наших почивших близких, потому что мы, вознося о них заупокойные молитвы, в то же время призываем их разделить с нами ту радость, которой радуемся в этот пасхальный период. И слово «Радоница» со словом «радость» однокоренное.
В Киево-Печерском патерике есть такой эпизод, когда кто-то из отцов приходит в усыпальницу, где погребены преподобные отцы Киево-Печерские, и восклицает там «Христос воскресе!» и слышит ответ: «Воистину воскресе!». Это как раз замечательный образ того, как разделяют радость о Христе Воскресшем почившие и ныне живущие.
На кладбище в Пасху?
О Радонице, как о специальном дне поминовения усопших, нашим соотечественникам известно довольно широко, а в некоторых областях России этот день является выходным. Более того, часто региональная власть ежегодно обязывает соответствующие службы организовывать дополнительные маршруты или рейсы общественного транспорта до кладбищ. Но несмотря на всё это, у многих россиян прочно укоренилась традиция отправляться на погосты в праздник Воскресения Христова.
Практика показывает, что на Пасху на кладбище едут те, кто не был в храме и не встретил это величайшее торжество. Фактически у них происходит некое замещение, когда вместо того, чтобы идти в храм, они едут на кладбище. Я думаю, что во многом эта традиция, в значительной своей части, возникла в советские времена, когда люди были лишены Церкви – лишены не потому, что они туда не могли попасть, а потому, что они как-то искусственно от нее были отторгнуты. И храмов было мало, и ходить в них было страшно, так и отвыкли. А душа чего-то такого требовала, некоего единения с миром духовным именно в этот день – на основании какой-то исторической, религиозной памяти, которая не до конца самим человеком была осознаваема. И поэтому люди устремлялись на кладбище. Сегодня, безусловно, эту традицию надо стараться изжить. Лучше все-таки быть на Пасху в храме, а на кладбище ехать уже на Радоницу, после службы.
С другой стороны, если предположить, что это монастырское кладбище или кладбище при храме, то, наверное, ничто не мешает и в день Пасхи, и в любой другой день подойти к какой-то из могил и пропеть там пасхальный тропарь или поприветствовать усопших тем же самым возглашением «Христос воскресе!». А специально предпринимать этот путь, тем более приводить могилы в порядок в это время, конечно, не стоит.
Существует множество суеверий, связанных с церковными праздниками, традициями и запретами. Одно из таких: в праздник Пасхи нельзя ехать на кладбище, потому что усопшие находятся на этом торжестве вместе с воскресшим Спасителем и таким образом, приходя к ним на кладбище, мы их с этого торжества как бы «выдёргиваем». Конечно, никого и ниоткуда мы
О поминовении усопших
Как быть, если, например, в эти дни, когда гласно Церковь не совершает поминовение усопших, нужно человека похоронить и устроить поминки? Естественно, чин погребения, или, как его обычно называют, отпевания, совершается и в эти дни. Однако он имеет свои определенные уставные особенности и носит пасхально-радостный характер. Бывали случаи, когда доводилось кого-то из наших прихожан отпевать на Светлой седмице, – удивительное ощущение от этого погребения на Светлой – светлое…
Есть церковная традиция считать, что тот, кто отошел в иную жизнь на Пасху – это человек, сподобившийся особой милости Божией. Но мне все-таки кажется, что любое подобного рода утверждение должно согласовываться еще с какими-то обстоятельствами, ведь на Пасху умирает множество людей, и не только благочестивые. Одно дело, когда в день Воскресения Христова умирает христианин, который старался жить по Евангелию, стремился к Богу, каялся, боролся; мы можем усмотреть в этом какую-то особую милость Божию. А другое дело, когда в этот день умирает откровенный безбожник, хулитель имени Христова… Автоматически распространять это «правило» на всех нельзя.
Приходилось слышать также поверье, что умерший в Пасху, либо на Светлой седмице, предстает на суд Божий без мытарств. На мой взгляд, даже рассуждать на эту тему не стоит. Во-первых, о мытарствах мы знаем, в частности, из видения блаженной Феодоры и отчасти, может быть, из откровения, явленного в свое время преподобному Антонию Великому. Но все видения такого рода, бывшие святым, носили, как это называют богословы, некий педагогический характер, то есть нам показывалась, в доступных для нас формах и образах, реальность иного мира. И показывалась так, как человек мог это вместить и передать прочим людям. Утверждать же, что человек именно так проходит этот путь, мы не можем. Проходит ли он мытарства как некие станции, как это изображено у блаженной Феодоры, или же проходит так, как это рассказывает преподобный Антоний Великий, который видел некоего великана, на разных уровнях увлекающего людей вниз. В целом, наверное, можно говорить, что в мытарствах человек сталкивается с препятствиями, которые еще в земной жизни мешали ему на пути к Богу и к небесному восхождению.
Во-вторых, от нас не зависят день, дата, мгновение нашей смерти, мы же не можем заказать себе смерть на Пасху. Зато от нас зависит другое: насколько можно, не грешить и приносить Богу покаяние в том, в чем мы уже согрешили.
Точно такой же праздный характер имеют попытки определить на основании внешних факторов сподобился ли умерший милости Божией нет. Если мы знаем, как этот человек жил и видим в его жизни какое-то основание для того, чтобы надеяться на милость Божию и на спасение для него, или же замечаем, что его близкие становятся в своей христианской жизни более усердными, более ревностными, это косвенным образом свидетельствует о милости Божией к нему. Опять же какой тут принцип? Если у нас есть силы быть здесь ходатаями за него, подвизаться за этого человека, то можно быть уверенными, что к этому нас в какой-то степени подвигает и Господь, Который Сам хочет явить милость, а в нас как бы ищет для этого повод.
Мысль о том, что Господь как бы ищет повод, чтобы явить Свою милость человеку, встречается у двух авторов, живших в разное время и никогда друг друга не читавших: у святителя Феофана Затворника и у афонского старца Иосифа Исихаста. И они примерно одними и теми же словами об этом говорят: Бог ищет повод помиловать человека. В каком смысле эти слова надо понимать? Бог ищет повод не для того, чтобы осудить, но чтобы помиловать – таково направление воли Божией по отношению к человеку. Оговорюсь: конечно, это выражение, «Бог ищет повод», носит условный характер. Все, что мы говорим о Боге, крайне несовершенно. Как говорил преподобный Исаак Сирин, слова – это орудия века сего, а молчание – таинство века будущего.
Всецерковное поминовение
Почему Церковь устанавливает особое поминовение усопших, в том числе с отдельным чином, называемым парастас, несколько раз в году? У святых отцов есть такое сравнение: молитва частная – это лодочка, на которой человек сидит и гребёт в одиночку, а молитва церковная – это корабль, на котором есть паруса и множество гребцов. Каждый из нас сам должен о своих почивших помнить, должен о них молиться, но тем не менее необходимо, чтобы в течение года было несколько таких богослужений, за которыми молится практически вся Церковь. И, с одной стороны, для нас это – некая школа молитвы, напоминание о молитве, и в то же время возможность исполнить свой христианский долг любви. То есть в этот момент вся Церковь в лице ее ныне живущих членов собирается для того, чтобы помолиться обо всех тех членах Церкви, которые уже почили. Вот в этом смысл парастаса.
Существует заблуждение, что в дни сугубого поминовения усопших, Церковь молится также и о тех людях, которые самостоятельно ушли из жизни, то есть о самоубийцах. Конечно, это неправда: таких дней, когда бы Церковь молилась о самовольно живот свой скончавших, просто нет.