Игорь Кильбия – Аникс (страница 13)

«Отдохнешь, с людьми познакомишься, чего еще надо?!» – заключил Петрович и пошел звать жену накрывать на стол.

В семье Петровича умели кормить – сначала Игорь отведал первое блюдо, за ним последовало второе, уже с трудом умещавшееся в желудке, а чай с баранками в качестве третьего пришлось оставить не тронутым, хотя для виду он постоянно помешивал ложкой пылающий жаром напиток. Беседа в основном велась одним Петровичем – он рассказывал жене о своей поездке, хитро пропуская те моменты, когда пребывал в сладостном состоянии опьянения. Жена молчала и кивала головой в знак одобрения и иногда, в самые напряженные моменты историй, когда муж мастерски выдерживал паузы, спрашивала: «и что дальше?». Игорь слушал не без интереса, хотя наверняка Петрович ранее рассказывал ему эти вещи. Правда, Игорь в те моменты находился в несколько неподобающем виде, и память детали рассказов не сохранила.

После ужина, семейство расположилось в комнате. Лидия заняла кресло, а Петрович с Игорем уселись на диване. Телевизор, покоившийся в углу, мгновенно завладел вниманием семейной пары, дав возможность Игорю теперь рассмотреть и комнату.

Ее интерьер не таил в себе никаких сюрпризов и был вполне обыден: шкаф-стенка с сервантом, полка с книгами и аквариумом, внушительный комод, пара тумбочек, письменный стол и коврик на стене. Помимо этого, здесь были ранее упоминавшийся раскладной диван и кресло. Все как у людей.

На подоконнике красовались штабеля глиняных горшков с опутавшей их растительностью, пол устилал ковер, украшенный цветочно-ягодным узором, а на потолке висела люстра, своей помпезностью больше подходившая для какого-нибудь загородного поместья породистого графа. Только вот вместо хрусталя она состояла из помутневшего от времени полупрозрачного пластика.

Особый интерес у Игоря вызвал аквариум – в глубине его плавала одна-единственная золотая рыбка, окруженная водорослями. Напрягая зрение, Игорю удалось разглядеть на дне миниатюрный средневековый замок, таившийся в самом дальнем углу, из окошек которого к поверхности поднимались пузырьки.

– Это Гоша, – толкнул его в бок Петрович, подгадав направление взгляда Игоря. – Хотя дочь считает, что это девочка, и зовет ее Агафьей.

– А где, кстати, дочь? – спросил Игорь, совершенно запамятовав, что у Петровича есть еще и дочь.

– Гуляет, где ж ей быть, – горько вздохнул отец нерадивого чада. – Пойдем-ка и мы прогуляемся, нечего дома сидеть.

На этих словах Петрович поднялся и, торжественно объявив жене, что пойдет знакомить Игоря с красотами их города, удалился на кухню, прихватив с собой телефон. «Видимо, будет обзванивать друзей», – решил Игорь и, оставшись наедине с женой Петровича, почему-то почувствовал себя неловко. Однако Лидия была всецело увлечена просмотром и не обращала на гостя никакого внимания. Так они и просидели, пока в комнату не вернулся Петрович, уже одетый и с довольным видом.

Игорь собрался быстро. С целью экономии денежных средств пришлось отказаться от такси и воспользоваться общественным транспортом. Хотя у Петровича и была своя машина, он по известным причинам, оставил ее во дворе. Игорь лишь мельком успел осмотреть этого железного коня, на запыленном боку которого кто-то пальцем написал: «Петрович – чугунный скороход!».

Игорь попытался расспросить, куда они направляются, но Петрович хранил загадочное молчание, отвечая на все вопросы «сам увидишь».

Проехав на троллейбусе четыре остановки, они вышли и очутились перед невысоким зданием. Окна первого этажа украшали изображения яств красиво разложенных по корзинам в окружении пузатых бутылей и охотничьих трофеев, в коих угадывались несчастно-убиенные утки. Над всем этим виднелась размашистая вывеска «Охотник и рыболов» обозначавшая, по всей видимости, не только именование этого заведения, но и его основной контингент. Петрович не преминул заметить, что это одно из любимейших мест, которое он посещает в течение многих лет.

Открыв тяжелую дубовую дверь, они вошли внутрь. Помещение встретило освежающей прохладой и полумраком. Попав сюда с солнечной улицы, глазам требовалось время, чтобы привыкнуть. Приятный, но несколько лишенный эмоциональной окраски женский голос раздался из-за спины – обернувшись, Игорь обнаружил довольно миловидную официантку, которая, назвав Петровича по имени-отчеству и поприветствовав нового гостя, пригласила их пройти к столику. Судя по обходительности персонала, Петрович действительно часто заглядывал сюда.

Когда глаза адаптировались, Игорь понял, что оказался в царстве дерева и кожи. Массивные столы были изготовлены из цельной древесины, обработанной и вытравленной таким образом, что поверхность приобретала рельефность и темно-коричневый оттенок. Стулья были сделаны схожим образом, лишь на сиденьях и спинках для большей комфортности присутствовали мягкие кожаные вставки. Каждый весил добрых пятнадцать-двадцать килограмм и напоминал больше трон лесного царя. Стены этого чинного заведения, обшитые брусом, украшали головы кабанов, медведей и еще каких-то животных, Игорю прежде не встречавшихся. Была здесь и пара картин на охотничью тематику, заключенных в резные рамы.

Официантка принесла меню. Под стать общей стилистике в древесно-кожаном оформлении, отчего вес книжицы удивил своей солидностью. Открыв его на первой же странице, Игорь присвистнул – цены оказались весьма кусачими. Пожалуй, за один сытный обед ему пришлось бы оставить треть своего аванса.

Петрович же такой дороговизне нисколько не смутился. Он, кажется, и вовсе не нуждался в меню, и, полистав его, скорее для вида, отложил. Позвал официантку, сделал заказ. Говорил он быстро и уверенно, сразу становилось понятно, что заказывает что-то привычное. Официантка, улыбавшаяся дорогому гостю, то же отчего-то не спешила записывать в свой блокнот довольно длинный перечень блюд, похоже итак прекрасно зная, что подавать.

К Игорю, мысленно выбравшему горшочек жаркого, она не то что не подошла, но даже не взглянула в его сторону. Петрович, уловив его вопросительный взгляд, успокоил, сказав, что все нужное он заказал и беспокоиться не о чем. С этими словами, перегнувшись через стол, завсегдатай сего заведения забрал у него меню и вернул официантке.

Заказанные блюда и напитки начали проносить довольно скоро. Не став дожидаться остальных гостей, Петрович пододвинул к себе прозрачный графин, разлил по рюмкам и произнес тост. Выпив, они закусили тонко нарезанной сельдью в собственном соку с картошкой и укропом. Хозяин стола, смачно крякнув, достал телефон и принялся торопить друзей.

Игорь снова почувствовал себя неловко (не каждый же день, оказываясь в незнакомом городе, тут же примыкаешь к совершенно неизвестной компании, где еще тебя и угощают) и сделал вид, что рассматривает помещение, которое уже успел во всех деталях изучить.

Затем они выпили еще и еще, а когда, наконец, Игорь расслабился и всякое чувство стеснения снизошло на нет, появились долгожданные друзья. Они завалились толпой все разом, отчего зал мгновенно наполнился радостными, хотя и в большинстве своем непотребными приветствиями.

К Игорю, восседавшему напротив их дорогого друга, новоприбывшие отнеслись спокойно, все просто подходили, здоровались за руку, представлялись и занимали свои места. Всего насчиталось шесть человек. Люди были обычные, ничем особо не выделявшиеся: в трамвае или маршрутном такси на такого и внимания не обратишь. Похожий стиль одежды, примерно близкий возраст и совершенно одинаковая манера общения. Василий, Петр, Александр – их имена смутно отпечатались в памяти.

А вот человека по имени Гавриил, пожаловавшим несколько позднее остальных, Игорь запомнил хорошо. Во-первых, само имя казалось необычным и редким (по крайней мере, для данной компании). Во-вторых, внешний вид этого припозднившегося гостя отличался от других. Он был одет в черный, слегка заношенный костюм, с которым контрастировала абсолютно седая шевелюра. Гавриил почему-то представился только одному Игорю – для остальных его визит не вызвал интереса. Хотя, быть может, они виделись сегодня ранее?

Если бы Игорь оказался немного внимательнее, в этот момент у него возник бы резонный вопрос: если с гостем остальные виделись ранее, то почему он не поздоровался с Петровичем? Однако обстоятельство совершенно ускользнуло от него, о чем впоследствии пришлось пожалеть. Гавриил занял место в самом конце стола, поодаль от остальных, сгрудившихся как можно ближе к Петровичу и внимающих его историям о поездке.

Через некоторое время Игорь потерял всякий интерес к необычному человеку и всецело направил свое внимание на общение с остальными. Петрович, вкратце изложив главные запомнившиеся моменты путешествия, не преминул официально представить Игоря своим друзьям. Игорь слегка приподнялся с места, повторно поприветствовав собравшихся, и поймал на себе теперь уже удивленные взгляды. К счастью, Петрович не сказал, кем именно предстоит работать Игорю, а то не избежать было бы расспросов на весь вечер, шуток и подтруниваний, которые, кстати, сейчас лились рекой, но благоразумно обходили новоявленного лекаря человеческих душ стороной.

Обстановка становилась все более веселой: другие столики постепенно тоже обросли посетителями, и первоначальная тишина сменилась громким смехом, криками, а где-то распевали песни. Полумрак растаял, уступив место свету десятков ярких ламп под потолком.