Игорь Филиппов – Сын за отца (страница 6)

До Княжихинской школы надо было идти 7,5 вёрст. Зимой, особенно после выпавшего ночью снега, это занимало более двух часов. Весной и осенью – часа полтора. Каждый день.

Из записей Андрея Михайловича 1947 года: «Земля покрыта сияющим, белым, мягким снегом. Синели на нём человечьи, собачьи и заячьи следы. Воздух морозный, щиплет в носу, иголками колет щёки… И так все 7,5 вёрст…»

Учился Андрей охотно. Не все науки давались легко, но он старался. Из предметов любил физику, географию, литературу. В спорте был одним из первых, особенно на лыжах. И это несмотря на то, что курить Андрей стал очень рано, в пятом классе.

21 января 1924 года ледяной холод на улице пробрался и в классы школы. Ученики сидели на уроках в верхней одежде. Неожиданно директор школы собрал всех школьников и учителей в большом помещении со сценой и трибуной. То, что директор сообщил, потрясло всех – умер Владимир Ильич Ленин… Глубокая скорбь охватила всех. Никто не сдерживал слёз… Все думали, как теперь жить без Ильича… Директор проговорил скорбные слова, а потом попытался вернуть в души школьников бодрость, веру в великое будущее страны, строящей социализм. Уроки в этот день закончились, школьников распустили по домам. Директор школы, несколько учителей и секретарь школьного комитета комсомола поехали в Москву на прощание с Ильичём.

В 1925 году Андрей вступил в Российский Ленинский коммунистический союз молодёжи (РЛКСМ), через год переименованный в ВЛКСМ – Всероссийский… Голосовали за Андрея единогласно: его происхождение из крестьян – бедняков было самым пролетарским. Комсомольский билет получил в Укоме (Уездном комитете) Комсомола, в уездном городе Бежецке.

Андрей хорошо рисовал, как карандашом, так и акварелью, гуашью. Это дарование было фамильным: все Филипповы умели рисовать, кто неплохо, а кто и получше, но не все развивали это своё умение – не до этого было: слишком много крестьянской работы и войн выпало на их долю. На школьных выставках во всех классах Андрей занимал первые места. Рисовал карикатуры на врагов молодого Советского государства, плакаты, транспаранты, стенгазеты, не забывал и Тверскую природу… Класса с седьмого стал мечтать о Ленинградском высшем художественно-техническом институте (ЛВХТИ) – так в то время назывался известнейший Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени Ильи Ефимовича Репина, иначе – «Репинка», в царское время известная как Академия художеств.

Однако не всегда в жизни всё зависело от желания мечтателя, коим был и начинающий художник Андрей Филиппов. В 1922 году, на Пятом съезде РКСМ было принято Постановление о шефстве Комсомола над Военным флотом, в котором упоминалось, что комсомольцы должны быть примером для всех молодых моряков, что комсомолу надо помогать«…красным орлам наших морей …строить Советскую республику и защищать её берега».

Руководствуясь этим Постановлением, в начале 1927 года Бежецкий Уком комсомола предложил Княжихинской школе выбрать из состава выпускников трёх кандидатов на поступление в военно-морские училища. Одним из кандидатов оказался Андрей. Он уже два года был комсомольцем, и понимал, что это предложение обязывает его поступить так, как наказывает Комсомол. Всех трёх кандидатов направили на медицинскую комиссию.

«Ну, что ж, пока пройду комиссию, а потом видно будет», –подумал Андрей, всё-таки не оставляя в мыслях ЛВХТИ. На медкомиссии он был третьим в очереди. Комиссия, которая работала в Бежецке, первого кандидата пропустила, а второго – совершенно здорового с виду парня – забраковала. Андрей заволновался: «А вдруг найдут что-нибудь в лёгких? Ведь я же начал курить с пятого класса… Да и рост у меня не ахти какой…»Когда в помещение комиссии вошёл Андрей, председатель комиссии обрадованно вскрикнул: «Андрюха! Филиппов!!! Вот так встреча! Каким же ты стал взрослым!»Андрей не смог скрыть ответной радости: в председателе комиссии он узнал врача, с которым два года назад весной охотился на глухарином току, неподалёку от Повал. Врач рассеял опасения Андрея насчёт курева, а про его малый рост (162 см) сказал так: «Настоящего человека делают не рост, и не возраст. Главное – это способность принять на себя ответственность в любом деле!»

Вот так решилась, казалось бы, дальнейшая Судьба Андрея Филиппова, однако весной, после окончания школы, за комсомольской путёвкой он не пошёл, продолжая надеяться на Ленинград и художественный институт, а иначе – Академию художеств. В школе ему выдали Аттестат, где не было ни одной тройки, и Характеристику, подписанную директором школы и заверенную печатью.

Годы, проведённые в школе, стали счастливым временем в молодой жизни Андрея, и, в наступившие потом нелёгкие годы, воспоминания о родных краях приносили ему утешение и облегчали жизнь.

В главе I использована литература:[1,2,49]

Глава вторая. Военно-морское училище

Деревенские проводы

Подошло время ехать Андрею в Ленинград, на учёбу. Через неделю отъезд. Вечером семья в полном составе сидела за самоваром: все смотрели на Андрея – скоро настанет пора прощаться. Мать не отрывала глаз от сына, который так внезапно повзрослел и уже «вылетал» из родного гнезда.

«Решил, куда поступать-то будешь?– спросила она, стараясь не показать выкатившуюся слезинку. – А, может, лучше тебе в деревне остаться? Всё знакомо, опять же братья, друзья…» – «Нет! Поеду в Ленинград, хочу стать художником».

«Как же ты один-то будешь? –вступил в разговор тятька-отец. – Тебе же что-то поесть надо… приодеться тоже… всё денег стоит… а мы тебе не помощники. Знаешь ведь: сами еле живы… Слушай, Ондрюха, пока ещё время есть, съезди-ка в Уком комсомола да возьми на всякий случай комсомольскую путёвку для поступления в военно-морское училище! Ты ведь уже и медкомиссию прошёл, али забыл?! Ну, не срастётся быть художником – станешь моряком, как твой прадед медвежатник Андрос».

Андрей послушался разумного совета тятьки и съездил в Бежецк. В Укоме комсомола его приняли хорошо, и уже через час Андрей вышел на улицу, держа в руках комсомольскую путёвку, где было написано, что успешно окончивший школу-десятилетку комсомолец Филиппов Андрей Михайлович, 1909 года рождения, направляется комитетом ВЛКСМ Бежецкого уезда Тверской губернии в город Ленинград для поступления в Военно-морское училище. А вот в какое училище конкретно, в путёвке указано не было, поэтому Андрей решил, что в Ленинграде только одно ВМУ. В райкоме ему объяснили, что надо идти на Васильевский остров, где располагалось училище. Андрей обрадовался, зная, что и ЛВХТИ находится на Васильевском острове. Мать, услышав, что оба учебных заведения находятся на острове, высказалась так:«Как же Ондрей переберётся через Неву-то: найдётся ли лодка, и сколь денег возьмёт лодочник за перевоз… хорошо бы пару рублей прибавить парню, а то мы мало дали-то…»

Тятька постучал по своей голове, подшучивая над женой:«Вот ведь неуч! В Ленинграде мосты через Неву ещё при царе наведены! А денег дали, сколь смогли, больше нету!»И, повернувшись к Андрею, продолжил: «Мотри, не загуляй там! А то в пятнадцатом Сашка Лебедев съездил в Питер: собирался деньгу заколотить, да так за год «напитерился», что босой приехал и без копейки».

Семья выделила Андрею брюки всего с одной заплатой и не особо поношенный пиджак, пару рубашек, исподнее, носки, а брат Сергей снял с себя картуз с твёрдым козырьком, почти новый. Андрей был роста небольшого, в тятьку пошёл, брюки были ему длинноваты, так мать подвернула и слегка прихватила нитками, подшила. Мужская обувь в семье передавалась от старшего брата к младшему, а, начиная с ранней весны и до поздней осени, вся семья ходила босиком, либо в лаптях, даже в лес, на покос или на рыбалку. Поэтому весь год Андрей берёг ботинки, доставшиеся ему от брата Василия.

До станции Викторово семья и друзья провожали Андрея с почестями. По такому случаю мать начисто отскребла от грязи и вымыла телегу, а тятька выделил новую сбрую для лошади, приладил звонкие колокольчики. В телеге сидели трое: тятька, мать и несколько смущённый от такой чести Андрей. Остальные шли пешком. Брат Михаил наигрывал на «двухрядке». Андрей был очень рад, что ему не пришлось мять и пачкать Васькины ботинки. Шесть вёрст проехали быстро. Вот и станция, а вернее – полустанок, где скорые поезда мчались без остановки, а прочие поезда приостанавливались всего на пару минут. За это время надо было успеть попрощаться с родными и занести вещи в вагон. Купили в кассе билет в общий вагон и стали ждать поезда.

Приключения в поезде

Через полчаса подошёл состав. Паровоз, пуская пар, лязгая и гудя, тащил десяток вагонов.

«Какой красивый!» - произнёс вслух Андрей, оценив свежеокрашенный зелёной краской корпус и красные колёса паровоза. «Серии «М» («Маруся»), самый мощный паровоз в СССР, только что пошедший в серию», –услышав реплику Андрея, гордо отозвался начальник станции, случайно оказавшийся неподалёку.

Наскоро простившись с родными, Андрей забрался в вагон, придерживая котомку с вещами и продуктами на дорогу. Внутри вагон крепко пропах портянками, махоркой и кошками. Кого здесь только не было: солдаты с «сидорами», почему-то в шинелях и с оружием, бабки в платочках, ругающиеся визгливыми голосами из-за мест на нижних полках, крестьяне в лаптях и онучах, усталые рабочие-дорожники, группа пионеров с пионервожатым, все в красных галстуках, плачущие дети разного возраста… но больше всего было мешочников, шныряющих по вагонам и предлагающих пассажирам купить либо продать чего-нибудь.