Игорь Колесников – «Драконорожденный: Империя из Пепла» TES5 (страница 8)

– Йормундова бабка… – прошептал Горм, прикоснувшись к холодному серебру. – Целое состояние под землей. И припасов… – он махнул рукой на склады вдоль стен: бочки с солониной, мешки муки, сушеное мясо и ягоды.

Аринтор приказал все обыскать. В дальнем углу, на грубом столе, лежала стопка книг в потертых кожаных переплетах. Тома заклинаний. Аринтор, движимый смутным, почти болезненным любопытством, взял верхний – «Огненная вспышка». Он не собирался читать. Он лишь приоткрыл переплет, чтобы взглянуть на строки непонятных символов.

И тогда случилось оно.

В миг, когда его пальцы коснулись пергамента, а взгляд скользнул по первому магическому символу, книга вспыхнула. Не пламенем, а ослепительным, бело-голубым сиянием, озарившим весь зал. Теплая, острая энергия, похожая на ту, что исходила от Драконьей Стены, но более сфокусированная и жгучая, пронзила его ладонь, прошла по руке и вонзилась прямо в мозг. Буквы, руны, схемы магических жестов – все это сошло со страниц, превратилось в чистый поток знания и впечаталось в его сознание. Формула. Принцип. Уверенность в том, что он сможет сгустить огонь воли и выплюнуть его ладонью. В следующее мгновение книга рассыпалась у него в руках в горсть холодного, мелкого пепла, упавшего на каменный пол с легким шелестом.

В пещере воцарилась гробовая тишина. Даже его бесстрастные спутники замерли.

– Кости предков… – прохрипел Боргни, впервые за день нарушив молчание, и в его голосе был священный ужас.

– Никогда… никогда не видел такого, – Горм смотрел на пепел, струящийся между пальцев Аринтора, как на явление с того света. – Книги заклинаний… их штудируют годами. А это… он коснулся, и знание перешло. Как душа дракона. Так не бывает.

Аринтор сжал пустую ладонь. Внутри нее все еще горело призрачным теплом, а в уме лежало четкое, готовое к применению знание заклинания. Он знал его. Всецело. Это было пугающе, неестественно и… неизбежно.

– Ни слова, – сказал он тихо, но так, что слова легли на тишину, как камни на могилу. Его взгляд скользнул по каждому лицу – по своим людям, по Горму, по Боргни. – Никто не должен знать. Это останется между нами. Понятно?

Все молча кивнули. В глазах его спутников мелькнуло не удивление, а глухое, мрачное подтверждение.

Одного из спутников и Сигрид немедленно отправили в Рорикстед за подмогой. Они вернулись глубокой ночью, приведя за собой целый караван: десяток грубых фермерских повозок и с полсотни мужчин и женщин, вооруженных вилами, топорами и решимостью.

Работа под сводами пещеры закипела при свете факелов и холодном сиянии магических светлячков, вызванных одним из спутников (теперь это не казалось чем-то из ряда вон). Сначала вынесли и уложили в повозки все припасы – еду, инструменты, скудное оружие бандитов. Потом принялись за главное. В пещеру внесли сколоченные на скорую руку из старых досок прочные ящики. В них, словно священные реликвии, начали грузить слитки золота и мешки с серебряной рудой. Каждый заполненный ящик требовал усилий шестерых человек, чтобы водрузить его на повозку и намертво привязать веревками.

К рассвету, после шести часов каторжного труда, караван был готов. Усталые, но ликующие, люди двинулись в обратный путь. Когда первые повозки, скрипя, въехали на площадь Рорикстеда, их встретили не просто как добытчиков – их встретили как кормильцев, как приносящих жизнь.

Распределение было быстрым и справедливым. Большую часть еды сразу раздали пострадавшим. Инструменты и оружие пополнили общинную сокровищницу. А тяжелые ящики с золотом и серебром, под усиленной охраной и взглядами двух оставшихся спутников, были внесены в подвал чудом уцелевшей ратуши, став фундаментом будущего возрождения.

Когда суета окончательно улеглась и последние факелы погасли, Аринтор остался один в своей временной резиденции – комнате над таверной. Он сидел у потухающего очага, глядя на свои руки. На одну, что держала меч против дракона. На другую, что лишь прикосновением обратила древний фолиант в горсть пепла, вобрав всю его мудрость.

Кто он? Случайная жертва имперского конвоя? Норд без прошлого? Тан, лорд, Довакин? Существо, в которое вселяются души ящеров и которое познает магию и древний язык одним прикосновением?

Он сжал кулаки. Ответов не было. Были только вопросы, тяжелые и неудобные, как те слитки в подвале. И обязанности, растущие, как снежный ком. Но в тишине, нарушаемой лишь потрескиванием углей, он осознал одну простую и страшную истину: назад пути нет. Его дорога, хочет он того или нет, вела только вперед. К белым вершинам, где ждали Седобородые. К разгадке его сущности. И к войне, чьи первые кровавые ростки он уже вырвал с корнем здесь, в Рорикстеде, но чья тень все еще накрывала весь Скайрим, и в которой ему, похоже, была уготована роль не просто участника, а ключевой фигуры.

Глава 6: Земли и Титулы

Сознание Аринтора было похоже на доску для нард, по которой передвигались фигурки неотложных дел. Вопрос поездки к Седобородым, тяготивший его с момента того леденящего душу Зова, приходилось отодвигать всё дальше. Рорикстед под его началом оживал: раненых перевязали, укрепления на скорую руку возвели, пепелища расчистили. Местные, вчера ещё раздавленные горем, теперь смотрели на него с упрямой надеждой, а Рорик с горящими глазами чертил на пергаменте планы будущего города-крепости. Но оставаться означало упустить нити, уже протянутые к нему из других концов Скайрима.

Его раздумья прервал стук в дверь. Вошёл один из выживших стражников Морнхолда, держа в руках несколько свертков.

– Вести, лорд. От ярлов. И странный человек в таверне спрашивал – только вас.

Аринтор развернул послания.

Первое, за печатью с оленьим черепом, было от ярла Фолкрита, Сиддгейра. Кратко и сухо: «Подвиг в Рорикстеде не остался незамеченным. Но земля моя, и порядок на ней – моя забота. Если желаешь быть признанным здесь, явись и выслушай. Всякий тан должен доказывать пользу владению».

Второе, с грубой печатью в виде волны, – от хозяйки Данстара, Сигрид Белой Гривы, чья воля значила больше, чем титул номинального ярла: «Север узнал, как ты справился с ящером. У нас беда иного рода. Великан давит рудокопов у западного берега. Разберись – получишь и титул, и место среди нас. Не любим болтунов».

Третье не было письмом, а напоминало официальные циркуляры, ходившие по торговым путям. Ярл Мортхала и ярл Фолкрита давали разрешение на выкуп бесхозных земель: старой серебряной шахты Винстад к югу от Мортхала и участка под ферму Херьяркен-Холл во владениях Фолкрита. Подписи и печати были подлинными. Шанс легально закрепить за собой ресурсы.

И последнее, от стражника: «Человек в таверне, не местный. Говорит, дело от «Гильдии». Ждёт только вас».

Аринтор положил пергаменты на стол. Зов с горы был подобен далёкому грому, но здесь, внизу, буря уже начиналась. Титулы давали право голоса, земля – силу и независимость. Без этого он так и остался бы бродягой с громким прозвищем, которого в любой момент могли прижать к стене и сильные мира сего, и таинственные монахи. Решение созрело.

Фолкрит встретил их не радушием, а всепроникающей, сырой меланхолией. Воздух пах влажной хвоей и тлением. Огромное кладбище, больше самого города, нависало над домами безмолвным укором. В тронном зале, больше похожем на склеп, ярл Сиддгейр, молодой и с вечно брезгливой гримасой, осмотрел его с ног до головы.

– Ну что ж, «Довакин». Саги начинают слагать о тебе. Но я правлю не сагами, а железом и кровью. К востоку, в старых железных копях, обосновалось отребье. Травят землю, режут дороги. Если твоя слава чего-то стоит – очисти шахты. Тогда и поговорим о титуле.

Это было испытание, простое и ясное. Аринтор со своей пятёркой теней и двумя десятками лучших бойцов из Рорикстеда выдвинулся на восток. Зачистка тёмных, сырых тоннелей была кровавой и методичной. Бандиты, не ждавшие столь слаженного удара, были сметены. Через несколько часов Аринтор вернулся в Фолкрит, бросив к ногам ярла окровавленное знамя главаря и мешок с отрезанными ушами – грубый, но понятный на севере знак выполненной работы.

Сиддгейр кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения.

– Ладно. Значит, не только на драконов горазд. Отныне ты – Тан Фолкрита. Участок «Беспокойный» к северо-западу, у старой хелгенской дороги, твой. Строй, копай, расти. И помни о долге.

Именно тогда к нему подошёл один из его людей.

– Лорд, пока мы были в шахтах, тот человек из таверны передал: ждёт в Вайтране. Настойчиво.

На новом, ещё пустом участке земли «Беспокойный» Аринтор собрал Рорика и десяток самых толковых строителей.

– Здесь будет не просто усадьба. Здесь – первый камень. Лагерь, расчистка, заготовка леса. Планируйте форт. Название – «Дозорный». Пока меня нет – ты главный, – он положил руку на плечо Рорика.

Оставив кипеть работу, он повернул коня на север.

В Вайтране, в «Распутном цепне», его ждал невзрачный мужчина в добротной, но неброской одежде. Быстрые глаза Делвина (так он представился) мгновенно оценили вошедшего.

– Меня прислали из Рифтена. От людей, которые ценят… деловитость, – он говорил тихо, но чётко. – Слышали, как ты ловко находишь ресурсы и решаешь проблемы. У нас могут быть общие интересы. Информация. Возможности. Ты приобретаешь землю – это мудро. Но землю нужно защищать, а защита стоит денег и связей. Подумай. Если заинтересует – найди «Забор Мертвеца» в Рифтене. Спросишь Бринольфа. – Сказав это, Делвин растворился в толпе, оставив после себя не предложение, а намёк, пахнущий опасностью и возможностью.