Хельга Эш – Совершенные (страница 4)
Я забралась на кровать, поджала под себя ноги и посмотрела в окно на темнеющее небо. Первые звезды уже зажигались над стадионом, а вдалеке, за дубом, мерцали огни города. И вдруг, без всякой причины, я вспомнила тот разговор в очереди.
Эрик Браун. Писатель. Красавчик. Искатель сокровищ.
Интересно, кем он окажется на самом деле?
Я зевнула, накрылась тонким одеялом и закрыла глаза. Завтра первый учебный день. Посмотрим, что за человек этот ваш знаменитый писатель.
Глава 4
Первое занятие на следующий день значилось в расписании как «Археологическая практика». Которые вел
Аудитория гудела, как растревоженный улей. Девушки поправляли волосы, парни делали вид, что им все равно, но я замечала, как они то и дело поглядывают на дверь. Я устроилась на третьем ряду у окна – идеальное место: и преподавателя видно, и в окно можно смотреть, если станет совсем невыносимо.
Минута в минуту дверь открылась.
В аудиторию вошел высокий мужчина в белоснежной рубашке с закатанными рукавами и классических брюках цвета корицы – теплого, пряного оттенка, который странным образом сочетался с его сдержанной, холодноватой элегантностью. Если бы меня спросили о возрасте, я бы, не задумываясь, сказала: двадцать семь. Может, двадцать восемь. Но точно не больше.
Мужчина встал за кафедру и обвел взглядом аудиторию. Не просто посмотрел, а окинул властным, собственническим взглядом, словно этот университет принадлежал ему по праву рождения. В аудитории стало тихо. Мгновенно. Даже мухи перестали жужжать.
– Приветствую вас на самом элитном факультете страны, – произнес он, и его голос, низкий, бархатистый, с легкой хрипотцой, заполнил собой всё пространство. – Меня зовут Эрик Браун.
Я невольно выпрямилась.
– Археологи – не просто ученые, – продолжил он, и каждое слово падало в тишину, как камешек в воду, расходясь кругами. – Это люди, без которых человеческий прогресс был бы слеп. Именно археологи находят предметы из прошлого, благодаря которым мы понимаем, как жили наши предки. Что они ели, во что верили, кого любили и кого боялись.
Он снова оглядел аудиторию. Внимательно, но ни на ком не задерживаясь.
– Вы наверняка задались вопросом, почему предмет называется «Археологическая практика». Я объясню.
В аудитории затаили дыхание. Даже парни, которые минуту назад храбрились, теперь сидели тихо, боясь пошевелиться.
– Как вы знаете, я не преподаватель. – Эрик Браун сделал паузу, давая нам осознать услышанное. – Но я очень хорош в своем деле. И я не только про писательство. Это, скорее, мое хобби. Археология – предназначение.
Я фыркнула про себя. Ну надо же,
И тут же поймала его взгляд. Он смотрел прямо на меня.
В ту же секунду я пропала. Нырнула в эти глаза – серые, как небо перед штормом, глубокие, бездонные. И в этом омуте не было дна.
Я покраснела мгновенно. С макушки до пят, жаркой волной, от которой защипало кожу. Сердце сорвалось в галоп и понесло, как обезумевшая лошадь. В ушах зашумело. Почему вокруг стало так тихо? Почему он смотрит на меня? Что со мной происходит?
Я спрятала руки под парту и отвела глаза. Сделала вид, что ничего не случилось, что я просто поправляла ручку, а вообще-то я внимательно слушаю. Очень внимательно. Самую внимательную студентку не отвлекают такие глупости, как взгляд преподавателя.
Мистер Браун чуть наклонил голову, словно подумал: «Интересно», – и продолжил так же спокойно, будто и не было этой вспышки между нами:
– Ректор университета лично попросил меня провести для вас вводные уроки. Рассказать, что такое реальные раскопки. Не по книгам, не по картинкам, а по-настоящему. Я побывал во многих экспедициях и знаю достаточно, чтобы передать вам что-то полезное. Основную теорию вам расскажут другие. Я здесь для того, чтобы окунуть вас в реальный мир археологии.
Эрик Браун сделал паузу, и в этой паузе повисло напряжение.
– Но только на несколько месяцев. Программу, которую я подготовил, хватит на один семестр.
В аудитории пронесся разочарованный вздох. Девушки зашептались, возмущенно и горько, и я вдруг поймала себя на странном чувстве. Тоска? Грусть? Но почему? Я вижу этого мужчину первый раз в жизни, а уже грущу от мысли, что через несколько месяцев лишусь его общества.
Глупости. Это просто интерес к предмету, к опыту преподавателя, к его знаниям. Да, точно.
Мистер Браун заметил поднятую руку и кивнул.
– Мистер Браун, это правда, что вы выберете десять первокурсников для экспедиции на Северный полюс?
Преподаватель чуть заметно усмехнулся.
– Не совсем. – Пауза. По аудитории пронесся громкий вздох, уверена, кто-то уже мысленно паковал чемоданы. – В гости к Санта-Клаусу мы не поедем. Но некоторые из вас действительно будут выбраны лично мной для поездки в заброшенный город Z.
И снова встречный взгляд. На этот раз он задержался на несколько ударов сердца дольше. Из чистого упрямства я не отвела глаз, выдержав эту пытку в несколько секунд.
В аудитории поднялся шум. Девушки заулыбались, зашептались, заерзали. Слухи подтвердились! Настоящая экспедиция! Заброшенный город! Я должна быть в их числе. Это же мечта всей моей жизни. Неужели я упущу ее?
Посыпались вопросы:
– Что нужно сделать?
– Сколько это стоит?
– Где именно?
– Что будем искать?
Мистер Браун терпеливо отвечал, и в его голосе не было ни капли раздражения. Когда он утолил любопытство студентов, то продолжил лекцию:
– Археология – это не только копаться в земле с совочком и кисточкой. Это еще и подводные раскопки. Например, вы знали, что в Италии, недалеко от города Байи, под водой находится целый комплекс античных статуй?
И следующий час пролетел как одно мгновение. Преподаватель рассказывал реальные истории необычных открытий: про затонувшие города, про древние захоронения, про артефакты, которые перевернули представления ученых о прошлом. Мы слушали, затаив дыхание. Даже я, которая пришла сюда за знаниями, а не за красивыми глазами, поймала себя на том, что не могу оторваться от его голоса.
После лекций и сытного обеда я вернулась в общежитие. В коридоре было непривычно шумно: бегали люди, хлопали двери, звучали приветствия. Как оказалось, сегодня с опозданием прибыли еще несколько первокурсников издалека.
Я подошла к своей двери, вставила ключ. А он не поворачивался. Застрял, словно его кто-то заклинил изнутри. Я уже собралась идти к коменданту, когда дверь распахнулась сама. Из-за нее выглянуло испуганное лицо. Ярко-рыжие волосы, огромные глаза, веснушки на носу.
– Привет! – выдохнула я с облегчением. – Все-таки у меня будет соседка!
Жить одной в общежитии чужого города было немного страшновато.
– Привет, – тихо ответила девушка, открывая дверь шире. – Я забыла вытащить ключи. Извини.
Она скромно опустила взгляд и вернулась в комнату разбирать вещи. Я зашла следом.
– Меня зовут Софи, – сказала я как можно приветливее. – А тебя?
– Кэти.
– Жаль, что ты пропустила первый день, – я присела на свою кровать. – Я видела еще несколько ребят с чемоданами. Вы вместе ехали?
– Да, – Кэти мельком взглянула на меня и пожала плечами. – Поезд сломался. Сутки простояли в поле. Ждали помощи.
Девушка явно не была расположена к беседе. Может, устала, может, вообще не общительная по натуре. Я решила не навязываться и вышла прогуляться, написав Дарине, что буду во дворе, если захочет присоединиться.
На улице я с облегчением вздохнула. Первый учебный день позади. И экспедиция – это не слухи, а реальность. Настоящий заброшенный город. Надо только попасть в десятку.
Я шла по дорожке, жмурясь на солнышке и вдыхая свежий воздух, как вдруг…
Врезалась во что-то. Вернее, в кого-то.
– Ой! – я потерла ушибленный лоб и подняла глаза.
Передо мной стоял мужчина. Лет сорока, на голову выше меня, широкоплечий, с серьезными глазами необычного цвета – они отливали золотом, как у хищной птицы. И что-то в его взгляде заставило меня замереть. Он смотрел так, будто узнал меня. Будто ждал. Будто знает обо мне что-то, чего я сама не знаю.
А потом золотые глаза погасли, стали безразличными. Он коротко бросил низким басом:
– Осторожно.
И пошел дальше своей дорогой, не оборачиваясь.
А я так и осталась стоять посреди аллеи, потирая ушибленный лоб и пытаясь понять, откуда у меня это странное чувство – будто только что произошло что-то важное. Что-то, что изменит всё. Но что?
Глава 5
Ветер трепал мои распущенные волосы и приятно холодил кожу. Я люблю начало осени: то тонкое, хрупкое время, когда лето уже отпустило, но зима еще не думает напоминать о себе. Воздух прозрачный, пахнет увядающей листвой и чуть-чуть – дымом, хотя откуда здесь дым, в центре университетского кампуса?
Я сидела в тени высокого дуба, еще полностью зеленого, и писала родителям о первом учебном дне. Папа, как обычно, ответил односложным «Молодец, дочка». А мама сразу позвонила: