Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Зависимость (страница 10)
Соответственно, когда человек настраивается таким образом, тогда в каком-то смысле можно сказать, что с молитвой соотносится вся его жизнь. В состоянии молитвенного углубления, после исповеди и причастия, человек приобщается к внутреннему миру, и потом то, что он делает в социальном пространстве, он пытается совершать, исходя из этого состояния. То есть пытается вести свои дела таким образом, чтобы не выходить из состояния приобщённости Божественной благодати (настолько, насколько это возможно). Каким бы делом такой человек ни занимался, вокруг него жизнь начинает развиваться очень гармонично.
Преподобный Серафим Саровский говорил: «Стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся тысячи». Мирный человек, живущий по воле Божией, настраивается и на избавление от зависимостей. Он понимает, что зависимость – преграда между ним и состоянием внутреннего мира, которое невозможно сохранить, если ты затуманишь своё сознание психоактивными веществами. Таким образом, если человек начинает истинно жить молитвенной жизнью, он пытается всю свою жизнь привести в соответствие с внутренним миром (даже если сами молитвы он читает несколько минут в день; см. в сноске о том, как советовал молиться людям старец-мирянин Феодор Соколов).
«Молитвенные правила старец назначал простым рабочим людям маленькие, но, чтобы уже никакого дела человек без Господа не начинал и в разговор без Господа не вступал. …Простым людям старец давал маленькое молитвенное правило: три земных поклона, правильно положить на себя крестное знамение, прочесть молитвы: "Отче наш", "Богородице Дево, радуйся", "Да воскреснет Бог", Символ веры, псалмы 50-й и 90-й. Встречались и такие люди, что ни одной молитвы не знали и выучить не могли. Им он советовал при всяком деле говорить: "Господи, помилуй" и "Господи, помоги". Моя мать Анна [рассказывает Павел Михайлович Лебедев] сначала молилась долго, а старец посоветовал ей молиться пять-семь минут. Говорил: "Если ты будешь молиться долго, подорвёшь сама себя". Семья была – семь человек: по хозяйству дела было много. Она его послушала и стала делать по его совету, и трудилась до самой смерти. Во всяком деле она советовалась с ним и поступала по его слову»[50].
Конечно, хранить мир – непросто. Мы этот внутренний мир постоянно теряем, но, совершая усилия по его восстановлению (пытаясь понять, почему мы его потеряли и как его вернуть), мы и растём. Развиваясь, мы избавляемся от своих недостатков и закреплённых ошибок.
Так, мы видим, что всё то, что казалось эфемерным и не связанным с реальностью, на самом деле, с православной точки зрения, с реальностью связано. Характер наших отношений с ближними, то, как мы относимся к делу, – всё это напрямую связано с этой отправной точкой – с деланием по хранению внутреннего мира. Если мы стараемся внутренний мир сохранить, то, соответственно, мы и к ближним будем относиться с бо́льшим вниманием. Мы не можем себе позволить явные выпады хамства и агрессии, иначе мгновенно утратим состояние внутреннего мира. Так начинается исцеление от страстей.
Если цельного представления о молитве нет, то со временем, если человек и пытается молиться, то такая его несовершенная молитва редуцируется до медитации. в чём отличие медитации от молитвы? В молитве есть обращение к Другой Личности – Богу.
В медитации же человек беседует сам с собой, с пластами своего сознания. «Молитва и медитация – принципиально различные духовные средства. Молитва, как уже было сказано, – это межличностный диалог. Она образует реальную благодатную связь человека с Богом через личное общение… В молитве через личное общение человек раскрывается перед Богом и становится способным для преображения, сам предоставляет себя Богу для Его благотворного воздействия. В медитации человек без диалога путём концентрации внимания пребывает замкнутым на себя существом, что легко может стать основанием для развития самомнения и гордости»[51].
Этот вопрос ещё очень важен потому, что некоторые программы реабилитации предполагают обращение к т. н. «Высшей Силе».
Один священник, который многие годы прожил среди нехристианского (скажем так) народа, наблюдая за жизнью этих людей, сделал следующий вывод: если люди, когда молятся, не имеют чёткого представления, к кому они обращаются, то совершенно не факт, что им отвечает Бог. Мы же знаем массу мошеннических схем, когда злоумышленники обманывают человека, выступая как бы от имени банка, где этот человек держит счёт, или, например, от имени его юриста. Вступая в подобное общение, человек несёт убытки. Даже если человек обращается в небо, где гарантия, что ему отвечает именно Бог? Все народы мира говорят о существовании инфернальных сил, и мы знаем, что т. н. «Высшей Силой» для языческих народов были падшие духи. Соответственно, если человек обращается не ко Христу, а к абстрактной «Высшей Силе», то где гарантия, что вышедший с ним на связь не будет являться падшим духом?
Итак, вопрос молитвы и богообщения не есть нечто абстрактное. Это то, что влияет на нашу жизнь (в том числе на био, психо- и социо-). От того, как мы воспринимаем Бога, от того, с Кем именно мы связаны, зависит наше отношение к миру. Если человек связан с тёмной силой, которую он воспринимает как высшую, он начинает вести себя агрессивно. Эта «сила» напитывает человека токами, сообразными с её природой. И человек, заражённый этими токами, сам уподобляется той тьме, с которой связан.
И – наоборот. Если человек связан с Истиной, он получает опору в своей социальной жизни («социо-»). Определённым образом настраиваются и его «био-», и его «психо-». В качестве примера можно указать на положение воина во время войны. Обращение к значимому символу (образу Отечества), к вере помогают ему преодолеть запредельные трудности в условиях нахождения на фронте (см. упомянутую статью «Победа не только на войне, но и надо войной – внутри себя»).
Озвученные здесь теоретические представления комментируются с практической точки зрения в разделе «Некоторые основные мысли о зависимых и о их близких» из книги «Преодоление зависимого поведения: зависимым и их близким (родственникам, педагогам)» и зримо воплощаются во второй части «Концепции…» в следующей части этой книги: «Две истории (мужская и женская) о зависимом поведении – с комментариями».
Часть II. Две истории (МУЖСКАЯ И ЖЕНСКАЯ), по которым комментируются основные принципы преодоления зависимого поведения.
В данном разделе приводятся две истории (мужская и женская), в которых зримо воплощаются базовые принципы преодоления зависимого поведения, описанные в книге «Преодоление зависимого поведения: зависимым и их близким (родственникам, педагогам)».
Приводимые в данном разделе две истории и комментарии к ним являются иллюстрацией к теоретическим положениям, описанным в первом разделе текста «Концепция материалов о преодолении зависимого поведения… (название первого раздела – «Правильно ли рассматривать зависимость как био-психо-социо-духовную проблему?»)
Слово для зависимых
Выйти из зависимого поведения очень сложно. Нужно учесть, что многие люди пребывают в заблуждении относительно того, что они смогут это сделать самостоятельно. Да, выйти самостоятельно из зависимости – возможно, но при условии, что ты меняешься как человек. В данном смысле под заблуждением понимается та установка, при которой человек надеется, что с зависимостью он справится просто потому, что он такой «классный». При этом он живёт, как жил, ничего особо не меняя. И думая при этом, что зависимость от алкоголя / наркотиков уйдёт сама собой.