Холли Блэк – Спайдервик. Хроники (страница 44)

Мало того что Холли поместила аллюзию в текст – иллюстрация тоже отражает наше благоговение и восхищение этим классическим произведением.

Я часто думал, что «Спайдервик» – не что иное, как история открытия – открытия незримого мира, тайных знаний, новых друзей и прочности семейных уз.

В то же время это было творческое открытие для нас с Холли: оказалось, что волшебная сказка, целиком и полностью созданная нашим воображением, может сделаться реальностью в полном смысле этого слова.

Потерянные главы

Потерянная глава

Нападение гоблинов,

в которой Шмендрик отгадывает загадку и становится страшилой

Шмендрик посмотрел на вихрь пыли, гуляющий по паркету, расчерченному ярким летним солнцем на квадраты, и с тяжким вздохом уронил голову на руки. Не приходилось опасаться, что люди заметят его или грязь на полу. Некому замечать. В доме уже давным-давно никто не бывал.

Откинувшись на спинку своего кресла, сплетённого из проволоки, домовой вспоминал тот день, когда Люсинда уехала отсюда со своей двоюродной сестрой, Мелвиной. Чёрные с серебром волосы Люсинды были собраны в узел, в каждой худой руке у неё было по саквояжу. Шмендрик сам помогал их собирать, аккуратно сворачивая и укладывая каждую вещицу.

– Я скоро вернусь из этой больницы! – крикнула на прощание Люсинда.

Бакенбарды Шмендрика затрепетали, но ответить он не мог: вдруг Мелвина услышит?

– С кем ты разговариваешь?

Мелвина была в брючном костюме, а на шее у неё красовалось ожерелье из крупных белых пластиковых бусин, которые она постоянно нервно перебирала.

Люсинда покачала головой:

– Да так, ни с кем. Просто с домом.

– Вот видишь? Говорю же: ты слишком засиделась тут одна! – сказала Мелвина. – Подумать только – с домом разговаривать! Отдых под наблюдением врачей пойдёт тебе на пользу.

С тех пор миновало уже почти двадцать пять лет. Всё это время Шмендрик добросовестно чистил, мыл, натирал и убирал. Он заставлял метёлки плясать по полу и коврики – встряхиваться по-собачьи. Ему хотелось, чтобы к возвращению Люси дом был безупречно чист. Домовым ведь положено содержать дом в чистоте и порядке, а Шмендрик хотел быть хорошим домовым. Он всё время представлял, как она войдёт и улыбнётся, увидев, как тут чисто и красиво. Если всё будет безупречно, может быть, на этот раз она останется и никуда больше не уедет.

В один прекрасный день Шмендрик вышел на лужайку, чтобы протереть парадное крыльцо, и вдруг чья-то потная, холодная лапища сграбастала его, да так крепко, что он и пискнуть не мог.

На него уставилась перекошенная рожа с пастью, полной зубов из зазубренных осколков стекла. Гоблин!

– Пусти! – выкрикнул Шмендрик, отчаянно вырываясь. – Я свой!

Гоблин покачал своей бородавчатой жабьей головой.

– Книга! Отдавай книгу! Хозяин хочет книгу!

Шмендрик прекрасно знал, о какой книге идёт речь. Отец Люсинды некогда составил Справочник-определитель, расписав и разложил по полочкам всё, что разузнал о фейри: не только то, как себя ведут и где водятся, но и все их сильные стороны и уязвимые места. Шмендрик знал, насколько опасна станет эта книга, попади она в лапы существа злонамеренного.

Из кустов стремительно высыпали другие гоблины, и они окружили Шмендрика. Их было десять. У одного был шарф, у другого – шрам над глазом, но в целом все они походили друг на друга как две капли воды. Все одинаково ужасные. Шмендрик ещё подёргался в лапище стеклозубого гоблина, потом бросил взгляд на швабру. Он мог использовать её как дубинку, даже не прикасаясь к ней, но гоблинов было слишком много – получится ли справиться со всеми?

– Ах ты ж мышоночек! – сказал один из гоблинов и смачно облизнулся. Слюни закапали на землю, будто слёзы.

Шмендрик знал, что Артур Спайдервик запер свою книгу в железном сундуке. Железо жжёт кожу фейри, так что даже если он им скажет, где книга, скорее всего, с сундуком они не справятся. Но домовой не желал, чтобы эти грязные лапы шлёпали по его надраенным полам. К тому же он боялся, что, если сами гоблины не смогут залезть в сундук, их хозяин, огр-оборотень, сумеет.

– Предлагаю состязание! – прохрипел Шмендрик, когда державший его кулак стиснулся ещё сильнее. Он подумал было укусить эти гадкие резиновые пальцы – да где там! Тут, пожалуй, даже кожу не прокусишь. – Разреши моё задание!

– А может, лучше он тебя в лепёшку раздавит, а? – спросил один из гоблинов. Остальные заржали.

– Я задам вопросец вам, – сказал Шмендрик, – отгадайте-ка загадку! Коль ответите вы гладко – книгу, так и быть, отдам. И вы задайте, в свой черёд, – и коль ответ я угадаю, меня отпустите. Идёт?

Гоблины растерянно переглянулись, похмыкали, и наконец тот, что держал Шмендрика, кивнул.

– Ну, загадывай свою дурацкую загадку!

– Лапу разожми чуток: мне бы воздуха глоток! – сказал домовой.

– Болтать-то тебе это не мешает, – возразил гоблин.

Шмендрик насупился. Он подавил желание всё-таки укусить гоблина и загадал загадку:

– Что ночью выходит, а днём исчезает и плавает в море, но не намокает?

Гоблины переглянулись. Гоблин в шарфе нахмурился и предположил:

– Лодка?

Двое других покачали головой.

– Может, масло? – предложил другой.

Это был его шанс! Шмендрик при помощи магии заставил палку стукнуть гоблина в шарфе по голове. Тот обернулся к стеклозубому гоблину, что держал Шмендрика, и рявкнул:

– Ты зачем меня ударил?

Его белёсые глазища сузились от злости.

– Это не я! – заявил стеклозубый.

– Ну а кто же? – не отставал гоблин в шарфе.

Шмендрик улучил момент, выскользнул из лапы стеклозубого и юркнул в латунную щель почтового ящика. Домовой прокатился по натёртым полам и услышал, как гоблины взвыли от ярости.

– Подсказка нужна? – крикнул он гоблинам. – Ответ – луна!

Гоблины заскрежетали зубами и принялись скрести когтями щель почтового ящика.

С колотящимся сердцем Шмендрик вскочил на мягкий стул и выглянул в одно из окон. Он нахмурился. Всё-таки нечестно, что ему приходится хранить книгу теперь, когда Артур и Люсинда бросили его одного! Он-то о них заботился. Он-то содержал дом в идеальном состоянии. Он хороший, а они всё равно его бросили!

Шмендрик вдруг почувствовал, что устал. Устал защищать их и содержать дом в порядке. Устал смотреть в окно и ждать машину, которая никогда не приедет. Он устал быть хорошим домовым!

Шмендрик почувствовал, как раздувается от злости. Плечи у него напряглись, словно гнев был тяжкой ношей. Пальцы скрючились, превращаясь в когтистые лапы. Он ощущал, как меняется изнутри и снаружи. Если он не успокоится, то превратится в страшилу…

Магия взбурлила в нём и опрокинула на пол ведро мыльной воды. Шмендрик смотрел, как грязная жижа впитывается в ковер и струится в щёлках меж половиц. Брызги попали в камин, и теперь возле него растекалась чёрная жижа.

Домовой почувствовал, как исказилось его лицо, и с ужасом понял, что ухмыляется.

Потерянная глава

Проблемы с троллем,

в которой рассказывается, как был разрушен мост тролля

Тролль таился в зловонном омуте, будто ждал, когда сядет солнце. Его чёрные, как камни, глаза смотрели не мигая. Шмендрик заметил его, когда Артур Спайдервик принялся собирать свой этюдник. Шмендрик понимал, что надо бы сказать ему про тролля, но опасался, что тогда Артур захочет подойти поближе – зарисовать тролля – или, может, достанет зеркальце и попытается пустить солнечного зайчика – что вряд ли убьёт чудовище, зато наверняка разозлит.

Артур ненавидел всех троллей, и это неудивительно: ведь один из них напал на его брата! Артур видел, как всё это произошло, но никто ему не поверил. В газетах написали, что это был медведь. С того дня Артур посвятил свою жизнь тому, чтобы собирать всевозможные сведения о фейри, в надежде рассказать об этом людям и избежать новых трагедий. Люди бывают ужасно глупы, когда речь идёт о фейри.

И сам Артур не исключение. Если встретил тролля на закате, лучше всего побыстрее убраться оттуда, пока солнце не село. Шмендрик нервно подёргивался и опасливо поглядывал на лес. Ох, зачем только он позволил Артуру забираться так далеко от дома?

– В чём дело? – спросил Артур.

– Садится солнце над рекой, – ответил Шмендрик, – и нам пора бы на покой.

– Ты такой нервный, прямо как крыса в…

Артур вечно начинал фразы и не договаривал, потому что ему в голову приходило что-нибудь более интересное. Он снял с головы устройство, которое называл монокуляром. В устройство был вставлен Видящий Камень, который позволял Артуру видеть фейри.

Шмендрик побежал к дому, маня за собой Артура. Он старался не использовать отводящие взгляд чары, чтобы Артур мог его видеть.

– Да-да, иду, – сказал Артур.

Он шагал неторопливо, явно наслаждаясь неспешной прогулкой. Вот он остановился, чтобы рассмотреть узловатое дерево, отыскивая признаки живущих в нем фейри. Днём они наткнулись на гнездо лесных духов, и Артур сумел зарисовать некоторых из них во всех подробностях. Наверно, он был доволен сегодняшними успехами и предвкушал приятный ужин в кругу семьи.

Шмендрик оглянулся и увидел, как тролль выползает из воды, стараясь держаться в тени. Ох, как нехорошо! Очень, очень нехорошо! Но если Артур будет идти дальше в том же темпе, он всё-таки успеет дойти домой прежде, чем сядет солнце. А до этого часа тролль напасть не посмеет.

Нетерпеливо шмыгая вокруг Артура, домовой наконец увидел усадьбу Спайдервиков, окна, освещённые керосиновыми лампами, и Артурову дочку, Люсинду, которая бегает за светлячками на лужайке. Насекомые мелькали в воздухе, точно духи. Люсинда кружилась, её белое платьице было перемазано травяной зеленью, и она была полностью поглощена своей забавой. Увидев отца, она бросилась ему навстречу, размахивая руками.