Хизер Критчлоу – Убитые девушки (страница 52)
Кэл поговорил с Элли. Она пока побудет дома, постарается вести себя с дочерью как обычно. Кэл в постоянных разъездах, но подумывает пожить немного у матери – освободить им пространство. В глубине души оба понимают: их браку конец. Остается лишь смягчить разрыв.
Услышав визг восторга и собственный голос из динамика, Кэл вздрагивает и выскальзывает через заднюю дверь в сад. Он знает каждое слово, но следить за реакцией других не решается. В саду Мэрилены стоит скамейка, откуда открывается красивый вид на поля, и Кэл садится на ее влажную поверхность.
Высокая трава вокруг заставляет его вспомнить о мусорной свалке. Кэлом опять овладевает задумчивость, но он решительно настроен не поддаваться в этот вечер печали. Почтив молчаливым тостом жертв, Кэл отпивает вино из бокала. Ну почему так много времени и внимания уделяется убийцам? Кэлу это не по душе, но ведь и он в этом тоже участвует.
– От чего мы прячемся? – Кэл пугается, и Шона смеется. – Ваша дочь сказала, что я найду вас здесь. Ищете уединения?
– Не от вас, – мотает головой Кэл.
Шона направляется к нему с бокалом вина в одной руке и бутылкой в другой.
Кэл украдкой наблюдает за тем, как она садится рядом и наполняет его бокал, чокаясь с ним. Шона сегодня другая – волосы стильно уложены, на губах помада. Кэл подмечает все, но это роли не играет. Шона нравится ему любой.
– Нелегко пришлось в последние месяцы?
– Точнее не скажешь.
Их взгляды встречаются, и в глазах Шоны Кэл видит те же вопросы, что занимают его самого.
– Значит, после похорон вы уедете?
Кэл кивает. Как ей объяснить, что внутри все кричит, призывает его остаться? Просто сидя рядом с ней, он ощущает на душе такой покой, какого не припомнит за всю свою жизнь. Он вдруг сознает, что ему не надо ничего объяснять. Они прекрасно понимают друг друга, сидя близко-близко, локоть к локтю, глядя на холмы. Кэл чувствует, как успокаивается.
– Мне нужно вернуться и взобраться на некоторые из них, – говорит он.
– Это не холмы, а так, мелюзга. Вам надо проехать чуть дальше на запад, к Северо-Шотландскому нагорью. Вот где дух захватывает.
– Мне бы очень этого хотелось. – Хлебнув вина, Кэл набирается смелости. – В моей жизни сейчас кое-какие сложности. Но если я вернусь сюда через несколько месяцев, вы поедете туда со мной?
Шона улыбается, и Кэл чувствует себя околдованным. Он не может отвести от Шоны глаз.
А она пожимает плечами:
– Думаю, поеду.
Кэл, смеясь, подталкивает ее локтем:
– Придется.
Глава шестьдесят третья
Лейла направляет лошадь между деревьями, ее тело разгорячено быстрым подъемом по склону холма. Кобыла выгибается под девушкой, когда они приближаются к цели: с этой точки Лейла уже видит Джона, обрамленного струями воды, скатывающейся со скальных выступов. Он стоит к ней спиной и смотрит на брызги. Лошадь ржет, когда Лейла спешивается, и Джон тут же оборачивается, несколько секунд буравит ее пристальным взглядом, а потом вскидывает в приветствии руку. И Лейла вздыхает с облечением: напряжение между ними исчезло.
В этом месте, при всей его девственной, первозданной красоте, есть что-то мрачное и таинственное. Оно дикое и холодное, защищенное от света даже в самые теплые дни, которые выдаются нечасто. Поглядев вниз, Лейла замечает странную тень, и ее сердце на миг сжимается от дурного предчувствия. Но тень исчезает, как облако, набежавшее на солнце. «Все-то тебе кажется», – пеняет себе Лейла.
Привязав поводья к дереву, она карабкается по камням к Джону, чувствуя на себе его взгляд, ощущая свое тело в движении и незримый, но мощный магнит, притягивающий ее все ближе и ближе к Джону. Удивительно, но ей этого хочется. Лейле нравится, что ее к нему влечет. Такого она еще не испытывала – она привыкла отталкивать от себя людей. Валуны покрыты плотным слоем упругого зеленого мха, непрерывно орошаемого водой там, где падающий поток врезается в глубокий бассейн и отскакивает каплями.
Нога Лейлы соскальзывает с последнего камня, но он хватает ее за руку, притягивает к себе и, обхватив ладонями голову девушки, крепко целует.
– Я нашел тебя, – шепчет Джон.
Его руки забираются под ее джемпер, и по телу Лейлы пробегает дрожь наслаждения.
– Это я тебя нашла, – возражает она.
Их слившиеся губы искажают слова, но это не важно. Отступив на шаг, Лейла порывисто снимает через голову джемпер и футболку. Не отводя взгляда от его глаз, скидывает сапоги для верховой езды, стягивает брюки и чувствует, как ноги утопают во влажной земле.
Джон ждет. Лейле нравится, что он сохраняет над собой контроль. Те парни, с которыми она встречалась, всегда торопились, делали все так, как будто ей должно было доставлять удовольствие их безумное желание. А на самом деле добивались этим лишь ее презрения.
А Джон делает к ней шаг и медленно проводит пальцем от ее ключицы к сердцу, оттягивая лифчик. Заведя руки за спину, Лейла быстро расстегивает его, лифчик выпадает из пальцев Джона. А он уже одной рукой спускает ее трусики до икр. Лейла переступает через тонкую полоску ткани – обнаженная и окропленная брызгами. Ее грудь вздымается и опадает под его дерзкими руками, под его ненасытными губами. Лейла полностью теряет ощущение времени и самообладание, а с ними и всякое смущение. Она здесь в безопасности – в этом коконе из скал и валунов у водопада, укрытых мхами и листьями, рассеянными по земле. Девушка лишь крепче прижимает к себе Джона, упиваясь осознанием того, что он в ее власти. Эмоции переполняют ее, она будто переносится с ним в другой мир.
А потом они прижимаются друг к другу, накрывшись его курткой. И обоим не хочется расставаться, хотя Джону пора уходить на встречу, а Лейла слышит, как привязанная к дереву кобыла переминается с ноги на ногу в нетерпении. В отличие от лошади Лейла ощущает странное умиротворение. На этот раз ее разум молчит, ничего не требуя.
– У меня есть один знакомый, – неожиданно говорит Джон. – Он владеет конюшнями и проводит состязания по конкуру. Это трудоемкий бизнес. Возможно, ему требуются помощники. Я мог бы с ним поговорить.
– Правда?
– У него передо мной должок. Но это будет означать переезд. – Джон проводит линию на ее щеке. – Совсем в другой край.
Лейла опускает голову, делает вдох и задумывается. Наконец-то он ее спрашивает! Могла бы она покинуть родителей, оставить прежнюю жизнь в прошлом? После этой встречи и думать нечего. Конечно же, она на это пойдет! Она уедет с Джоном, будет с ним, устроит свою жизнь.
– Да. Позвони ему.
Джон выглядит удивленным. Разве он не ожидал, что она согласится?
– Где мы будем жить? – спрашивает Лейла, пока он делает паузу, чтобы полюбоваться ею, пригладить растрепавшиеся прядки волос.
Лицо Джона выражает замешательство, во взгляде появляется настороженность. Он не отстраняется от нее, но объятия ослабевают, и в ту же секунду девушка осознает, что она поняла все неверно.
– Лейла…
Жар опаляет ей щеки. Мысли путаются от смятения и боли.
– О нет, все правильно, конечно.
Он целует ее в лоб и смягчает тон, словно разговаривает с ребенком:
– Я не против встречаться с тобой и дальше… если мы сможем.
Лейла заставляет себя посмотреть ему в глаза, улыбнуться и кивнуть. Неужели она могла быть настолько наивной, чтобы истолковать его слова как предложение? Да такому никогда не бывать!
– При конюшнях есть гостевые домики, там можно снять комнату… Лейла, ты в порядке?
– Да! – Ее натужный смех эхом отскакивает от валунов. – Все отлично. Тебе пора, а то пропустишь встречу. – Спохватившись, Лейла вскакивает и пятится, отступая. – Скоро увидимся.
– Я тебе позвоню.
Из последних сил Лейла улыбается:
– До свидания, Джон.
Ей не хочется провожать его взглядом. Лейла смотрит на Руби, мотающую головой вверх-вниз, позвякивающую уздечкой и трензелем.
Когда она все-таки оборачивается, Джона уже нет. Он ушел.
Глава шестьдесят четвертая
Под руку с Кэлом Джин шагает к водопаду. Только на ногах она держится менее устойчиво, чем в тот день, когда в надежде найти дочь бродила с ним и Мэл по вересковой пустоши. Похоже, эта маленькая женщина исчерпала все запасы своей энергии. Небо над ними чистое, голубое-голубое – словно в утешение после дождливых дней. Тэм очень хотел пойти, но ночью он почти не спал и утром вконец обессилел.
За Кэлом и Джин следуют Шона с Крисси; за ними тянется небольшая процессия из работников гостиницы, собранных Ирен. Кэл с удивлением замечает среди них Арчи Джеймса; безупречные вельветовые брюки и чистые сапоги выдают в нем человека, обычно избегающего прогулок на свежем воздухе. Возможно, Кэл был к нему несправедлив. Однако от его глаз не укрывается то, что Джеймс держится особняком. А еще он явился на поминальную службу с пустыми руками, тогда как все остальные пришли с цветами. Всего собралось человек пятьдесят. Кэл пристально изучает их лица и видит Бриджит. А вот Джима нет.
Кэл снова глядит на Джин, та в ответ сжимает его руку, пытаясь выдавить улыбку. Ее лицо еще больше постарело и в то же время как будто разгладилось – на ярком свету разница бросается в глаза. «Должно быть, это облегчение», – думает Кэл. Джин попросила Крисси написать картину водопада, и дочь захватила с собой художественные принадлежности, чтобы запечатлеть это памятное для четы Макки место, когда все разойдутся.