Хейзел Прайор – Унесенная пингвинами (страница 4)
– Эй, это же ты, Вероника!
Я смотрю на расстроенное лицо миссис М, потом на Дейзи, потом на газету. Прищурившись, я останавливаю взгляд на фотографии и изображаю удивление.
– Неужели? Не может быть! И правда!
Я пытаюсь отобрать газету, мы боремся, но Дейзи побеждает. Она читает статью, выкрикивая некоторые слова громче остальных: «амбассадор пингвинов», «сэр Роберт Сэддлбоу», «Галапагосские» и «Фолклендские острова», – и с каждым выкриком я все больше кажусь себе преступницей.
– Почему вы мне не сказали? – обиженно завывает она.
Миссис М, похоже, оставляет объяснения на меня. Я на ходу придумываю, что мы сами только недавно узнали и еще не успели осознать новости, что мы собирались ей сказать немного позже, как только она освоится, и как это прекрасно, не правда ли, и как мы гордимся нашей миссис Маккриди. Лицо горит от смущения.
Дейзи хорошо воспитана, поэтому она вежливо поздравляет миссис М. Она восприняла новость лучше, чем мы думали, но радостной ее назвать трудно.
Хорошо, что на завтра мы приготовили для нее угощение.
3. Вероника
Мак наблюдает за нами глазами-бусинками с вершины своего любимого валуна. Словно узнав нас, он спрыгивает вниз, вытягивает оба ласта и слегка наклоняет голову в одну сторону. Мак – наш любимый шотландский пингвин; шотландский в том смысле, что он родился и вырос в Океанариуме Лохнаморги. Мы с Дейзи и Эйлин от него в восторге. Как и у других пингвинов, у него черная спинка и белый живот, но так как он относится к виду золотоволосых пингвинов, над глазами у него растут пучки ярко-золотистых перьев, которые тянутся от клюва по обеим сторонам головы.
Другие пингвины держатся в стороне, но Мак очарован публикой. Он ковыляет к нам по бетонной дорожке через мини-зебру, покачивая из стороны в сторону великолепными перьями, развевающимися, словно ленты.
Из-за моей блестящей красной сумочки в руках Дейзи немного похожа на маленькую мультяшную королеву Елизавету. Без сумочки я ощущаю себя голой, да мне и не хотелось отдавать ее в цепкие ручки Дейзи, но она так громко ее требовала, что я предпочла не нагнетать и без того эмоционально насыщенную ситуацию.
К моему большому облегчению, она возвращает сумочку мне, присаживается на корточки и приветствует Мака. Дейзи не подходит слишком близко, зная, что ей нельзя прикасаться к пингвину.
Последнее время Эйлин водит неаккуратно, и мое кровяное давление только-только пришло в норму. Отчасти благодаря присутствию Мака. И хотя фиаско с амбассадором пингвинов меня несколько раздражает, непосредственная близость птицы оказывает терапевтическое воздействие. Также мне нравится, что грустное выражение лица Дейзи сменяется радостным, когда она разговаривает со своим пернатым другом.
Невысокий, серьезного вида мальчик, чуть моложе Дейзи, стоит в стороне от остальных посетителей, засунув руки в карманы, и смотрит на нее. Дейзи берет на себя труд познакомить его с пингвином.
– Его зовут Мак. Мак, потому что золотоволосых пингвинов еще называют пингвинами Макарони, – объясняет она. – Это один из восемнадцати видов пингвинов. Правда он милый? Вон те, с черной полосой на грудке, – очковые пингвины. Но лучше всех, конечно, Мак. Меня зовут Дейзи, я живу в Болтоне, но я путешествовала по всему миру и видела пингвинов в дикой природе. А ты знаешь, что на Фолклендских островах обитает целых пять видов? Я там была.
Мальчик выглядит достаточно впечатленным, поэтому она продолжает:
– Я встречала так много пингвинов, что ты вряд ли мне поверишь. А еще я лично знаю сэра Роберта Сэддлбоу.
– Серьезно? – глаза мальчика округляются, словно блюдца. Кончики ушей краснеют.
Дейзи энергично кивает.
– Да, правда. Он очень милый. И я здесь с вон той дамой, Вероникой Маккриди. Я иногда живу у нее.
Она указывает на меня, и мальчик бросает взгляд в мою сторону. Я выдавливаю из себя кривую улыбку, чем, наверное, пугаю его, потому что паренек тут же отворачивается.
– У нее есть особняк на берегу моря, называется Баллахеи, – продолжает Дейзи. – Он огромный, и там есть
Я бросаю взгляд на Эйлин. Она неотрывно смотрит на Мака и делает вид, что не слушает.
Дейзи с энтузиазмом продолжает:
– Мы с Вероникой и сэром Робертом были на телевидении. Подожди, я тебе покажу.
Она достает телефон и листает фотографии. Мальчику нечего сказать. Вероятно, он задается вопросом, почему на фотографиях у Дейзи нет волос, а теперь они густой копной спадают ей на лицо. Он внимательно разглядывает фотографии, потом смотрит на Мака и снова на фотографии.
В конце концов, устав от его молчаливого восхищения, Дейзи убирает телефон. Молодая пара – очевидно, его родители – уводит мальчика в сторону кафе.
– Какой милый, застенчивый мальчик! – заявляет Эйлин. – У тебя появился новый поклонник, Дейзи.
– Я понимаю, что излишняя откровенность сейчас в моде, – замечаю я, – но совсем не обязательно было рассказывать ему все подробности нашей жизни в первые две секунды после знакомства.
Дейзи мои слова не смутили.
– Я хотела рассказать ему и про рак, но потом передумала.
Я положила руку ей на плечо.
– И правильно. Неприлично упоминать на людях о проблемах со здоровьем, какими бы серьезными они ни были.
К счастью, Дейзи полностью выздоровела, хотя рак – существо коварное, и никогда нельзя быть уверенным, что он ушел навсегда.
Почувствовав острую необходимость в носовом платке, я снимаю перчатки, расстегиваю сумочку и, только вытащив платок, запоздало понимаю, что перчатка упала на землю, и Мак с неудержимым рвением бежит к ней. Я пытаюсь спасти перчатку, но не успеваю – жадным клювом пингвин хватает ее с земли и начинает жевать.
Дейзи визжит от смеха. Мак внимательно изучает вкус и текстуру расшитой бисером кружевной перчатки, ажурные пальцы болтаются по сторонам клюва, скрежещут бусины. И хотя это мои любимые перчатки, я тоже улыбаюсь.
Навстречу нам идет бойкая молодая женщина в высоких резиновых сапогах и с ведром в руках. Стянутые в хвост волосы развеваются на ветру. Она – одна из смотрителей океанариума, и мы хорошо ее знаем благодаря нашим частым визитам. Ее зовут Тилли, или Милли, или что-то в этом роде.
Она подбегает к Маку и вырывает перчатку из его клюва. Пингвин возмущенно клюет ее в коленку.
– Эй, Мак. Не наглей. Я помню тебя еще яйцом, – кричит она.
Я с благодарностью и изяществом забираю у нее перчатку, стараясь не показать своего огорчения. Грязная ткань безвозвратно порвана, а затейливая вышивка уничтожена.
Моя флегматичность смотрительницу успокаивает, и она поворачивается к Дейзи.
– Привет, Дейзи! Рада тебя видеть.
– Привет, Молли! Уже время кормления?
– Конечно. Нужно поскорее накормить Мака правильной едой, пока он не начал жевать что-нибудь еще.
Она ставит ведро на землю, опускает руку, достает скользкую пахучую рыбу и бросает ее пингвинам. Дейзи уже несколько раз помогала ей, но сегодня предпочитает наблюдать и фотографировать. С каждым разом Мак орудует клювом все искуснее, да и Тилли так хорошо целится, что пингвин с легкостью ловит рыбу, иногда, к восторгу зрителей, он даже подпрыгивает и хватает ее на лету.
– Как же ловко у него получается! – восклицает Эйлин.
– Да, но у него есть преимущество, потому что он не боится подойти ближе остальных пингвинов, – замечаю я. – А Тилли умеет бросать.
– Вероника, не Тилли, а Молли! – поправляет Дейзи.
Я бросаю на нее строгий взгляд.
– Чванливость молодым совершенно не к лицу.
Дейзи не обращает внимания на мое замечание. Пока Молли кидает последнюю рыбину, она тараторит о том, как она обожает Мака и какой он замечательный.
– Он настоящая звезда, скажи? А еще мне нравится вон тот, – Молли указывает на очкового пингвина, который дремлет стоя, слегка опустив голову. – Его зовут Пабло. Ему уже двадцать два года, как и мне.
– Батюшки! – восклицает Эйлин.
– Он в два раза старше меня! – заявляет Дейзи, которая в этом году достигла благородного возраста десяти лет.
– Пингвины в неволе могут дожить до глубокой старости, но он исключительный. Мы так гордимся им.
Пока мы любуемся Пабло, он приоткрывает один глаз. Ни морщинки не появляется на розовом участке кожи над его глазом, и я ненадолго задумываюсь, каким кремом для лица он пользуется, но потом одергиваю себя – он же всего лишь пингвин.
– Как вы их всех узнаете? – спрашивает Дейзи.
– О, со временем ты запоминаешь небольшие отличия в их внешнем виде. Например, того дрожащего пингвина у перил зовут Флоренс. На шее у нее есть темные крапинки, похожие на созвездие. Ну и, конечно, каждый пингвин ведет себя немного по-своему. У всех у них свои прекрасные личности. Мне будет очень грустно с ними прощаться. – Она закрывает рот рукой.
– А зачем вам с ними прощаться? – спрашивает Дейзи, быстро уловив, что что-то не так. – Вы куда-то уезжаете?
– Ну… – смотрительница молчит, не желая отвечать на вопрос, но потом сдается. – Я ищу новую работу.
– А эта вам не нравится?
– Дело не в том, что я
– Тогда скажите, почему вы уходите? – настаивает Дейзи.