Игорь Журавлёв – Фокусник (страница 7)

Мальчишки переглянулись, и на этот раз ответил уже другой, чернявый:

– Видели, даже подходили смотреть, классные тачки! Я такие только в интернете видел!

– Что за тачки? – тут же встал в стойку капитан.

Чернявый молча достал из кармана мобильник, повозил по экрану пальцем и протянул Шаламову:

– Во, смотрите, я сфотил!

Опер жадно уставился на фотографии. Да уж, машинки, действительно, приметные, найти будет нетрудно, учитывая, что на всех трех номера видны четко.

– Ну-ка, скинь их мне, – попросил Павел, доставая свой телефон.

После чего стал расспрашивать дальше, не забыв включить диктофон.

– Так, парни, молодцы. А можете описать, кто приехал на этих машинах и что они делали, о чем говорили?

Те, преисполненные важностью открывшейся им миссии, наперебой стали рассказывать. Но белобрысый дернул второго за руку, что-то шепнул ему и заговорил сам.

– В общем, смотрите. Вот на этой тачке, – он ткнул в фото с Bugatti, – приехала женщина.

– А на этой, – палец указал на BMW, – два мужика. Один, типа босс, другой – водитель. А на гелике приехали еще двое, думаю, тоже охрана.

– Как понял? – заинтересовался Павел.

– Ну, он им отдавал приказы, а те делали.

– Так, отлично, – похвалил капитан. – Что они делали?

– Дай, я расскажу! – не выдержал чернявый, и тут же стал, торопясь, рассказывать.

– Короче, эта женщина и тот, который босс, они в морг зашли. Трое на улице остались. Один так и сидел за рулем бэхи, вообще не выходил. Остальные двое походили вокруг, все осмотрели, нас, кстати, прогнали, но мы все равно издали смотрели.

– Молодцы! – не пожалел еще одной похвалы Шаламов.

– Потом те двое, ну, мужик с бабой, вышли из морга, о чем-то переговорили и один позвонил по телефону. Потом просто ждали. Женщина все время плакала, а мужик, который босс, ее утешал.

Пацан замолчал, переводя дыхание, и тут же включился белобрысый, все это время изнывавший от нетерпения.

– А потом, когда подъехала скорая помощь, из морга вынесли двух покойников на носилках под простынями, погрузили в скорую, и все уехали. Всё.

– Что-то еще? Может, они говорили между собой?

– Да мы далеко были, может, и говорили, только мы не слышали.

Павел посмотрел на чернявого, и тот кивком подтвердил: мол, ничего не слышали больше.

Шаламов еще раз поблагодарил ребят, записал их имена, номера телефонов и пошел к моргу, из которого уже вышла Лаврентьева, и, похоже, высматривала его. Павел на ходу продиктовал дежурному номера автомобилей с фотографий, сунул телефон в карман и молча остановился рядом со следачкой.

А Лариса, тут же учуяв, что капитан что-то нарыл, проворковала совсем другим голосом, от которого у Паши побежали мурашки:

– Ну, давай уже, рассказывай, Павлик, я же знаю, что круче тебя опера в городе нет.

– Недавно кто-то говорил совсем другое, причем, при свидетелях, – хмуро ответил тот.

– Ой. Пашенька, ну что ты обижаешься! Ну, вырвалось у глупой бабы, что с меня взять? – и она взяла его под руку, словно случайно чуть задев грудью.

Молния ударила куда-то в пах, так что Шаламов крякнул и стал пересказывать услышанное от ребят. А когда закончил, зазвонил телефон. Увидев, что звонок от дежурного, Павел поставил на громкую связь.

– В общем, так, Паша, – послышалось из динамика. – BMW зарегистрирован на Виноградова Олега Игоревича, домашний адрес есть, а вот телефон в базе данных отсутствует. Bugatti принадлежит Юлии Михайловне Голицыной, адрес и телефон прилагаются. Гелендваген марки Mercedes-Benz G500 зарегистрирован на Свечина Павла Сергеевича. Сейчас все тебе скину.

Лариса быстро строчила в блокнотике, записывая данные. Шаламов не понимал ее, сейчас же ему все скинут, а он перекинет ей, но в этом была она вся: обязательный блокнот и смешная ручка в виде растянувшегося котенка. Говорила, что так лучше все усваивает, ну и пусть ее! А тут и телефон звякнул, оповещая о пришедшем сообщении. Капитан прочитал и сообщил следачке:

– Смотри, Лариса, хозяин гелика живет недалеко от центра, бэхи – практически в центре, а вот хозяйка бугая зарегистрирована в Холмах. Куда едем?

– В Холмы, конечно! – не задумываясь, ответила та.

– Обоснуй! – заинтересованно потребовал Паша, заинтересовавшись ходом мысли бывшей подруги. Странно, но она почти всегда угадывала.

– Женщина плакала, – пожала плечами та. – Скорее всего, покойники ее родственники, возможно, родители. Да и зачем везти трупы в центр города? Загородный охраняемый поселок, наоборот, очень удобное место.

– Логично, – решил Шаламов. – Интересно, зачем им трупы?

– Поедем и узнаем, – подмигнула следачка. – Сейчас только в сети посмотрим, что это за люди вообще. Давай, я про девушку поищу, а ты про молодых людей.

– Давай, – согласился Павел.

И они уткнулись в телефоны. Минут через десять, Шаламов чертыхнулся и сообщил:

– Хозяин гелика бывший военный, похоже, воевал. А вот о хозяине бэхи вообще ничего, ноль!

– В смысле? – не открывая от экрана, поинтересовалась Лаврентьева.

– В прямом! Докладываю: в сети Интернет никаких упоминаний о Виноградове Олеге Игоревиче, двадцати семи лет от роду, нет. Так вообще бывает?

– Двадцати шести, – поправила Лариса.

– Что? – не понял опер.

– Ему еще двадцать шесть лет, а не двадцать семь, посмотри на месяц рождения.

– А, это… Ну, пусть так, какая разница? Все равно ничего нет. Да как так то? Молодой еще парень, но не сидит в соцсетях, неужели такое сегодня бывает?

– Наверное, бывает, – задумалась девушка. – Вот только, скорее всего, без Конторы здесь не обошлось. И если это так, то, вот тебе пророчество, Паша: дело у нас заберут и замнут.

– Да уж… – Шаламов сплюнул на землю. – С другой стороны, может, оно и к лучшему? Слишком уж все странно: похищение трупов из морга, да так, что персонал молчит, как партизаны на допросе в гестапо.

Как опытный оперативник, Павел понимал: если есть возможность спихнуть непонятное и странное дело на кого-то еще, то надо быстренько его спихнуть. А это дело, он нюхом чуял, ох, какое непростое!

Лаврентьевой не понравилось сказанное капитаном, она любила до всего докапываться сама, и она отрезала:

– Заберут, не заберут, гадать будем? Пока еще никто забирать не собирается, поэтому работаем по горячим следам. Попросишь своих айтишников покопаться, может, они что-то на Виноградова нароют. А пока слушай, что я нашла. В общем, Юлия Голицына, дочь миллиардера Михаила Голицына, владельца… да, блин, чем только он не владеет, перечислять замучаешься! Девица – моя ровесница, ей двадцать шесть, единственная наследница, с отличием окончила МГИМО, работает в МИДе каким-то там советником или еще кем, это уже неважно. Золотая молодежь, чтоб им пусто было, наверняка и Виноградов из этой тусовки, тоже мажор! К этим, попробуй еще подступись, на кривой кобыле не подъедешь! Чё делать будем, Паша? Предлагаю работать, как учили, мы все же представители власти, а законы никто не отменял, пусть для некоторых они и не писаны. Можно, конечно, пробить вызов скорой, и выяснить, куда они поехали. Но это долго, тем более не исключен вариант, что те тоже ничего не помнят. Едем в Холмы, к Голицыным, пока след еще горячий?

И Лариса положила руку на бедро сидящего рядом капитана, слишком близко к… телу, да. И сердце опера не выдержало:

– А, поехали, чего уж там! Мы в своем праве, в конце-то концов!

Глава 4

На этот раз посещение загробного мира (или что это вообще такое?) прошло несколько иначе, гораздо легче и быстрее, что ли? Там за гранью смерти, не было никакой регистратуры, как в случае с бабушкой, но я сразу очутился в саду, где под цветущими вишнями в удобном даже на вид плетеном кресле сидел мужчина и улыбался навстречу мне. В том, что это Михаил Голицын, сомнений быть не могло, пусть голова оставшегося в Срединном мире трупа и была порублена на куски, но я видел его раньше, в Совете адамов. Оглядевшись, я подошел и сел в кресло рядом, оно и правда, оказалось таким же удобным, каким выглядело. Странно, тела нет, а ощущения остались. Пожалуй, отличная иллюзия, – оценил я на этот раз как профессионал.

– Здравствуйте, Михаил… извините, не знаю, как вас по отчеству.

– Здравствуйте, Олег! – ответил он. – Какие еще отчества между адамами? Забудьте! А учитывая, что мы с вами сейчас, так сказать, налегке – без тел, вообще смешны все эти земные условности.

И он весело засмеялся. Я тоже изобразил улыбку.

– Вы, вероятно, хотите предложить мне вернуться? Признаться, я надеялся, что это будете именно вы, Олег. Нам есть о чем поговорить.

– Вот как? – удивился я. – Но там ваша дочь страдает и очень надеется на воскресение.

– Юленька, – взгляд Михаила затуманился, было видно, что дочь он очень любит. – Значит, она запомнила вас, молодец какая! Давайте все же об этом чуть позже, тем более здесь нет времени и нам некуда спешить.

Это я понимал, отсюда вернуться к жизни можно в любой момент времени Срединного мира, даже в тот же самый, в какой из него вышел. Поэтому за сохранность своего бездыханного тела я не беспокоился, я не дам шанса что-то с ним сделать, даже если у кого-то появится такое желание. Да и ребята там бдят.

– Машу уже воскресили?

– Нет, решил сначала поговорить с вами, – ответил я, сообразив, что Маша – это его жена и мать Юли.