Хизер Критчлоу – Убитые девушки (страница 53)

Подкаст Кэла, выпущенный в эфир накануне вечером, вызвал восторженную реакцию его фанатов, а сегодня вышли газеты с историей Лейлы. Правда, успех омрачило известие о том, что рано утром на Джона Ноулса напали сокамерники; они избили его так сильно, что теперь он прикован к кровати в Королевском госпитале Абердина с пневмотораксом. Выходит, Кэл невольно запустил цепную реакцию, спровоцировав события, которых не желал и не предвидел.

Однако даже жестокое избиение не заставило Ноулса признать вину. Кэлу остается лишь надеяться на то, что с приближением судебного процесса этот человек осознает, что его жизнь перешла в новую фазу, и решится заговорить. Хотя опять же… некоторые люди умеют хранить секреты, а тайну пропажи и гибели Лейлы Ноулс хранил целых тридцать пять лет.

Добравшись до места, они встают полукругом на гребне холма и смотрят на водопад. Сегодня он шумит громче обычного: благодаря прошедшим дождям поток стал полноводным. И всем приходится напрягать слух, чтобы расслышать, что священник говорит об утраченной дочери. Поминальная служба коротка, но красива.

Под слова молебна Кэл снова ощущает тоску по Марго; прошлое теснит в его мыслях настоящее. В смятении он находит глазами Шону и поверх чужих голов встречается с ней взглядом. Шона печальна, но Кэл ощущает знакомый разряд между ними, и ее присутствие придает ему сил. Взгляд Крисси устремлен на воду, ее взгляд художника сосредоточен на вихревом потоке пены, атакующей валуны.

– Жизнь Лейлы на земле была слишком короткой, – заканчивает священник. – Сегодня мы вспоминаем ее такой, какой она была, и молим, дабы правосудие свершилось и ее родители смогли обрести утешение.

Священник крестит Джин и пожимает ей руку обеими ладонями. Потом она, отделившись от толпы, читает надписи на траурных лентах, которыми обвиты букеты цветов. Остальные вполголоса переговариваются, не зная, расходиться им или нет.

Пристроившись у деревьев, Крисси устанавливает мольберт и достает краски. Направившись к дочери, Кэл сталкивается с Арчи. Держа руки в карманах, тот переступает с ноги на ногу, видимо спеша поскорее уйти.

– Чудесная служба, – говорит он Кэлу.

– Да. – Улыбнувшись из вежливости, Кэл поворачивается к Крисси. – Я провожу Джин к машине. – Крисси уже набрасывает линии и штрихи на полотно, которое они купили накануне. – Я могу вернуться за тобой позже. Как думаешь, сколько времени тебе потребуется?

– Гм, не знаю.

Не успевает Кэл ответить, как встревает Арчи:

– Ваша дочь может подождать в гостинице. Когда закончит, портье вызовет такси.

– Отличная мысль, папа, – говорит Крисси, смешивая краски. – Мне нужно только сделать эскиз. И скорее всего, я закончу до того, как ты успеешь вернуться.

Кэлу не хочется оставлять дочь в этом месте, здесь как будто даже деревья таят в себе тьму. Он понимает глупость своего странного предубеждения, но все-таки уточняет:

– Ты уверена?

– Да, – бросает Крисси, почти не слушая отца: она уже поглощена творчеством.

Уходя, Кэл поднимает руку, чтобы попрощаться с Арчи, но тот сидит на валуне, глядя на воду. Кэл понимает: отельер нарочно выжидает, пока уйдут остальные работники гостиницы, чтобы не возвращаться назад в компании людей, которых считает ниже себя. «Индюк!» – сглатывает отвращение Кэл.

Обратный путь к машине занимает у Кэла и Джин много времени. Оставить автомобиль на стоянке у гостиницы было бы разумнее, но мать Лейлы не желает встречаться с поваром. Хотя подозрения в убийстве сняты, она не может простить его за жестокое обращение с дочерью.

Вымотанная физически и эмоционально, Джин бредет крайне медленно. Несколько раз они останавливаются передохнуть. И, усаживая ее в машину кого-то из соседей, Кэл испытывает облегчение: община позаботится о ней и Тэме. Едва Кэл протягивает руку, чтобы захлопнуть дверцу, как Джин сжимает ее так сильно, что кости трещат:

– Спасибо вам.

Она заглядывает Кэлу в глаза. А ему невмоготу видеть ее признательность. Они прощаются, но лишь на время.

– Я скоро приеду к вам, – говорит Кэл. – Обещаю.

– И привезите с собой дочку.

– Хорошо.

Захлопнув дверцу, Кэл наблюдает за тем, как машина отъезжает и Джин, окончательно лишившись сил, откидывается на спинку сиденья.

Прощание затягивается – многие пришли почтить память Лейлы. «Крисси, должно быть, уже закончила и пошла в гостиницу. Возможно, я перехвачу ее по дороге», – думает Кэл, обводя взглядом оставшиеся машины. Ему хочется поговорить с Шоной, но к нему бросается Ирен – кончик ее носа порозовел, глаза мокрые.

– Вы сделали это.

Она быстро, но крепко обнимает Кэла.

– Без вас я бы не смог.

Женщина качает головой:

– Слишком мало и слишком поздно. Но я рада, что нам удалось собрать весь пазл.

Эмоции накатывают на журналиста: он только проводник к истине и сознает это. Кэл кивает на шеренгу деревьев в отдалении:

– Все сложилось, все сошлось воедино. Во многих отношениях. Даже ваш босс оказался полезным. Если бы он не разрешил мне посмотреть те старые журналы и гостевые книги, мы бы до правды не докопались.

Улыбка на лице Ирен пропадает, во взгляде проскальзывает недоумение.

– Что такое?

– Ничего. Просто это странно. То, что он помог.

– Разве? Люди обычно помогают чем могут.

– Нет, я другое имела в виду. Джеймс ненавидел Лейлу.

Кэл озадаченно хмурится:

– Он стал управляющим гостиницы всего пять лет назад.

Ирен так мотает головой, словно пытается избавиться от засевшей в ней мысли.

– Но он знал Лейлу. Джеймс в юности работал в гостинице. Правда, недолго. Это его Лейла выставила как-то на посмешище, оставив без штанов, – уточняет Ирен. – Мне казалось, упоминала, что это был он.

Кэл смотрит на Ирен, и его мозг кипит от забурливших мыслей. Что-то заставляет Кэла насторожиться.

– Нет, вы мне этого не говорили.

– Простите. Мне было так стыдно за нашу выходку. Я была уверена, что вам сказала… Честно говоря, я старалась забыть эту историю, выбросить ее из головы. Как будто ничего не было.

– Это нормально, – заверяет ее Кэл, пытаясь скрыть волнение. Ирен так ему помогла! И Джеймс все же внес свою лепту.

Попрощавшись с Ирен, Кэл задумывается об избитом человеке на больничной койке. Убийца там, где ему место. И все-таки… Кэл чувствует нахлынувший ужас. Мысли роятся, путаются. Кэл пытается их остановить и рассуждать здраво.

– Все прошло хорошо… – Увидев выражение его лица, Шона осекается. – Кэл?

Он силится сформулировать мысль.

– Я только что узнал кое-что от Ирен. Об Арчи Джеймсе, отельере.

Ирен морщит лоб:

– Что именно?

– Он знал Лейлу. Она кое-что сделала ему, и Джеймс ненавидел ее за это. Но в разговорах со мной он ни разу не упомянул о своем знакомстве с девушкой. – Кэл чешет затылок, силясь припомнить. – Более того, я уверен, что Джеймс специально умолчал об этом.

– Мы взяли Ноулса, – говорит Шона, но Кэл чувствует ее неуверенность.

– Однако Ноулс не сознался в убийстве. А что, если…

Их глаза встречаются. Шона закусывает губу. Никто из них не хочет произнести это вслух: второй образец ДНК…

Кэл вдруг кричит в панике:

– Я оставил его в лесу с Крисси!

– Что?

– Она осталась рисовать, и Джеймс еще был там, когда я ушел.

– Я уверена, что с Крисси все в порядке. Мы можем вернуться за ней.

– Черт, Шона! Я веду себя глупо? Я не могу мыслить ясно. Я не знаю, что делать.

Ему как будто опять девять лет. Страх овладевает Кэлом, стесняет грудь, мешает дышать.

– Вы можете позвонить Крисси?

Кэл мотает головой, почти впав в истерику: