Хёнсук Пак – Воплощение желаний (страница 22)

Думая о всякой всячине, я не успел решить до прихода Чирэ, куда нам пойти поесть.

– Я тоже не знаю, чего мне хочется. Ведь такое множество блюд – почему ничего не приходит на ум? В моей голове есть только одно – сундэ, – с недоумением в голосе произнесла Чирэ.

Мы сидели с ней на автобусной остановке и смотрели на небо. Прямо как я, думая о покупках, неизбежно возвращался мыслями к кольцу, так и у Чирэ все ассоциации с едой были связаны с сундэ. Казалось, мне нужно о многом поговорить с ней, но при встрече я не мог сказать ничего путного.

– Все наши странные проблемы – из-за кафе «Кумихо», – сказал я и испуганно замолчал.

Связать нас по рукам и ногам и при этом пообещать «возможность делать что хочешь, так что наслаждайся» – вот в чем заключалось волшебство этого кафе. Как еще можно объяснить наше поведение, кроме магии? Я хотел денег и особенно отчаянно желал их в тот день, когда Чжеху подарил Чирэ кольцо, и именно это привело меня в чертово «Кумихо».

– Давай сядем в автобус и выйдем там, где увидим понравившуюся вывеску ресторана, – предложила подружка.

Мы запрыгнули в первый подъехавший автобус. Минут через десять за окнами замелькали всевозможные вывески. Чирэ показала на одну из них: «Коми[11] фьюжен». У слова «коми» есть свойство снижать аппетит. Несмотря на то что я был голоден, при взгляде на эту надпись мне необъяснимым образом расхотелось есть. Но я не мог отказаться, потому что место выбрала Чирэ.

Внутри забегаловки была вопиющая грязь! А еда! Я впервые ел что-то настолько невкусное. Она оказалась настолько отвратительной, что, если бы от меня требовалось написать отзыв в соцсетях, я бы обругал их на чем свет стоит. Не понимаю, как у хозяина хватило наглости открыть ресторан, если он так паршиво готовит?

– Спорим, они скоро прогорят? – спросила Чирэ.

– Согласен, тут даже спорить не о чем, – поддержал я.

Съев нечто ужасно невкусное и странное, мы разошлись по домам. Небо было безоблачным, дул легкий приятный ветерок, но душу придавило невыносимой тяжестью.

«Больше не посылайте мне деньги. Я прощаю вам оставшийся долг».

Я решил для себя, что должен освободиться от власти шальных денег.

«Что вы такое говорите? Осталось вернуть совсем немного – всего лишь три раза отправить деньги. Я очень благодарен вам, но твердо готов отдать всю сумму».

Прочитав сообщение учителя, я невольно усмехнулся. Если он так полон решимости вернуть долг, я не вправе настаивать на своем.

Вскоре от учителя пришло очередное сообщение.

«Господин О Сону! Спасибо вам, что дали мне шанс исправить ошибки прошлого, которые не давали мне покоя. Мне было мучительно больно от мысли, что то время потеряно для меня навсегда. Я страдал от депрессии, но сейчас она бесследно прошла. Со дня смерти моего кредитора меня мучила бессонница. Вы даже не представляете, что такое не спать. Я был готов на все ради того, чтобы выспаться. Я страстно, отчаянно мечтал об этом. Теперь у меня постепенно нормализуется сон. Мне хотелось бы угостить вас вкусным ужином в знак благодарности».

Мне стало не по себе. Неужели он догадался, что О Сону, наследник его кредитора, и школьник О Сону – один и тот же человек?

Ближе к вечеру начался дождь. Чжеху вернулся промокшим и принес с собой целлофановый пакет.

– Угощайся, – сказал он, протягивая сверток.

– Что это?

– Сундэ.

Вместо того чтобы взять его, я посмотрел на брата.

– Ты ведь знаешь Ёнчжо из нашего класса? Ну твоя близкая подружка. Перед их рестораном выстроилась очередь: говорят, одно время там не готовили авторское сундэ, а теперь опять подают, вот я и купил, когда проходил мимо.

Значит, с сегодняшнего дня его снова готовят. Вряд ли Ёнчжо успела перенять все отцовские секреты, наверняка он сам постарался. Рад, что у него появились силы на стряпню… Минуточку, что значит «твоя близкая подружка»? Вот об этом я и беспокоился! В школе о нас уже все так думают из-за ее привычки постоянно заговаривать со мной и делать вид, будто мы дружим, и я боялся, что Чирэ тоже может так решить.

– Ёнчжо мне не подружка, – с нажимом ответил я кузену.

– Вы же каждый день ходите парочкой, как приклеенные? Почему вы везде вместе, если не дружите?

– Это кто как приклеенный? Ты глаза разуй сначала. Это она ведет себя так, будто мы друзья. Ты понял меня? Точно так же, как ты пристаешь к Чирэ. – Последнее я добавил от сильной злости.

– Кто? Я пристаю к ней? Впервые слышу об этом. Я что, правда так делал?

Чжеху в изумлении повел плечами.

Тьфу, какой бесстыжий! Как он может не знать об этом, если на каждой перемене бежит к ее парте?

– Все в классе знают, что ты сохнешь по Чирэ. Мы-то видели, как ты увивался вокруг нее на каждой перемене.

– Я сохну по ней? – Родственничек снова удивленно пожал плечами. – Ох, возможно, это просто так выглядит со стороны.

Ну-ну! Хочешь сказать, она тебе не нравится? Кому ты сказки рассказываешь?

– Ты же купил ей кольцо. Разве такие вещи дарят кому попало? Черт, зачем я это доказываю? Если она тебе нравится, то так и скажи – это будет честнее.

– А-а, ты про кольцо! Почему ты придаешь ему такое большое значение? Это всего лишь дружеский подарок. Я случайно узнал про день рождения Чирэ, вот и купил ей украшение. И кстати, поздравлял так не только ее: я не спрашиваю у ребят дату рождения, но если случайно узнаю, то всем что-нибудь вручаю. Мне очень приятно, когда кто-то искренне радуется моему подарку, к тому же это сближает нас и они начинают хорошо ко мне относиться. Ты, кстати, ошибаешься на мой счет: я общаюсь не только с Чирэ – на переменах мы болтаем со многими одноклассниками. Сону, а ты, случайно… Может, ты сам сохнешь по Чирэ? Поэтому и подумал, что я каждый день увиваюсь возле нее, хотя на самом деле это бывает гораздо реже. Помню, в каком-то исследовании ученые изучали психологию влюбленных людей: у такого человека взгляд всегда прикован к объекту обожания, а любые мелочи, связанные с тем, кажутся значимыми или всеобъемлющими. Ты ведь втюрился в нее? Ах вот почему я заблуждался насчет тебя и Ёнчжо! – хитро прищурился Чжеху.

– Ты правда равнодушен к Чирэ? Тогда почему чатишься с ней?

– Чатюсь? Ты что, посмотрел не только сообщения от моей мамы, но и другие? Мало ли с кем из одноклассников я болтаю? Чирэ тоже в их числе. Сону, ты вообще меня разочаровал. В моем телефоне, конечно, нет секретов, и все же больше не читай мои сообщения, договорились? Хочу предупредить: я отношусь к Чирэ просто как к приятельнице и однокласснице. Ты понял?

Казалось, Чжеху не врет. Да, дарить кольцо без особого повода немного странно, но в словах кузена тоже есть логика. Не все люди придают большое значение подаркам. Например, если кто-то угощает вас в ресторане, для этого совсем необязательно должен быть повод, ведь можно вместе пообедать или накормить кого-то просто так, без особого повода. Чжеху – сынок богатеньких родителей. Стоит ему захотеть, как он получает любые деньги, маленькие или большие. Кроме того, я узнал его другую грань: ему нравится быть в центре внимания одноклассников.

Мы с Чжеху, словно сговорившись, сели друг против друга и принялись за сундэ.

Ёнчжо, ее отец и их заветные желания

Сразу после школы мы с подругой пошли в ресторан к Ёнчжо. Чирэ предложила появиться там без предупреждения, чтобы приятно удивить одноклассницу. Ее отец не просил об этом, но мы хотели сделать сюрприз, поэтому она ни о чем не должна была догадаться заранее. Так придумала Чирэ, и я не стал возражать. Правда, сюрприз получится только в том случае, если отец Ёнчжо ничем себя не выдаст, однако такая вероятность приближалась к нулю. По дороге Чирэ купила подарок в магазине «Артхаус» – игрушечного зайца с ушами в три раза длиннее тела.

– Ой, а мне ведь тоже нужно прийти не с пустыми руками?

Я оставил подругу ждать меня в магазине, а сам сбегал в банкомат за наличными. Для Ёнчжо я выбрал игрушечного мышонка с длиннющим хвостом, почти в три раза длиннее тела.

В начале переулка, где находился ресторан, мы в недоумении остановились: перед знакомой дверью стояла очередь из желающих туда попасть. Я только тогда вспомнил слова Чжеху: «Говорят, одно время там не готовили авторское сундэ, а теперь опять подают».

Мы с трудом пробрались сквозь очередь и вошли внутрь. Знакомая нам старушка работала в зале, а отец девочки – на кухне, и оба крутились как белки в колесе. Ёнчжо нигде не было видно.

– Здравствуйте! – поздоровалась Чирэ с ее отцом, подойдя к кухне, и вежливо поинтересовалась: – Кажется, уже разошлись хорошие новости? Очень многие не забыли вкус вашего сундэ… Разве вам можно так много работать? Вы пока еще выглядите нездоровым.

– В этом тоже заключены секреты мастерства: нужно обучить, как обслуживать клиентов.

– А где Ёнчжо? – спросила Чирэ, оглядывая кухню.

– Побежала на рынок, – ответил мастер, нарезая сундэ и набирая в миску омук.

– Но как же праздник в честь дня ее рождения? – удивилась подруга.

– Праздник?.. Ой!

Отец девочки резко поднял голову. В его взгляде читалось замешательство.

– Неужели вы забыли? – Чирэ и сама растерялась. – Может, сейчас все подготовить? Для праздника достаточно купить торт. Давайте мы сходим за ним?

Похоже, он действительно не помнил о вечеринке для дочери.

– Как же быть с очередью из ожидающих посетителей? Перестать принимать их и сесть отмечать день рождения? Ох, простите меня, ребятки, а может, вы организуете праздник для Ёнчжо? Гм, насчет места… Здесь будет не очень удобно. Куда бы вам пойти?.. Думаю, вам лучше отправиться в какую-нибудь кондитерскую или кафе.