Игорь Журавлёв – Перестройка 2.0 (страница 30)

— Тогда продолжаю. — Вновь взял слово я. — В любой момент каждого из вас я могу отправить туда, куда он хочет. Но прежде я должен сказать о том, что вы должны знать и, возможно, знаете. Но напомнить не помешает.

Я помолчал, собираясь с мыслями:

— Первое. Если кто-то из вас пожелает отправиться домой, то такой человек пусть ожидает ареста и долгих допросов. Ему предстоит ответить, как минимум, на следующие вопросы: как он здесь оказался, где был, как сумел сбежать, как пробрался в СССР, кто помог, что делал в плену, не участвовал ли в расстрелах советских солдат, кем завербован, какое задание, чем докажешь свою невиновность и т. д. и т. п. Конечно, можно спрятаться и лет шесть просидеть под кроватью, пока никому до вас дела не станет, но тут уже кому что нравится.

Второе. Если кто-то захочет вернуться в свою часть, то сценарий будет практический идентичный, разве что не будет вопроса о том, как пробрался в СССР, но вот о том, как сумел пройти из Пакистана по враждебной территории, спрашивать будут крепко. Спецотделы на таких делах собаку съели.

Третье. Обо мне и вообще, обо всем, что было после того, как вы сидели на том складе в крепости Бадабер, готовясь к смерти, и вплоть до того, как вы очнетесь там, где очнетесь, вы помнить не будете ничего. Извините, но мне совершенно ни к чему светится перед органами, да и вообще перед кем бы то ни было. Поэтому сказать вам будет нечего, кроме как "споткнулся, упал, очнулся — и вот я здесь". Так что свои истории вам придется придумывать самим, — о том, как вы всё это провернули. И, боюсь, вам не поверят. Я бы точно не поверил.

Четвертое. Я могу снабдить вас оружием и боеприпасами и отправить в Афган. Пробивайтесь к нашим с боем. Но как-то не верится мне, что дойдете. А если кто и дойдет, того встретит тот же спецотдел с теми же вопросами.

Пятое. Хотите, могу отправить в любую точку мира — в Америку, Западную Европу, Австралию и т. д. Но там тоже придется отвечать на подобные вопросы, и я не гарантирую, что вы не окажетесь в тюряге. Впрочем, здесь уж кому как повезет. И еще: как у вас с иностранными языками? Я всё сказал.

И я замолчал. Молчали и все остальные, переваривая услышанное. Первым нарушил молчание рядовой Иван Белекчи, из Молдавии:

— Я вот знаю немного румынский, у нас языки очень похожи. Может, мне в Румынию, а?

Я тут же ответил:

— Да без проблем! Вот только Румыния сейчас лучший друг СССР, соцстрана. Тебя выдадут без размышлений. И вообще, это всех касается, кто думает о том, чтобы рвануть за бугор, — возможно, идея сама по себе не такая уж плохая. В свете того, что скоро в нашей стране начнется. Но если кто думает, что там вас ждут с распростертыми объятиями, то он горько ошибается. Поверьте, это далеко не так. В общем, если кому такая идея запала, продумайте сначала всё очень хорошо.

— Ну и нахрена тогда ты нас вообще вытащил? — послышался чей-то злой голос. Не пытаясь определить спрашивающего, я просто предложил:

— Кто хочет обратно, это тоже легко устроить.

На этот раз молчали дольше.

— А ты сам-то, чем намерен заняться? — как бы невзначай спросил лейтенант Сабуров. Но я сразу увидел, как народ навострил уши.

— Я-то? — я широко улыбнулся, как бы подчеркивая несерьезность всего, что сейчас скажу. — Не знаю пока, но есть у меня мысль заняться совершением разных подвигов, которые, возможно, хоть немного помогут моему народу в грядущие тяжелые времена.

Серафим парил над планетой Земля, и взгляд его был прикован к небольшому островку в Тихом океане. Конечно, никакой спутник, даже с самой новейшей аппаратурой никогда бы не заметил его. Ведь серафимы — существа духовные, в них нет ничего материального, за что можно было бы зацепиться умным приборам.

Однако самого серафима, конечно, это совершенно не интересовало. А интересовала его небольшая группа людей, решавшая сейчас жизненно важные для своей дальнейшей судьбы вопросы. И серафим тоже решал для себя вопрос исключительного морального характера: обосновано будет или нет, с точки зрения божественной морали (не путать с моралью человеческой) внести сейчас некоторые изменения в мозги этих человечков?

Нет, серафим не боялся Бога или Его гнева, ибо знал, что Богу нет никакого дела до того, что он собирается сделать. Мысли и дела Бога далеки от забот человеческих. Как там сказано в их Библии? Ах, да, точно: "Мои мысли — не ваши мысли, ни ваши пути — пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших".[36]

Но, несмотря на это, люди созданы Творцом свободными и их свобода воли должна быть обеспечена. Это с одной стороны, так сказать, в идеале. С другой стороны, после грехопадения[37] их свобода стала обусловленной и зависимой от множества обстоятельств и ограничений, подверженной воздействию множества факторов. Одним фактором больше, одним меньше — по сути это не меняет нечего. Решать всё равно им. Впрочем, как и отвечать за свои решения. На то она и свобода воли. Если кто-то думает, что свобода подразумевает безответственность, то он глубоко и фатально ошибается. Ответственность не несет только тот, кто лишен выбора. Чем больше свобода выбора, она же свобода воли, тем выше ответственность за свои решения, поступки и их последствия.

Именно с этим и была связана моральная дилемма серафима: может ли он оказать воздействия на решение этих людей? Ведь это будет означать уменьшение их ответственности за те действия, которые они совершат, следуя по пути, указанному воздействием? А если это будет уменьшением ответственности, то, как следствие, это будет и уменьшением свободы, данной Творцом?

Наконец, серафим решил, что воздействие не может оказать фатальных последствий на их свободу воли и тихонько дунул в сторону группы людей на острове.

— И что, у тебя уже есть какой-то план? — продолжал свои вопросы лейтенант.

— Кое-какие мысли есть, — не стал я вдаваться в подробности. Во-первых, потому, что никакого плана у меня не было. А, во-вторых, никто из них еще не озвучил своего решения о том, что каждый из них собирается делать.

А поэтому я решил дать им время, о чем и объявил:

— Значит так, ребята. На раздумья вам сутки. Думайте, решайте, советуйтесь друг с другом. Если решите со мной, то я беру всю ответственность за вас на свои плечи. Вплоть до официальной легализации в Союзе, что означает встречу со своей семьей и все остальное. А у меня пока есть еще свои дела. До завтра!

Дел у меня никаких не было, а вот подумать тоже требовалось. Поэтому я перенесся на Кубу, где купался, бродил по пляжу вдоль прибоя и думал. Обгореть я не боялся, поскольку за последние дни загорел уж до бронзового цвета.

Итак, что я вообще могу? Теоретически, не так уж и мало. Владею телепортацией и могу перетаскивать с собой грузы и, минимум, пятнадцать человек зараз. И почему-то мне думается, что это далеко не предел. Почему-то я считаю, что важна связь со мной, а не масса или количество. Но это проверяемо.

Кроме того, я владею способностью программирования людей, фактически — полного подчинения их своей воле. Еще я могу видеть людей буквально насквозь. А также, владею способностью ускоряться и способностью к быстрой регенерации. Что это мне дает?

Нет, вопрос поставлен неправильно. Что это мне дает, как раз вполне понятно. А вот как это можно использовать для изменения будущего СССР или Российской Федерации? Так, подожди, давай определимся с тем, чего я вообще хочу. Первый вопрос: хочу ли я сохранения СССР? — В том виде, в каком он есть сейчас, точно нет. Что-то типа будущего Китая? — Возможно, хотя я знаю о Китае только из СМИ. А это не факты, а их интерпретация.

Хочу ли я развала СССР и создания Российской Федерации? — Опять же, в том виде, как это происходило в моей первой жизни, точно нет. А так, как это стало году к 2012-му, так, в общем и целом, совсем неплохо. На мой взгляд, гораздо лучше, чем в позднем СССР. А другого я ничего и не знаю.

Нет, я встречал многих ура-патриотов СССР, которые идеализировали жизнь в нем. Что они делали? — Они сравнивали самое лучшее из того, что было в СССР, с самым худшим из того, что стало в Российской Федерации. А это неправильное сравнение. Много хорошего и плохого было и там и там. Вопрос в том, где в целом лучше жить среднему человеку?

Давай попробуем сравнить. Статистики у меня нет, придется делать анализ по собственным воспоминаниям и ощущениям.

Итак, первое. Образование. В СССР было полностью бесплатное образование, и оно было в целом неплохим. Это плюс. Но были и минусы. В некоторые ВУЗы, самые престижные, дающие самое лучшее образование, дипломы которых наиболее ценятся, можно было поступить только по блату[38]. Нет, это не значит, что все там учились лишь по блату, многие проходили по конкурсу, на общих основаниях. В то же время, очень многие поступали именно по блату, занимая места достойных, которым отказывали. Это факт.

В Российской Федерации общее образование тоже бесплатное, хотя за многое родителям приходится доплачивать. Система поборов денег с родителей широко распространена. Ну, ладно, не везде, по-разному бывает. Высшее образование есть бесплатное, есть платное. Бесплатное образование — в государственных ВУЗах, если ты прошел по конкурсу. Там же можешь поступить на платное обучение, если не прошел по конкурсу, но есть места. Впрочем, для "платников" места всегда оставляют. Есть коммерческие ВУЗы, где любое обучение полностью платное. Это, в общем и целом.