Хейзел Прайор – Унесенная пингвинами (страница 3)

Внезапно – вжух – меня обдает жаром. Я подумываю побрызгать на лицо холодной водой, но не хочется вставать.

– Прекрати волноваться, ладно? Эта женщина как Королева. Она будет жить вечно.

– Слава богу, у нее есть сэр Роберт. Конечно, я не имею в виду ничего такого, когда говорю «есть». Просто сэр Роберт – ее большой друг.

Я снова беру паузу. Дуг не любит этого показывать, но он очень впечатлен тем, что я лично знакома с сэром Робертом Сэддлбоу (да, не с простеньким «стариной Робертом Сэддлбоу», а с тем самым, знаменитым, которого показывают по телевизору). И что миссис Маккриди и он – близкие друзья.

Дуг медленно облизывает свою ложку.

– Что ж, думаю, сэр Роберт и дальше будет придумывать для нее интересные занятия. Она всегда добивается своего.

Мой муж – умный человек.

– Ты совершенно прав, Дуги. Она добивается. Всегда. В любом случае я рада, что к нам в гости приедет Дейзи. Для миссис Маккриди будет полезно провести время с ребенком. Еще и с таким милым. Ох, боже, посмотри на время! Мне пора ее встречать!

– Мне тоже пора, – говорит Дуг, проглатывая последний кусок и проводя тыльной стороной ладони по губам.

Мой муж работает на фабрике овсяных печений, но самое забавное, что он ненавидит овсяные печенья. Он считает их категорически неправильными и ставит в один ряд со студентами, правительством, водителями «Вольво», английскими актерами, играющими шотландцев, и таксами в курточках. «Овсянка – это каша. И только каша, – всегда говорит он. – Спрессуйте ее в твердые диски – и даже кусочек сыра, ветчины и соленого огурчика не перебьют вкус ДСП во рту».

Он умеет меня рассмешить.

Миссис М взяла Дейзи под свое крыло (или, лучше сказать, ласт, ха-ха), когда вернулась из Антарктиды. Она была крайне воодушевлена и нуждалась в новом проекте. Дейзи – дочь Гэва, друга Патрика, внука миссис Маккриди. В то время Дейзи была серьезно больна, и миссис М помогала ее семье, передавая небольшие суммы на частное лечение, осыпала девочку подарками и разрешила ее семье приезжать в Баллахеи для отдыха в любое время. Когда Дейзи поправилась, миссис М взяла ее и ее маму с собой на Фолклендские острова, где они вместе с сэром Робертом участвовали в съемках документального фильма. Миссис М так много рассказывала о пингвинах, что и Дейзи начала ими увлекаться. После долгих лет ужасных страданий поездка дала маленькой девочке большой стимул.

Как мы и договорились с ее родителями, я забираю Дейзи на заправке, которая находится на полпути между нами и Болтоном[1] – городом, где они живут. Дорога стала для меня привычной.

С нашей последней встречи она подросла, и веснушки у нее на носу тоже стали темнее. Должно быть, в Болтоне она много гуляла в саду. Приятно видеть у нее густые орехово-каштановые волосы, заколотые розовыми и желтыми крабиками-бабочками. Идет последняя неделя ее школьных каникул, и мы болтаем о всякой всячине: о велосипедах, пауках, самых вкусных сортах мороженого и ее лучшей подруге по имени Аврора, – поэтому время летит незаметно.

Когда мы подъезжаем к дому, миссис Маккриди в алой шали ждет нас на парадном крыльце Баллахеев, словно статуя.

Дейзи выскакивает из машины, несется по гравийной дорожке и с такой силой бросается в объятья миссис М, что той приходится схватиться за стену, дабы не упасть.

– Отпустите, юная леди. Вы помяли мою блузку, – сурово говорит ей миссис М. Она роется в сумочке в поисках носового платка и вытирает глаза. – Эйлин, поставь, пожалуйста, чайник. Дейзи нужно освоиться в доме.

Я купила угощение для Дейзи: несколько кексов с толстым слоем глазури и разноцветными посыпками. Как и я, она любит все сладкое.

Миссис М уже достала один из своих изысканных чайных сервизов и расставила на столе чашки и блюдца.

– Что ты будешь пить, Дейзи? – спрашиваю я.

– О, я бы хотела дарджилинг, спасибо, Эйлин, – отвечает она аристократическим тоном и тут же начинает хихикать, чем выдает свою попытку подражать манере речи миссис М. И получилось у нее неплохо, надо признать. – Чай, ха-ха, ну уж нет! У вас есть сок?

– Да. – Я ставлю перед ней бутылку. – Угощайся, дорогая!

– А можно мне в чайной чашке? – спрашивает Дейзи, глядя то на меня, то на миссис М.

Миссис М разрешает, но я вижу, как она морщится, когда Дейзи опирается бутылкой о край чашки и та кренится в сторону. Сок наливается до краев, и девочке приходится спешно отпить из чашки, чтобы ничего не пролить.

Мы усаживаемся за стол. Дейзи радостно подхватывает кекс пальцами, и я следую ее примеру. Миссис Маккриди аккуратно берет одно из своих любимых имбирных печений, которые я выложила на тарелку. Мне пришлось постараться, чтобы найти те, что продавались не в пластиковой упаковке. Миссис Маккриди крайне придирчива.

– А как поживают твои дорогие родители и твой брат? – спрашивает миссис М. Она делает паузу, затем добавляет его имя: – Ноа.

Я рада, что она запомнила правильно. Обычно она не очень хорошо разбирается в именах.

Прежде чем ответить, Дейзи снимает глазурь с кекса, складывает ее пополам и отправляет в рот:

– Думаю, хорошо.

Когда я встретила их на заправке, ее отец – всегда такой милый, улыбчивый Гэв – рассказал мне, что дела в велосипедном магазине идут очень неплохо, настолько неплохо, что он подумывает открыть еще один на границе с Шотландией. По его словам, он подыскивает место с квартирой на втором этаже.

Миссис Маккриди обрадовалась, когда я рассказала ей об этом, ведь это значило, что мы сможем видеться с Дейзи чаще. Я также узнала, что ее мама (стройная, тихая, милая женщина по имени Бет) поедет в школьную поездку вместе с Ноа, чтобы помогать учителю присматривать за детьми. Это одна из причин, по которой Дейзи остается с нами. Я рассказываю об этом миссис Маккриди, и она, заинтересовавшись, возится со своим слуховым аппаратом, чтобы сделать погромче.

– Куда они едут? – спрашивает она.

– В Швейцарию, – отвечает Дейзи. – Папа летом никогда никуда не ездил, потому что был безумно занят. И я тоже уезжаю впервые. А вот Ноа поедет за границу. – Она морщит нос и с громким звоном, от которого миссис Маккриди вздрагивает, опускает чашку на блюдце. – Мама говорит, что у меня уже были длинные каникулы с тобой и пингвинами, а теперь очередь Ноа.

Миссис М смотрит на нее.

– Не унывай, – улыбается она. – Мы приложим все усилия, чтобы твое время с нами было таким же приятным.

Мне велели не рассказывать о предстоящем путешествии миссис М по миру. По крайней мере, пока. Мы тщательно выберем момент. Мне не терпелось рассказать ей, но я понимаю, что нам хотелось бы избежать возможной зависти со стороны Дейзи.

Дейзи обожает приезжать в Баллахеи. Но миссис Маккриди тяжело присматривать за ней в одиночку, поэтому я всегда остаюсь в одной из свободных комнат, когда она здесь. Дуг спокойно относится к моему отсутствию и разогревает в микроволновке блюда, которые я заранее для него готовлю. Позже еще позвоню ему и узнаю, справился ли он с цветной капустой в сыре.

– Как дела в школе? – спрашивает миссис Маккриди.

– Хорошо. Я участвую в пешем благотворительном марафоне. – Дейзи очень инициативна (так описала ее мама) в школе и собирает средства для благотворительных организаций, которые борются с раком и занимаются охраной окружающей среды. Думаю, что миссис Маккриди оказала на нее хорошее влияние.

– Очень похвально, – комментирует миссис М. – Я с удовольствием стану твоим спонсором. Куда вы планируете пойти и длинным ли будет путь?

Дейзи пожимает плечами.

– Без понятия. Наверное, выберем место рядом с домом. Пока не знаю насколько, но, думаю, путь будет о-о-очень длинным. – Она широко разводит руки в стороны, демонстрируя как много они собираются пройти.

– Пешие благотворительные марафоны сейчас очень популярны, – комментирую я. – Ты видела статью в «Скотс Таймс»? Один старик планирует пройти вдоль канала Форт энд Клайд в благотворительных целях. Это просто замечательно.

Миссис Маккриди слегка фыркает. В отличие от меня, она не особо впечатлена. Но она и сама любит ходить на долгие прогулки.

– Сколько ему лет? – спрашивает она.

– О, я не помню. Думаю, примерно вашего возраста. Могу проверить, если хотите. – Я наклоняюсь к кухонному шкафу, потому что могу дотянуться до ящика со своего места, открываю и достаю газету. Как я и помнила, статья была на первой полосе. С фотографии на меня смотрел широко улыбающийся старик с ходунками. – О нет, я ошиблась, – бормочу я, пробегая взглядом абзац. – Он даже старше вас, миссис Маккриди. Намного старше. Ему девяносто три года! Невероятно. Девяносто три! Он совершенно не выглядит на свой возраст.

– Дайте и мне посмотреть! – кричит Дейзи, выхватывая у меня газету. – Мне кажется, он выглядит гораздо старше Вероники, – заключает она, глядя на фотографию. – Но он не пользуется помадой и тенями для век, – добавляет она.

– Не дерзи, юная леди, – делаю я замечание.

Но миссис Маккриди, похоже, не обращает внимания.

– Его намерения заслуживают похвалы, – говорит она. – И все же прогулка по каналу Форт энд Клайд не такое уж невозможное достижение. Тем более что он двигается небольшими шажками и с помощью ходунков.

Дейзи разом проглатывает оставшийся бисквит и запивает его соком. Я вспоминаю, что ей нельзя показывать статью о миссис Маккриди на другой странице. Ее глаза широко раскрываются.