Холли Блэк – Спайдервик. Хроники (страница 43)

Джаред кивнул. Он прикидывал, нельзя ли как-нибудь извиниться за всё, что он наговорил ему в прошлый раз. И что о нём теперь думает дядя Артур?

– Меня зовут Саймон, – представился Саймон. – Это Мэлори, а это наша мама…

Саймон оглянулся на тётю Люсинду и замялся.

– Приятно познакомиться, – сказал Артур. – Я вижу, что вы, ребятишки, унаследовали мою любознательность. Возможно, вы об этом уже не раз пожалели… – Он насмешливо покачал головой. – Наверняка из-за этого вы не раз попадали в беду. К счастью, вам, похоже, куда лучше удаётся выпутываться из неприятностей. Мне это никогда не давалось.

Он снова улыбнулся, и не своей обычной неуверенной улыбкой. Он улыбнулся искренне и широко и сейчас был совсем не похож на того человека на портрете.

– Мы тоже очень рады вас видеть, – сказал Джаред. – Мы хотим вернуть вам вашу книгу.

– Мой Справочник-определитель! – воскликнул Артур. Он взял книгу у Джареда и принялся её листать. – О, гляди-ка! А это чьи зарисовки?

– Мои, – ответил Джаред почти шёпотом. – Они не очень хорошие, я знаю.

– Что за вздор! – сказал Артур. – Отличная работа. Я предвижу, что когда-нибудь ты станешь великим художником!

– Что, правда? – переспросил Джаред.

– Правда-правда! – кивнул Артур.

Шмендрик подошёл к ногам Артура.

– Я рад, что друга повстречал, – но ты Люсинду не узнал. Она, конечно, изменилась… Поговори с ней – сделай милость!

У Артура перехватило дыхание – он наконец-то понял, кто перед ним. «Ему, наверно, кажется, что она такая старая…» – подумал Джаред. Он попытался представить себе, как его мама, ещё молодая, смотрит на него, старика, но не смог: это было слишком горько, слишком печально…

Люсинда улыбнулась, и по щекам у неё побежали слёзы.

– Папенька! – произнесла она. – А ты совсем не изменился – точно такой же, как в тот день, когда ты ушёл!

Артур хотел было спешиться.

– Нет! – воскликнула Люсинда. – Ты же рассыплешься прахом!

И она, опираясь на палку, подошла поближе к отцу.

– Прости меня за всё горе, которое я причинил вам с матерью, – сказал он. – Мне очень жаль, что я попытался обмануть эльфов. Мне не следовало так рисковать. Я всегда любил тебя, Люси. И всегда хотел вернуться домой.

– Ну вот, теперь ты дома, – ответила Люсинда.

Артур покачал головой:

– Благодаря эльфийской магии я слишком долго оставался в живых. Я прожил намного дольше отпущенного мне срока. Мне пора уходить, но теперь я повидался с тобой, Люси, и могу уйти без печали.

– Но ты ведь только что вернулся ко мне! – сказала Люсинда. – Ты не можешь просто взять и умереть!

Артур наклонился к ней и что-то сказал – сказал слишком тихо, так, что Джаред ничего не расслышал, – а потом спустился с грифона в её объятия. И стоило ноге Артура коснуться земли, как его тело рассыпалось прахом и развеялось дымом. Струйка дыма обвилась вокруг тёти Люсинды, а потом уплыла в ночное небо и растаяла там.

Джаред обернулся к Люсинде, ожидая увидеть, как она плачет, – но глаза тёти Люси были сухими. Она смотрела на звёзды и улыбалась. Джаред взял её за руку.

– Ну что ж, нам всем пора домой, – сказала тётя Люсинда.

Джаред кивнул. Он подумал обо всём, что произошло, обо всём, что он видел, и внезапно осознал, как много ему теперь придётся зарисовать. В конце концов, он ведь только начал!

Эскизы Тони ДиТерлицци

Примечание Тони ДиТерлицци

Для меня хроники Спайдервика начались со «Справочника-определителя драконов и монстров», который я составил летом 1982 года. Я вдохновился игрой «Подземелья и драконы» («Dungeons and Dragons»), энциклопедией «Феи» Брайана Фрауда и Алана Ли и тогдашними фильмами о нездешних мирах (такими, как «Тёмный кристалл» и «Бесконечная история») и решил, что очень даже не помешает иметь упорядоченный научный справочник по феям, троллям и домовым.

Прошло много лет, а я всё думал о той книге, которую сделал, когда мне было целых двенадцать лет. С тех пор я научился рисовать куда лучше. Я даже рисовал иллюстрации для «Подземелий и драконов» и имел честь познакомиться с самим Брайаном Фраудом… но всё же подробного справочника по феям и эльфам, наподобие «Птиц Америки» Джона Джеймса Одюбона, так никто и не написал! Поэтому я взялся за это сам с помощью моего верного друга Холли, которая досконально разбирается в фольклорных фейри.

Вместе с ней мы сочинили историю Артура Спайдервика и повесть о юных Грейсах. И вот перед вами некоторые из ранних предварительных набросков, многие из которых нарисованы в 2002 году – через двадцать лет после того, как я нарисовал свой первый (но отнюдь не единственный) Справочник ручкой и фломастерами на бумаге для записей в папке-скоросшивателе.

Примечание Холли Блэк

Ребёнком я любила рассматривать картинки почти так же сильно, как любила читать. Мама была художницей, и я часто листала её альбомы по искусству и придумывала истории, связанные с разными картинами.

Процесс совместной работы над «Спайдервиком» во многом напоминал эти мои детские забавы. Мы с Тони дружим уже много лет, и мы выработали способ совместного творчества, продуктивный, но необычный. Я помню, как приклеивала скотчем над рабочим столом тот первый набросок с Джаредом, Саймоном и Мэлори.

Я смотрела на этот рисунок – и персонажи постепенно оживали.

Иногда я посылала Тони текст и получала иллюстрации к нему; иногда – наоборот. Я помню как минимум две сцены, которые выросли из набросков. Одна из них – эпизод со стуканцем. Тони прислал мне странную картинку с этим существом, восседающим на груде камней, а когда я послала ему написанную сцену, он перерисовал иллюстрацию заново. Листая эти наброски, вы почувствуете ту энергию, красоту и оригинальность, которые впервые увидела я, работая над этими книгами. Каждый из рисунков буквально напрашивается, чтобы к нему сочинили историю.

Эскизы

Ребятишки Грейс изначально задумывались как классические герои готической сказки. Мы с Холли с самого начала решили, что такого эффекта, скорее всего, поможет достичь школьная форма, которая в то же время позволит не привязывать персонажей к определённой эпохе.

Но в процессе работы мы решили предпочесть более «классическую американскую» внешность: в основном, Джаред у нас бегает в джинсах и уютной красной толстовке.

Этот старый дом сам по себе полноправный персонаж книги. Ветхое здание оказывается сокровищницей, хранящей тайны семьи Спайдервик.

Я поставил себе задачу создать нечто странное и загадочное, но не страшное, как какой-нибудь дом с привидениями. Внешний вид дома был навеян старинными домами в викторианском стиле, которых и сейчас хватает в Новой Англии.

Тётя Люсинда – единственная оставшаяся в живых близкая родственница Артура. Я старался сделать её как можно более дряхлой и хрупкой, чтобы сильнее чувствовался контраст между ней и её отцом, всё ещё довольно молодым человеком, когда они воссоединятся в конце истории.

От Справочника-определителя мало проку, если ты не можешь видеть обитателей страны фейри. Я хотел, чтобы очки Артура выглядели как замысловатое устройство, демонстрирующее, что Артур был подлинным первооткрывателем научного исследования незримого мира, который он описал.

Преданный друг Артура, дух усадьбы Спайдервиков, домовой Шмендрик – один из первых персонажей, которых я придумал для этой серии.

Его лицо в общих чертах навеяно морщинистой скорлупой грецкого ореха, а его костюмы раньше принадлежали потерявшимся и завалявшимся Люсиндиным куклам.

Хитроумный и пронырливый хобгоблин Визгун – ещё один персонаж, возникший относительно рано в ходе создания «Спайдервика».

Очевидно, его физиономия должна напоминать всяких ночных тварей, вроде летучих мышей и пауков. Но я хотел наделить его специфическим юмором – отсюда широкая зубастая улыбка.

Похожие отчасти на жабу, отчасти на рыбу-удильщика гоблины из «Спайдервика» совершенно уникальны и в то же время вполне узнаваемы даже для тех, кто не интересуется фольклором.

Я вложил немало сил в создание этого образа, потому что понимал, что оригинальная, свежая интерпретация позволит нашим персонажам выделиться среди множества прочих книжных, игровых и киношных гоблинов.

Туповатое, но коварное создание, чей образ был навеян популярной норвежской сказкой про трёх козлят и иллюстрациями шведа Йона Бауэра.

Мрачное и загадочное царство Кортинга и его подданных-гномов навеяно сказками Фрэнка Баума про страну Оз.

Самая большая проблема с эльфами состояла в том, чтобы сделать их непохожими на эльфов из толкиновского Средиземья и в то же время оставить узнаваемыми обитателями мира сказок и фольклора. На окончательный облик эльфов существенно повлиял викторианский художник Джон Анстер Фицджеральд.

Образ злокозненного Мулгарата навеян великаном-людоедом из «Кота в сапогах» Шарля Перро. Облачённый в роскошные одеяния минувшей эпохи, он воплощает контраст между элегантным придворным и грубым, уродливым чудовищем.

«Спайдервик» полон аллюзий на классические сказки. Мы с Холли наполнили книги отсылками к источникам нашего вдохновения, начиная с того, что бросается в глаза: платяного шкафа, через который дети попадают в тайный кабинет Артура, или хрустального гроба, в котором спит Мэлори, окружённая гномами.

Одна из моих любимых отсылок – это поклон в сторону шедевра Льюиса Кэрролла, «Алисы в Стране чудес», в книге третьей, где герои беседуют с фукой, который, по всей видимости, несёт полную чушь.