Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Зависимость (страница 12)
Приводя свою жизнь к соответствию заповедям, ты поймёшь, что твоя зависимость стоит между тобой и Богом. Молитва будет показывать тебе твоё внутреннее состояние, высвечивать все внутренние проблемы, которые нужно решать. В суете есть возможность их не замечать, но когда начинаешь молиться, – все эти душевные гнойники вылезают наружу. Человек приходит к тому, что есть некий клубок, который нужно размотать. Следует рассматривать не только вопрос преодоления зависимости, но и вопрос того, откуда берётся тревожность, толкающая к зависимости.
Для пьющего писателя Джека Лондона, например, разочарование стало основой для самоубийства. Это можно проследить по его повести «Джон Ячменное Зерно» (таким именем называли виски).
Джек Лондон в открытую писал, что думал о самоубийстве с бесстрастием самурая. Из повествования видно, что разочарование у него было неконструктивным. Это была не кристальная линза, позволяющая увидеть все неправильные пути, которыми не надо идти, и благодаря которой рано или поздно ты найдёшь свой путь. Джек Лондон принял сознательное решение пить. Хотя его здоровье было железным, даже оно сломалось. В юности он пил, потому что был устричным пиратом – опустошал лотки, где выращивали устриц, – и общался со взрослыми мужчинами, среди которых было почётно выпить алкоголь с каким-нибудь матёрым «морским волком».
Позже Джек начитался книг, которые построены примерно на тех же идеях, на которые опирается современная популистская психология в проблемах преодоления зависимого поведения. С точки зрения бихевиоризма, который появился в США, человек представляет собой просто сумму рефлексов, а сознания как такового нет. Надо представлять, на каком уровне тогда была наука.
Сейчас учёные пришли к тому, что мозг не есть сознание. Мозг – это то, через что сознание себя проявляет[55]. А что такое сознание, не знает никто. Один нейрохирург говорил про случаи, когда у человека прострелена или удалена большая часть мозга, и человек функционирует так, как будто и нет нарушения. Однако есть, видимо, какой-то предел разрушения мозга, когда душа уже не может себя проявить через этот сломанный инструмент.
Духовные православные авторы сравнивают тело с роялем, а душу – с игроком. Бывает, рояль сломан, и музыкант не может себя проявить[56].
Сейчас наука пришла к тому, что всё не так просто, многое в отношении мозга – непонятно. Как говорил упомянутый нейрохирург, бывает, удалена огромная часть мозга, но сознание действует, но также бывает, что и мельчайшее вмешательство в мозг приводит к катастрофическим изменениям. Почему так бывает – сказать трудно.
Тогда же учёные были готовы заявить, что вот-вот всё откроют. Вчерашний матрос, Джек Лондон, при всём к нему уважении, начитался таких книжек. У него началась, как он её назвал, – «белая логика»: всё, что он видел, стало восприниматься им с позиции дарвинистического учения, с самой неприглядной меркантильно-физиологической стороны.
Когда он выезжал осматривать шикарное поместье, он думал только о том, сколько людей пролило кровь, чтобы до него купить эти земли. Он рассматривал себя как звено в этой биологической цепочке, где каждый рождается только для того, чтобы умереть. Это его убивало. Он мог более-менее нормально себя чувствовать, только когда напивался. Ещё его держал режим, ритм дня. Встав утром, он писал определённое количество текста и только потом выпивал. Потом у него сбился режим, он не мог начать работать, не выпив. Всё стало сползать.
Если есть высшая система ценностей – разочарование воспринимается конструктивно. Без этой системы разочарование становится катастрофой. У человека нет никаких инструментов, чтобы выйти из своей негативной «закапсулированности». Он начинает глушить себя алкоголем. Чтобы справиться с зависимостью, у человека должна появиться духовная жизнь, мировоззрение, чтобы он понимал, как справляться с унынием, с разочарованием. Не путём красивых фразочек типа «смени угол зрения»… Когда тебе бьют сапогом в лицо – очень трудно сменить угол зрения, если у тебя не выстроено глубокое мировоззрение, в рамках которого ты мог бы осмыслить текущую ситуацию.
У человека должна появиться любовь к ближним. Любовь, понимаемая не как проявление эмоций, а как деятельное внимание к Другим, входит в число базовых духовных законов, описанных в Евангелии и подтверждённых современной нейрофизиологией. Пока не появится любовь к ближним – никуда не уйдёт тревожность, всё кругом будет злить, раздражать.
Когда гнев исцеляется любовью, пробивная сила напряжения остаётся у человека, но он спокойно реагирует на других. Если что-то не получилось – не воспринимает это как катастрофу. Не получилось сейчас – подкоплю сил, пересмотрю ситуацию, и либо сменю ветку несостоявшуюся, либо буду пробивать эту стену дальше. А может, её надо преодолевать не сверху, а сделать подкоп или как-то обойти.
Как человек срывается на алкоголь? Поругался с коллегами или с семьёй и говорит: «Вы всё испортили и меня довели, у меня голову жжёт», – и идёт выпивать. Если бы была любовь – он бы, желая что-то делать и встретив сопротивление своих домочадцев, не кипятился, сохранил бы мир.
Даже если бы человек с кем-то поругался, если бы у него был навык покаяния – то как только он что-то сделал не так и чувствует раздрай внутри – тут же обратился бы к Богу. Как говорил святой Иоанн Кронштадтский, в таких случаях нужно молиться сугубо [сугубо означает – вдвойне усердно]. То есть – уйди в свою комнату, встань на коленочки и скажи: «Господи, прости, я снова накричал на кого-то» – и тогда тяжесть с души действительно снимается. Не путём психологической выдумки, а потому что Господь ответил на твою молитву.
Как только у тебя начинает жечь душу – вместо того чтобы глушить её алкоголем, попроси у Бога прощения, что снова накричал на своих домочадцев, помирись с ними, и всё – вопрос решён. Если навыка покаяния нет – ты идёшь дальше: тебя жжёт, ты обвиняешь всех, все плохие. Ты не можешь с ними оставаться, идёшь искать приключений.
Итак, как река питается водами, спускающимися с гор, прилежащими болотами, так и зависимость питается образом жизни человека. Пытаться решить проблему зависимости отдельно, изолировав от образа жизни, – неперспективно.
У человека должна появиться дисциплина, духовная жизнь, целеустремлённость, основанная на высшей системе ценностей.
Так же, как тип реакции на ситуацию, в нас формируются страсти, они со временем становятся типом реакции на раздражитель. Вот человек испытывает тревожность. Сначала он думает: «пить или не пить, а может – помолиться или пойти погулять?». Если решает пить – то из всего веера реакций одна «нейронная дорожка» подсвечивается красным. В следующий раз в подобной ситуации варианты будут неравноценны: один из них будет наиболее яркий. Если каждый раз ходить этой дорогой – со временем она станет багровой жилой, а другие веточки будут «засыхать в мозгу». Забудется, что когда-то вообще они были – эти другие варианты.
Сначала человек колеблется несколько часов и под конец решает: «Всё. Пойду выпью». Потом это уже происходит автоматически. Человек подбирается к этой ветке реакции за доли секунды. Закрепляется реакция, которая воспринимается как вторая натура, даже не возникает мысли поступить по-другому. Для человека пьющего жена, опоздавшая с работы, – повод напиться. Он не в состоянии подумать: «Может, сбегать и купить ей цветов, приготовить ужин, встретить…»
Чтобы страсть побороть, нужно не столько бороться с ней, сколько вкладывать усилия в положительные качества души, в добродетель. Формировать вторую доминанту.
Например, приучи себя не смотреть хаотично всё, что попадается в интернете. Некоторые люди привыкают забивать свой мозг видеороликами, создавая в мозгу «белый шум» (который, как кажется, на время перекрывает тревожные, неприятные мысли; но потом рассеянное роликами сознание ещё сильнее даёт человеку чувство дискомфорта). Но человек, приучающий свой мозг к пассивному восприятию внешней информации, когда случится сильная вспышка эмоций – ничего не сможет с собой поделать. Его просто «потащит», потому что никаких «духовных мышц» у него не сформировалось.