Игорь Колесников – Тайный войн Всесоздателя (страница 9)

— Виктор оплатил консультацию, — она улыбнулась уголками губ. — Но если понадобится серьёзная работа, договоримся. Я не беру лишнего с тех, кто действительно нуждается. А поездку к родным я оформлю как часть консультации. Это не сложно.

Она встала, поправила пальто. Артём смотрел на её руки — тонкие, с аккуратным маникюром, без колец. Заметил, как падает прядь волос на висок, как она заправляет её за ухо. Сердце стукнуло где-то в горле, и он разозлился на себя за эту глупую реакцию.

— Я провожу, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

В коридоре, надевая пальто, она обернулась:

— Вы один живёте?

— Да.

— И справляетесь?

— Справляюсь.

Она посмотрела на него внимательно, как смотрят на человека, которого видят впервые, но почему-то уже знают о нём больше, чем он сказал.

— Вам нельзя сейчас сдаваться, — сказала она тихо. — Они почувствуют слабину и не отстанут. Но если будет совсем тяжело — не геройствуйте. Звоните. Поняли?

— Понял.

Она кивнула, открыла дверь и вышла. Виктор задержался, хлопнул Артёма по плечу.

— Завтра в восемь утра. Я заеду. Собери вещи на пару дней. И позвони бабе Наде, предупреди, что едешь.

— Позвоню.

— Ну и хорошо. — Виктор уже взялся за ручку двери, но обернулся. — А адвокатша-то ничего, да?

— Виктор…

— Молчу, молчу.

Он ушёл, и Артём остался один.

Он прошёл на кухню, сел на табурет, глядя на остывшую гречку. В кармане лежала визитка. Он достал её, повертел в пальцах. Бумага была плотной, с тиснением — не дешёвка. «Елена Викторовна Чернова, адвокат, специализация — семейное право и защита прав несовершеннолетних». Внизу номер телефона и адрес в Пятигорске.

Он положил визитку на стол, подумал и переложил в паспорт, между страниц. Потом встал, прошёл в комнату, где ещё чувствовался запах чужих людей — бабушкиных духов и дешёвого табака тётки. Открыл окно.

Ветер потянул с гор, пахнущий хвоей и нарзаном. Где-то внизу, на Курортном проспекте, зажигались фонари. Артём стоял у окна, смотрел на темнеющее небо и думал о том, что сегодня он выиграл ещё один бой. И завтра он увидит бабу Надю. Увидит тётю Люду. Съест нормального домашнего борща, а не гречку из пакетика. Посидит на старой веранде, глядя на заснеженный огород.

И почему-то впервые за долгое время он подумал не о квартире, не об учёбе, не о судах. Он подумал о серых глазах, которые смотрели на него без жалости, но с чем-то, что было сильнее жалости.

Он усмехнулся, тряхнул головой, прогоняя наваждение.

— Рано, — сказал он вслух. — Сначала до восемнадцати доживи, потом влюбляйся.

Но визитка лежала в паспорте, и он не переложил её оттуда.

Глава 5. Три дня тишины

Утро началось с железного лязга.

Виктор приехал ровно в восемь, как обещал. В багажнике его старого «Патрола» лежали два новых замка в заводской упаковке, дрель с набором свёрл и баллон монтажной пены. Артём ждал его у подъезда с рюкзаком, в который поместилось всё необходимое на три дня: смена белья, тёплый свитер, зубная щётка и зарядка для телефона.

— Сначала железо, потом дорога, — коротко сказал Виктор, поднимаясь по лестнице.

Они работали молча и быстро. Артём держал дверь, пока тренер выкручивал старые болты. Замки, которые Артём поставил сам год назад по видео из интернета, были сняты за пятнадцать минут. На их место встали новые — тяжёлые, с сувальдным механизмом и броненакладками, которые Виктор привёз откуда-то со своих старых запасов.

— Такие в девяностые на оружейки ставили, — усмехнулся он, затягивая последний винт. — Теперь даже если захотят — без шума не войдут.

Когда с дверью было покончено, Виктор достал из кармана рулон широкого скотча и лист бумаги, на котором от руки было написано: «Квартира опечатана. Вскрытие в присутствии участкового. Тел. для связи…» — и номер телефона.

— Это уже перебор, — сказал Артём, но спорить не стал.

Он сам приклеил бумагу поперёк дверной коробки, так, чтобы открыть дверь, не порвав её, было невозможно. В этот момент на лестнице послышались шаги.

Поднимался капитан Сазонов — тот самый Игорь, что был вчера в квартире. В руке он держал пластиковый стаканчик с кофе, а на плече висела планшетка.

— Ну что, молодёжь, уезжаете? — спросил он, оглядывая новую дверь и скотч. — Основательно.

— Хочу быть уверенным, — сказал Артём. — Вы говорили, если что — звонить.

— Говорил. — Игорь отхлебнул кофе, посмотрел на опечатанную дверь. — Давай так. Я сегодня дежурю. Завтра у меня выходной, но я попрошу сменщика проезжать мимо вашего подъезда пару раз за сутки. Ну и печать свою поставлю для порядка.

Он достал из планшетки небольшой штамп с гербом и приложил к уголку бумаги. Потом расписался рядом и поставил дату.

— Всё. Теперь официально. Ни одна крыса сюда не просочится. Даже муравей — и тот будет зафиксирован как незаконное проникновение.

Артём невольно улыбнулся. Впервые за долгое время он почувствовал, что у него есть не просто знакомые, а почти союзники.

— Спасибо, Игорь.

— Не за что. Ты главное возвращайся. А то мне тут ещё протоколы подписывать.

Сверху, с лестничного пролёта, донёсся звук открываемой двери. Артём поднял голову и увидел мужчину в гражданской одежде, но с военной выправкой. Лет сорока, широкие плечи, короткая стрижка с проседью. В руке он держал небольшую коробку.

— Сосед сверху, — пояснил он, спускаясь. — Вчера вечером заехал, слышал шум. Виктор, ты просил камеру?

— Просил, — кивнул тренер. — Знакомьтесь, Артём. Это Дмитрий. Служит в Росгвардии. Недавно квартиру снял, повезло тебе с соседом.

Дмитрий подошёл, пожал Артёму руку — крепко, по-мужски, но без показной силы.

— Я вчера краем уха слышал, что у тебя тут за ситуация. Виктор вкратце объяснил. Вот, — он показал коробку. — Камера. Простая, с датчиком движения. Если кто-то появится на площадке — мне на телефон уведомление упадёт. Я на сутках часто, но связь всегда есть. Поставим?

Артём переглянулся с Виктором. Тот пожал плечами: «Решай сам».

— Ставьте, — сказал Артём. — Только я не знаю, сколько это стоит…

— Нисколько, — отрезал Дмитрий. — У меня этих камер с прошлого объекта осталось. А проводку я сам протяну. Ты главное возвращайся, а то мне одному тут скучно будет.

Через полчаса камера была установлена над дверью — незаметная, в белом корпусе, сливающаяся с побелкой. Дмитрий показал Артёму, как работает приложение на телефоне, и дал пароль от учётной записи.

— Теперь ты можешь смотреть, кто к тебе приходит, даже когда ты на другом конце страны.

— Или в селе, — добавил Виктор. — Ладно, мужики, спасибо. Нам пора выдвигаться, пока дороги не развезло.

Артём ещё раз обвёл взглядом дверь: новые замки, бумага с печатью, невидимый глаз камеры над головой. Впервые за долгие месяцы он покидал эту квартиру не с тревогой, а с ощущением, что за его спиной остаётся настоящая крепость.

Игорь хлопнул его по плечу, Дмитрий кивнул и ушёл наверх, а Виктор уже спускался к машине.

В «Патроле» пахло бензином и старым деревом. Виктор завёл двигатель, и они выехали со двора, оставляя позади серые пятиэтажки Кисловодска.

— Ты позвонил бабе Наде? — спросил тренер, выруливая на трассу.

— Позвонил. Она плакала.

— От радости?

— Сказала, что пирогов напечёт. И баню затопит.

— Вот это по-нашему, — Виктор ухмыльнулся и прибавил газу.

За окном потянулись предгорья, укрытые февральским снегом. Дорога шла вдоль замёрзших полей, мимо редких лесополос и маленьких станиц, названия которых Артём знал только по карте. Он смотрел на убегающий пейзаж и чувствовал, как тяжесть, давившая на плечи последние месяцы, понемногу отпускает.

До села Стародворцовского было около ста двадцати километров. Два часа езды по пустой трассе. Виктор молчал, давая Артёму возможность побыть наедине со своими мыслями. Только иногда переключал радио, ловя то новости, то старые песни.

Где-то на полпути Артём достал телефон и открыл приложение камеры. На экране появилось изображение лестничной площадки: пусто, тихо, только тусклая лампочка мерцает под потолком. Дверь не тронута. Скотч на месте.