игумен Нектарий Морозов – Христианин на грани одиночества (страница 4)

Если человек не смог нам помочь, не появился вовремя, чтобы нас утешить, не нашел в себе сил, чтобы нас в чем-то понять и принять, это не означает, что он нас предал. Ему самому могло быть настолько плохо, он мог быть в этот момент настолько занят самим собой, что ему было не до нас. Его могли мучить какие-то свои страсти, занимать какие-то более острые вопросы, беспокоить личные проблемы; мера дружбы – человеческая мера, и если мы будем это понимать, это убережет нас от многих разочарований.

Вообще, удивительная вещь: чем смиреннее человек, тем менее он будет одинок. Ведь большинство людей страдает от того, что их, по их мнению, недостаточно любят. И из этого провала есть два пути: пытаться заставить людей полюбить тебя, что на самом деле совершенно невозможно, или понять, что другие люди точно так же ищут любви, и решиться дать эту любовь им. И вот парадокс: вокруг человека с жизненной позицией «я хочу, чтобы меня любили» может возникнуть круг людей, которые его боятся и ему льстят, круг людей, которые с ним мучаются, но круга любящих людей не возникает. Не возникает потому, что Сам Господь наш, смиренный и кроткий, не заставляет людей любить Себя, и если человек говорит: «А я заставлю», то это та самая гордость, которой, по слову апостольскому, Бог противится7.

А смиренный человек, которому Бог, по тому же слову апостольскому, дает благодать8, даже если его не любят так, как бы он этого хотел, от этого не страдает, потому что не пытается насиловать чужую волю, а прилагает энергию к тому созидательному труду, который ему доступен – к тому, чтобы стать для других людей человеком, в котором они могут эту любовь найти. А что из этого получается, являет нам Сам Христос: Он ни в ком не ищет любви к Себе, ни от кого ее не требует, Он любит Сам – и люди откликаются на Его любовь своей любовью. Так же и человеку, который решается этим путем за Христом последовать, встречается зачастую не один, не два, а гораздо больше людей, которые на его любовь откликаются и становятся близкими.

Решившись любить других людей, любить самому, важно не забывать: наша любовь к человеку заключается не в том, чтобы сделать для него нечто, что хотим мы, а в том, чтобы сделать для него нечто, что хочет он. И если этот другой человек не хочет нашего присутствия в своей жизни, наша любовь к нему должна выражаться в том, что мы его оставляем в покое и не навязываем себя ни под каким оправдательным предлогом. В христианском мировоззрении нет понятия «бомбардировка любовью», которое есть в некоторых сектах. Христианин – это человек, который старается другого человека не «забомбардировать», не «победить», а понять и адекватно ответить на его потребности.

Иногда приходит человек и говорит: «Я пытаюсь потребности другого человека слышать, пытаюсь быть нужным, подстраиваюсь-подстраиваюсь, и всё не получается никак». Но кто сказал, что нужно подстраиваться? Когда человек подстраивается, он делает что-то ему несвойственное, что-то искусственное, а дружба и любовь ничего искусственного от человека не требуют. Если мы видим в себе какие-то недостатки, страсти, которые мешают нам общаться с людьми, то с ними нужно бороться – но не для того, чтобы таким образом «подстроиться» под кого-то, а для того, чтобы быть с Богом. И под Бога мы тоже не «подстраиваемся» – мы действительно хотим измениться к лучшему ради Того, Кто нас любит. И только когда мы по-настоящему меняемся, а не просто подкручиваем в себе какие-то настройки поведения, мы становимся с Ним более схожими и близкими.

Конечно, если речь идет о браке, вообще о близких и родных людях, порой бывает нужно уступить. Ты куда-то идешь в выходные, куда ты сам не хочешь, а хочет другой – идешь ради него. Он на чем-то в быту настаивает – и ты не споришь, а делаешь это ради него, чтобы он не расстраивался. Но речь, повторюсь, идет о людях близких, с которыми у нас есть что-то общее и очень для нас обоих важное, с которыми многое нас роднит, которые нас понимают. Близкий и любящий человек не будет принимать бесконечные односторонние уступки – он что-то постарается дать в ответ. А если мы постоянно делаем то, что хочет другой, и только на этих условиях наши отношения продолжаются, то это не дружба и тем более не те отношения, которые должны приводить к вступлению в брак. И тем более не те, которые способствуют его сохранению и укреплению.

Не надо с человеком, с которым мы еще только начинаем сближаться, делать вид, что мы постоянно хотим того же, чего и он, если это не так. Он сделает из этого ложные выводы, а потом всё равно станет понятно, что речь идет о двух очень разных людях – может быть, практически чуждых друг другу. Мы можем сделать для этого человека то, что он хочет, раз, другой, третий, мы можем его любить христианской любовью, как любим многих других людей, но друзьями мы можем назвать лишь тех, с кем нас действительно что-то сроднило. А вступить в брак можем в идеале только с одним человеком за всю свою жизнь – настолько нам близким, настолько с нами единодушным, что и в нашей любви к нему, и в его любви к нам не будет никаких сомнений.

Впрочем, даже во вполне взаимных отношениях бывают моменты непонимания, связанные, скорее, не с неосознанием потребностей другого, а с тем, что человек не ощутил, какая потребность в этот момент для другого более важна. Помню из нашей жизни уже очень давний такой эпизод: дедушка лежит тяжело больной, а мама в комнате моет полы. И он ей говорит: «Ты сядь, посиди со мной». Она отвечает: «Ну как же, я сяду, и ты тут с грязным полом лежать будешь?». А он опять ее просит: «Посиди со мной, меня не интересует, какой у нас пол, мне важно, чтобы ты со мной побыла». И конечно, в подобной ситуации нужно оставить свое и дать человеку то, чего он хочет в этот момент. Конечно, это не значит, что нужно дать, к примеру, денег на бутылку алкоголику – в ситуациях патологических действуют свои законы, а я говорю сейчас о взаимоотношениях нормальных. То же самое касается, к примеру, подарков: сын хотел велосипед, а отец дарит ему радиоуправляемый вертолет, потому что ему самому интересно его запустить. Или жена на 23 февраля дарит мужу соковыжималку… Впрочем, это я оставлю без комментариев.

Так где же все-таки сокрыта причина одиночества? Чаще всего – скажу по опыту общения с людьми, в этом состоянии патологически пребывающими – это или требование от других чего-то, чего человек не готов дать им сам; или же, наоборот, навязывание им того, чего им не нужно; или же какая-то внутренняя ложь, в том числе – и ложь, гласящая, что он никому не нужен – ни людям, ни Богу. Если человек от этих внутренних установок – требования, навязывания, искусственности, нечестности, ложного ощущения ненужности – избавляется, то и его отношения с другими людьми начинают меняться.

«А я хотел, чтобы они со мной играли…»

Среди окружающих нас людей есть, условно говоря, люди трех категорий: совершенно нормальные, имеющие серьезные психологические проблемы и те, у кого психологические проблемы уже практически граничат с душевной болезнью или же перешли в нее. Безусловно, нужно немного по-разному оценивать те взаимоотношения, которые складываются у нас с людьми, к этим категориям принадлежащими. Если человек абсолютно нормальный – это одни принципы построения взаимоотношений. Если у человека есть некоторый душевный изъян, надо сделать на это поправку. Если этот изъян в его жизни является фактором преобладающим – значит, отношения точно нужно выстраивать как-то иначе, нежели с человеком душевно здоровым.

И всё это тоже имеет отношение к вопросу об одиночестве. Человеку важно постараться увидеть, что у него есть проблемы в поведении, которые людей отталкивают. Это возможно в основном тогда, когда у человека есть привычка к самоанализу, в частности к анализу прожитого дня, которая крайне необходима христианину и для подготовки к исповеди, и просто для того, чтобы куда-то в своей жизни двигаться, а не плыть по течению в неизвестном – а точнее, в известном – направлении.

Но гораздо чаще бывает, что человеку кажется: с ним-то всё «так», это у окружающих его людей явные душевные изъяны. И распознать, что же на самом деле происходит, бывает непросто. Как-то в течение многих лет мне доводилось наблюдать ситуацию, происходившую с одной моей знакомой. Есть у нее такая особенность: она куда ни придет, ее везде первоначально принимают очень хорошо, что и неудивительно – человек она живой, обаятельный. Все с радостью начинают с ней общаться. Проходит какое-то время – и общаться с ней все перестают. И не потому, что она кому-то что-то плохое делает, не потому, что она кому-то зло причиняет – на первый взгляд, это необъяснимо вообще. Она сама это интерпретирует однозначно: люди не умеют любить, и я никому не нужна.

Но я ее уже давно знаю, и я понял, что в ее жизни каждый раз реализуется одна и та же схема. Когда она приходит, ей очень хочется, чтобы о ней думали хорошо, и она в своем желании произвести впечатление буквально превосходит саму себя. А потом… Потом она становится такой, какая она есть. То у нее нет настроения, то она всецело поглощена какими-то своими делами – и среди всего этого совершенно не замечает людей. Она входит и ни с кем не здоровается, люди ей навстречу улыбаются, а она проходит мимо них. И окружающие, уважая ее выбор, просто перестают искать с ней общения. А она в этом видит то, что это они не хотят общаться. И идет искать других людей, потому что эти какие-то «не те». И всё повторяется. Так человек проживает всю жизнь. И это только один пример такого рода.