реклама
Бургер менюБургер меню

Игорь Караулов – Война не будет длиться вечно (страница 18)

18
Где-то то в правом ухе, то в левом ухе грохочут их игрушечные повозки.

Гуляние черного кобеля

Что делает моего пса красивым, если не красный красивый поводок? От такого бледнеет любой противник и любая сука слабеет на передок. Озирая победно двор и дома с балконами, где едва-едва проросшее солнце жжётся, мой кобель похож на старого Шона Коннери из фильма про Индиану Джонса. Я с годами тоже, кажется, хорошею, а то бы пропал, а то бы сгорел дотла, когда бы твоя любовь на моей шее на четыре дырочки застёгнута не была.

Следствие ведут колобки

Колобки поймали буратино и судили долго, коллективно. Признавайся, подлый буратин, ты каких делов наворотил? В полумраке подпола сырого колобки поймали и второго. Этот был не менее носат. Говорил, что первому не брат. На допросах держат их часами, сталкивают острыми носами в очной ставке. Пишут протокол, заменяя носом дырокол. Дело шьётся, нить судьбы прядётся. Буратин содержат где придётся. Завезут, бывало, и в Читу. Носопырки видно за версту. Разное твердят про буратино: что они агенты Палпатина, что хотели манием руки обратить детишек в чурбаки. В голубом ангаре гильотина тихо слёзы льёт о буратино. Ей в ответ, сквозь сумерки и снег, плачет деревянный человек.

Гоголь

Новый Гоголь явился: гогочет, гудит и служанку щипает в сенях. Он ведь только родился, он весь перевит пеленами, он весь в простынях. Он с большой головой, неуклюжий такой. Слон! идёт, содрогая фарфор. Ах, не надо, не велено в барский покой, проводите, ведите во двор. Он заходит в конюшню, о притолку шмяк, ему лошади ржут: и-го-го! Гуттаперчевый нос, багровея, набряк. Мужики одобряют: ого! Он поленницу походя лихо разнёс, из подушек повыпустил пух. Среди пуха и перьев горит его нос, пламенеет, как красный петух. Новый Гоголь явился – и все на ушах, все внештатные враз на посту. Крепыши с палашами, штыки в камышах и шлагбаум стоит за версту. Вся морская пехота, милиция вся, химзащита, спасательный борт. Подошли егеря, рюкзаками тряся. Новый Гоголь – принёс его чёрт!