Игорь Демидов – Блеск Атлантиды. Мозг планеты (страница 2)
Прекрасное курортное утро началось с огорчительной картины. Хорошие друзья, любимые однокашники, вдруг покинули Динару, сговорившись у нее за спиной, и направились в потрясающее романтическое путешествие – так, во всяком случае, наивно полагала она.
Негодяи! Значит, Андрею можно ехать на край света, а мне, значит, прости-прощай?
Она выгнула губы и стала всхлипывать, чем разбудила рыжую подругу.
– Да что случилось? – протяжно произнесла Наталья, оторвавшись от подушки и с трудом открывая глаза. Ей страшно хотелось спать.
Вернувшись из отделения полиции, Динара несколько часов подряд названивала товарищам и рассылала требовательные сообщения. Однако Степану и Наталье как будто бы не было до этого дела, они не разделяли ее беспокойства и оставили ее одну в каюте.
Степан скакал по палубе под ритмы радиостанции, заигрывая с новой знакомой, и все зубоскалил насчет занудства и мнительности Динары. А Наталья подленько так соглашалась.
Всю ночь они кутили на палубе, миловались и опустошали яхтенный мини-бар. Перед рассветом обнимались как старые знакомые, орали песни и пускали салют, исчерпав всю закуску из холодильника. Затем их тошнило и они, подскочив к фальшборту, как выражаются моряки, – «кормили ихтиандра».
Сейчас же Наталья, испытывая головную боль и легкое чувство вины, села султанчиком на одеяле, выхватила у подруги смартфон и прочитала сообщение. Затем обняла ее за бронзовые плечи, тихо спросила:
– По кому ты печалишься больше? По Ольге или Костосу?
Динара уткнулась в костлявое плечо Натальи и зарыдала.
В таком драматическом виде их и застал бедовый шкипер Степан Быков. Он спустился в каюту и, странно сгорбившись, остановился на пороге. Вид у парня был болезненный. Он заметно осунулся, сбросив к утру несколько килограммов.
Девушки тут же отвлеклись от личных переживаний.
Динара подумала о морской болезни, ведь качка на яхте ощущалась постоянно. Наталья была уверена в том, что ее новый знакомый отравился-таки сырой рыбой. За Степаном водилась эта сомнительная пищевая привычка, которая объяснялась им страстью к японской кухне.
На самом деле виноват был алкоголь.
Степан присел на корточки и прокряхтел:
– Прогулка в Ливадию отменяется. Вы это… вызывайте там скорую. У меня острый панкреатит.
1.3 ТЕОРЕМА ЭМПЕДОКЛА
Царь Гефестос Девятый томился в своем кабинете и от волнения не находил себе места. Его рабочий стол был завален документами, но вместо напряженной работы наблюдалось бестолковое хождение из угла в угол (восьмиугольный кабинет предоставлял в этом смысле большие возможности). Тревога за любимого внука парализовала его мозг, плотный рабочий график летел в тартарары.
Государь остановился у панорамного окна и стал наблюдать отдыхающих, что малыми группами бродили по тропинкам глубоководного парка. Рядом с окном молодая компания собирала «букет» из актиний (хотя актинии не являются растениями) и царю было видно, как туристы жестикулировали по вопросу сочетаемости цветов, насколько это возможно было делать в громоздких скафандрах.
– Мне бы ваши заботы, – пробормотал царь в густые усы.
Он игнорировал настойчивые вызовы телефона, проглотив уже третью сердечную пилюлю за вечер. И вот уже собрался отойти от окна и сесть за работу, когда из-за леса водорослей показалась длинная чешуйчатая шея.
– Только тебя здесь не хватало, – проворчал Гефестос.
Появление ящура вызвало в парке переполох. Туристы побросали «букеты» и кинулись со всех ног к ближайшей металлической беседке, в которой можно было переждать визит любого подводного хищника.
Распугав местных рыб, медуз, кальмаров и прочую живность, ящер махнул хвостищем – погнул два парковых фонаря, потом схватил зубами мурену, что бездарно пряталась в коралловых кущах. Встав на задние лапы рядом с гранитным монументом Посейдона, он приступил к ужину.
В царском серванте зазвенела посуда, Гефестос с удивлением ощутил под ногами вибрацию и заметил, как из расщелины базальтового склона вылетел снаряд.
Далее все произошло очень быстро. Плезиозавр перестал жевать и озадаченно наклонил голову, наблюдая приближение неведомой ему штуковины…
Царь отвернулся. Он не желал видеть убиение представителя редкого вида, занесенного в Красную Книгу царства.
Прогремел глухой взрыв. Моргнуло освещение, и закачалась многотонная бронзовая люстра, издавая угрожающий антикварный скрип. За панорамным окном воцарилась тьма. На лице Гефестоса читался сарказм.
– Поужинать изволили в парковой ресторации? Надеюсь, нареканий на обслуживание нет? – раздраженно бормотал монарх. – Потому вас, безмозглых, так мало и осталось!
Гефестос с неудовольствием думал о том, что защитники подводной фауны уже сегодня устроят истерику в СМИ, а потом жди пафосные демарши в парламенте и бесконечную волокиту расследования. В нынешних предвоенных условиях – недопустимая роскошь.
Так что же произошло?
Искусственный интеллект военного ведомства принял плотное овальное туловище ящера за субмарину малого класса. Действительно, соразмерные аппараты серийно выпускались атлантами и викингами. Вычислительной машине совершенно не понравилось, что вторгшийся объект три раза не ответил на специальный запрос. А бедный ящур просто не мог ответить шифрованным сигналом, если бы даже и захотел. И тогда пошла торпеда.
Раздался стук в дверь, в кабинет влетел великан Эмпедокл. Его совершенно не волновал произошедший инцидент в парке, ибо перед шефом Международного Бюро Атлантиды стояла более важная задача.
На большом экране вспыхнула карта северного полушария. Маршал Эмпедокл обвел место возле Гибралтара и улыбнулся, что с ним случалось крайне редко.
– Сразу хочу обрадовать вас, Высочайший, – агент Костос жив! Посмотрите – он тут.
Царь уставился на красную мигающую точку, которая светилась явно слабее положенного. Когда Эмпедокл увеличил масштаб, то стало видно, что объект движется на северо-запад.
– Как вам известно, – докладывал маршал раскатистым басом, – слабый сигнал, какой мы видим сейчас, может быть показателем болезни, слабости агента. Но может означать и то, что агент здоров, однако находиться за какой-то металлической преградой. Между прочим, он быстро движется в сторону Атлантики, идет на девяноста узлах! Такую скорость способны развить только наши подлодки, за одним исключением, которое нам с вами известно. Но сначала зададим себе такой вопрос: почему же Костос не выходит на связь? Да потому что его заперли во вражеской субмарине, отобрав у него агентурный смартфон и не допуская до бортовой радиостанции. Моя гипотеза такова: вашего внука взяли в плен и везут в Нижнюю Скандинавию на субмарине «Копенгаген», на которой, к большому сожалению, установлены наши мощные двигатели! Отсюда и скорость. Осмелюсь также предположить, что сейчас ему ничего не угрожает, ибо для викингов он ценный заложник.
Гефестос выдохнул. Поблагодарил маршала за оперативное решение поставленной задачи. Задумался.
Его внук, судя по всему, был цел и невредим, но при этом угодил в плен к непредсказуемым варварам. И как его прикажете вызволять из плена?
Красная точка на карте неожиданно исчезла, и шеф разведки поспешил пояснить:
– Просто они ушли в глубины.
Эмпедокл показал курсором наиболее вероятный путь дальнейшего движения подлодки: через северные широты, огибая акваторию Атлантиды, а затем в районе Ньюфаундленда – крутой поворот на юг в направлении Нижней Скандинавии.
– К сожалению, координатор черноморской резидентуры не дает о себе знать, – сказал маршал.
– А капитан Персей? – спросил царь.
– Вот его мы нашли. Дрейфует у крымского побережья. Может он в лодке, а может – в спасательном жилете. Поглядите сюда, Высочайший!
Рядом с полуостровом Крым мерцала еле заметная розовая точка, она почти не двигалась.
– Похоже, у Персея истощение сил, – сказал Гефестос. – Есть кто поблизости, чтобы прийти ему на помощь?
Эмпедокл протер платком шею, немного затягивая ответ. Уж очень хотелось напомнить царю, как тот сокращал штаты зарубежной агентуры, отказывался увеличить прием в академию МБА, резал бюджеты для резидентур. А теперь нехватка агентов могла стоить жизни капитану Персею.
– Ближайшие агенты находятся в Бресте, господин Гефестос.
– Далековато. Надеюсь, в Белоруссии есть прямые авиарейсы до Крыма?
– Вы не поняли, Высочайший. Я говорю о французском Бресте. Это побережье Атлантики.
1.4 В ПЛЕНУ
Всю ночь Андрей плавал на бревенчатом плоту в океане и усердно мастерил парус, собираясь дойти с попутным ветром до самых Бермуд. Было хлопотно, ведь непросто собрать парус из футболки, джинсов и откуда-то взявшейся тут швабры. Удручающе не хватало проволоки для крепления. Когда рядом плюхнулась Лидия Мураховская в виде русалки и попросила пресной воды, Андрей с корыстью рассудил: «Если у нее теперь хвостище вместо ног, то она сможет найти моток проволоки на дне».
Так он сокурснице и сказал:
– Тащи проволоку, тогда получишь минералку!
– Какая еще, к черту, минералка в океане? – возмутилась прекрасная Лидия.
Она была права. Нелепость ситуации явно дошла до предела, и парень понял, что никаких Бермуд ему не видать, поскольку все это происходит во сне.