Игорь Власов – Взгляд Курупи #1 (страница 4)

– Вольно, вольно! – замах на него руками генерал. – И не верещи ты так, голова раскалывается! Что там у вас, Валентин Николаевич?

Полковник открыл папку и давай тихо, но веско, перечислять Ванькины заслуги. Участвовал, отличился, взял восемь «языков». Кавалер «Орденов Славы» третьей и второй степени, медаль «За боевые заслуги». Не густо, конечно, но когда разведку особенно баловали? Как говорит майор: «Мы герои тихие, незаметные».

– Очень хорошо, – заметил генерал. – Впечатляет. Всеми видами оружия, значит, владеете? Рукопашным боем? Пригодится.

Тут зашевелился штатский, немолодой лысый мужичок в пенсне. Сразу видно – интеллигент.

– Иван, а как у вас обстоят дела с испанским языком?

Ванька даже смутился – про это-то как узнали? Начал отвечать, что, мол, владею, но…

– Что – но? – перебил его штатский. – Владеете или нет?

– Говорю на баскском диалекте.

– Почему именно на баскском? – удивился генерал.

– В нашем детском доме жили ребята из Страны Басков. Дети испанских коммунистов. У них научился.

– И сколько же времени вам понадобилось, чтобы выучить язык? – поинтересовался молчавший до этого подполковник – сразу видно, офицер крутой и суровый, но при этом еще молодой.

– Месяц, – просто сказал Иван. – Через три месяца начал читать и писать.

– И как вам это удалось? – не отставал подполковник.

– Слушал, запоминал. Разница между кастильским испанским и баскским заключается в том, что…

– Разница нам прекрасно известна! – отрезала девчонка и повернулась к генералу. – Там его поймут. Проблем не будет.

Вот стервозина, поумничать не дала! И где это, интересно, «там»? Сегодня все загадками изъясняться будут, какой-то новый приказ вышел?

Тут штатский просто с цепи сорвался, а потом и лейтенант в юбке подключилась – как давай его на испанском гонять! Где родился, у кого крестился, на ком женился, как пройти в библиотеку, как зовут бабушку, да расскажите о вашей стране, да посчитайте до ста! Длилась эта тягомотина минут десять, но последнее слово осталось за девчонкой. С ехидной улыбочкой она поинтересовалась – как давно, дескать, товарищ Тополев бегал за овцами? Причем в самом пошлом и оскорбительном смысле, который могли понять только баски и каталонцы. Ванька был парень простой, но приличный, поэтому от таких гадостей даже покраснел, но спуску девице решил не давать. Ответил, мол, было дело, но как только ее в отаре увидел, то сразу передумал. Тут уже настала очередь краснеть лейтенанту, а интеллигент фыркнул, но сделал вид, что закашлялся.

– Аsqueroso!* – тихо прорычала тощая злюка и приготовилась к новой атаке, но генерал, почувствовав ненужный накал страстей, прикрыл эту богадельню.

– Хватит, хватит! Почирикали и будет. Майор, вы что скажете?

Бледный Харченко строго взглянул на Ивана, встал, поправил форму.

– Старшина Тополев отличается фотографической памятью, незаурядными боевыми навыками, отвагой и практически совершенным аналитическим умом. В разведке незаменим. Мгновенно и правильно оценивает ситуацию, просчитывает ходы противника на несколько шагов вперед. Порой излишне горяч – но это в силу возраста, ему двадцать один год.

Вот дает, а?! «Совершенным аналитическим умом»! Иван даже смутился от такой характеристики.

– Двадцать, – поправил подполковник майора Харченко, – этот ловкач год себе приписал, чтобы на фронт попасть.

Майор взглянул на Ивана еще строже и сел.

– Что же, старшина, – генерал закрыл папку. – С этого дня вы переходите, так сказать, под начало подполковника Шилова и лейтенанта Дзюбы. Идите собираться. Машина в Москву – через час.

Иван, казалось, уже должен был привыкнуть к резким переменам, но все равно ощущал себя, как в мутном молочном тумане. Еще несколько лет назад жил он себе с бабушкой в деревне, слушал сказки и истории о своих родителях, лазал по деревьям, собирал сено в стога, чистил снег, таскал домой всю найденную в округе живность – и в один момент оказался в огромном городе, в сером многоэтажном доме. Совершенно один и со статусом «сирота». Не успел как следует привыкнуть и освоиться – пришло время поступать в институт и перебираться в общежитие. Даже с друзьями не простился – Левитан объявил, что мирной жизни пришел конец, пришло время защищать Родину от фашистов.

Дату своего рождения он действительно немножко подправил, но ничего особенного в этом не видел: годом раньше, годом позже – да какая разница? Другого пути Иван для себя не видел – только на фронт. На войне он освоился быстро. Нет, не легко, легко здесь никому не было, а именно быстро. Как будто создан был для разведки. Иногда он даже ловил себя на странной мысли, что ничего, кроме войны, и не помнит. И не умеет. Но капитан Бах по прозвищу «Моцарт», поволжский немец, который еще до майора Харченко был, такие рассуждения пресекал: «Не привыкай. Будет и другая жизнь». Как в воду глядел…

И вот катит теперь Ванька в столицу на «Опеле» по Дороге жизни, теперь почти безопасной. Скользит трофейный «фриц» на льду, рычит, брыкается, а Иван слушает бесконечные инструкции, и удивляется – каким таким чудом его вообще сюда занесло?! Правда, особенно философствовать возможности не было, у подполковника Шилова, руководителя группы, и лейтенанта Олеси Дзюбы, тощей злючки, все было четко. Молчи, слушай, запоминай! Вопросы задавать будешь, когда разрешат. Вот Иван и помалкивал, тем более что быстро выяснил – примерно из ста человек он являлся самым младшим не только по званию, но и по возрасту.

Правда, в боевом ядре группы числилось всего лишь двадцать пять единиц, включая его, старшину Тополева. Остальные выполняли свои задачи и являлись, что называется, «отвлекающим фактором». Миссия была сложная, и все ее детали и подробности Иван получал дозировано, чтобы мозг не «взорвался» от количества информации. Пока было ясно одно: по «легенде» Ванька становился старшим лейтенантом Иваном Тополевым, получив, нежданно-негаданно, повышение для солидности, но сохранив имя, чтобы лишний раз огород не городить. И полетит он, вы только представьте, в составе большой делегации в Соединенные Штаты. Чтобы, так сказать, познакомить простых американцев с ситуацией на фронте, прочитать пару лекций на тему фашизма в Европе, а также посетить несколько агитационных мероприятий. Но это так, для «галочки», к настоящему заданию все эти телодвижения отношения не имели.

В Москве его сразу повезли в какой-то секретный НИИ с полигоном, штаб-квартиру группы, где два дня, с короткими перерывами на сон и отдых, инструктировали. Выживание в тропических лесах, хищники, ядовитые змеи и опасные насекомые бассейнов рек Парана и Парагвай, как правильно вести себя в присутствии индейцев племен гуарани, история «белой эмиграции» в странах Южной Америки… В общем, сотрудники НИИ совершенно не беспокоились, что мозг членов группы может «взорваться», подполковник Шилов в этом вопросе был намного демократичнее. Но это еще не все – серьезные ребята, в военной форме без знаков отличия, активно тестировали их боевую и тактическую подготовку, и в результате этих проверок, между прочим, отсеяли пять человек. Были вопросы и к Ивану – молод и беспартиен, но эту тему как-то быстро замяли, подполковник постарался, кто же еще. А спорить с ним старшина Тополев никому бы не посоветовал. Это же каменный сфинкс настоящий, лбом не сдвинешь.

Потихонечку вырисовывалась и вторая часть приключения – из США полетят они в неведомый Парагвай, где будет организована встреча с местными русскими эмигрантами, затерявшимися в Новом Свете осколками Белой гвардии. Оказывается, «беляки» в Парагвае были чуть ли не национальными героями, потому как помогали местным вести успешные войны с соседями.

А значит, могли оказать серьезное влияние на позицию латиноамериканских диктаторов, вовсю заигрывавших с Гитлером. Но и это, оказывается, было лишь второй частью «легенды», основной инструктаж будет в Нью-Йорке. Одно это словосочетание вводило Ваньку в состояние грогги, но он держался. Не привыкать. Перед самым вылетом со всех членов группы сняли мерки. «Для гробов, что ли?» – подумал Иван, но реальность оказалась не такой мрачной. Оказывается, им пошили костюмы, пальто, галстуки, сорочки, да еще и шляпы выдали! Говорят, лучшие московские портные старались, которые для таких людей шьют – закачаешься! Подполковник Шилов и лейтенант Дзюба устроили настоящий показ мод, чтобы посмотреть, как на их подопечных будут смотреться костюмчики. Дабы не опозорить высокое звание гражданина СССР. Ванька тут решил слегка «фраернуть», и лихо заломил шляпу на бок – он такое в кино видел. Подполковник только рассмеялся, а лейтенант, зараза редкостная, конечно, тут же приказала вернуть головной убор в нормальное положение, иначе она эту шляпу гвоздями к Ванькиной башке прибьет.

Два «Дугласа» и Ли-2 вылетели из Москвы поздним вечером. Шел снег. Лететь предстояло долго, в основном в ночное время и с множеством остановок. Архангельск, Гренландия, канадский остров Ньюфаундленд, не путать с собакой, Монреаль, Нью-Йорк. Тут надо заметить, что Иван до этого только раз в самолете летал – его как-то в тыл фашистов забросили по воздуху. Ну, как в самолете? На У-2. Симпатичная такая фанерная этажерка, летающая на честном слове и трехэтажном мате авиатора. Было не очень страшно – летели на сверхмалой высоте, казалось, спрыгнешь – и нечего не будет. А вот в железной трубе с креслами и маленькими квадратными окошками Ванька почувствовал себя максимально неуютно. Да что там неуютно! Когда шасси оторвались от матушки-земли, а желудок оказался в горле, выйти захотелось. Натурально. Но Иван представил презрительно скривившиеся личико лейтенанта Дзюбы, стиснул зубы, и открыл книгу – разрешили взять с собой две небольших тома. Пусть все думают, что старшина Тополев читает, пока он тихо молится.