Хельга Эш – Совершенные (страница 2)
Дальше слово взял мистер Браун. Он стоял в полоборота к нам, вглядываясь в стену джунглей, и ветер трепал край его футболки. В небольшом вырезе блеснуло серебро – тонкая цепочка с крошечным ключом, которую он носил не снимая. Девчонки на курсе шептались, что это ключ от его сердца. Или от шкатулки с скелетами. Я склонялась ко второму.
– В отеле вы сможете письменно зафиксировать все, что здесь увидите. – Его голос, в отличие от каменного баса Лиона, был спокойным, даже расслабленным, но отчего-то мурашки побежали по позвоночнику. – Воспользуйтесь своими записывающими устройствами, чтобы позже расшифровать ваши мысли. А пока не будем терять время. – Преподаватель сделал паузу. В тишине стало слышны только звуки плескающихся волн. – Итак, мисс Мурр, – его взгляд скользнул по группе и остановился на мне.
– Озвучьте нам, пожалуйста, план наших ближайших действий.
И тут я вспомнила, что получила джекпот – стала его помощницей в экспедиции. Меня тогда чуть не разорвали девчонки, когда мистер Браун, закрыв глаза, ткнул пальцем в список студентов и назвал мою фамилию. «Судьба, – сказал он тогда с непроницаемым лицом. – Сама распорядилась». Эх, мистер Браун, вы еще и в судьбу верите. Золото, а не мужчина. Для кого-то.
Я потянулась за рюкзаком, пытаясь унять дрожь в пальцах. Солнце пекло нещадно, пот уже стекал по спине. Наконец открыла свой ежедневник с расписанным планом. Мобильные телефоны, компьютеры и другие гаджеты не возбранялись. Но кто знает, как остров будет влиять на наши технологии. Вдруг они быстрее разрядятся, или вообще начнут зависать. Самый надежный способ конспектирования – это грифель и бумага (ручка и фломастеры на всякий случай тоже у меня имелись).
– Примерно около часа у нас займет путь до точки на карте. – Я поправила кепку на голове и достала из бокового кармана рюкзака сложенную карту. Бумага на ощупь была теплой и чуть влажной. – Мы здесь. – Я ткунал пальцем в точку у кромки джунглей. – Следующие четыре часа мы будем исследовать местность.
Сзади кто-то вздохнул, слишком театрально.
– Затем обед, – после этой фразы студенты оживились, заулюлюкали, – а после у нас будет еще четыре часа на исследование. Затем ужин и отбой, потому что темнеет на острове рано.
– Все верно. Спасибо, мисс Мурр. – Подтвердил мои слова преподаватель, обращаясь ко мне все также официально. Правдо его «Мурр» прозвучало так, словно он мурлыкающий кот, объевшийся сметаны, довольно и чуть лениво.
Эрик Браун стоял перед нами в таком же защитном костюме цвета хаки, как и у всех. Высокий, подтянутый, с хищным прищуром серых глаз. И даже без слов было понятно: тут главный он.
– На острове темнеет рано, – продолжил мистер Браун, и его взгляд скользнул по группе, проверяя, все ли слушают. – Нам нельзя выбиваться из графика. Вопросы есть?
– Есть, мистер Браун! – рука Люка взметнулась вверх быстрее, чем я успела моргнуть.
Я внутренне закатила глаза. Люк обожал задавать вопросы на лекциях, чаще всего глупые, но, надо отдать ему должное, в предмете он разбирался блестяще. Просто, кажется, без порции всеобщего внимания он начинал чахнуть, как цветок без воды.
– Почему мазь от насекомых не помогает? – патетически воскликнул Люк и со смачным шлепком прихлопнул комара на своей шее.
Мистер Браун еле заметно вздохнул. Так вздыхают уставшие родители, когда трехлетка в сотый раз спрашивает «почему небо синее?».
– Потому что, мистер Хоуп, – в его голосе появились терпеливые, почти стальные нотки, – вам нужно надеть защитную кофту и головной убор. Тогда насекомые потеряют к вам интерес. Если вы забыли, мы находимся на необитаемом острове, а значит мы – свежая кровь. Причем в прямом смысле.
– А что, мы можем встретить кого-то опаснее комаров? – пискнула Дарина, моя подруга, и в ее глазах мелькнул неподдельный страх.
Я покосилась на нее и едва сдержала вздох. Дарина проигнорировала все инструкции по одежде. Вместо легких штанов – короткие шорты, вместо закрытой рубашки – майка, заправленная в эти шорты, которая открывала больше, чем скрывала. Даже на необитаемом острове первая красавица университета умудрялась сохранять стиль. Но, по мне, красота в наших условиях не стоила таких жертв. Я готова была поспорить, что уже через полчаса она проклянет свой безупречный вкус.
– Студентка Стар, – мистер Браун выгнул бровь, и в этом движении было столько ледяного сарказма, что Дарина поежилась даже под палящим солнцем. – Вам не кажется, что этот вопрос стоило задать до того, как вы сели в самолет?
Он не стал ждать ответа. Просто махнул рукой, приглашая нас следовать за ним.
Вообще наш руководитель был немногословен, если, конечно, разговор не касался его любимой археологии. Эмоции? Их словно бы не существовало. Мистер Браун был закрыт, как старинный сейф с неизвестной комбинацией цифр. Никогда не поймешь, о чем он думает на самом деле.
Мы двинулись вперед. Жар от песка плавил подошвы ботинок, солнце припекало затылок, хотя стрелки на моих механических часах, еще одна настоятельная рекомендация от наставников, показывали только начало девятого утра.
Конечно, группу студентов с тремя взрослыми вряд ли бы отпустили на остров, кишащий дикими хищниками. Теоретически мы знали об этом месте всё: климатические условия, данные со спутников за последние пять лет, ни одной зацепки на крупных зверей. Но все мы понимали: джунгли коварны. Они не прощают расслабленности, нужно быть начеку всегда.
Ночевку в лагере ректор согласовал не сразу. «Это не опасно, но рискованно», – туманно объяснили нам. Риски есть в любом деле. Но Эрику Брауну удалось убедить руководство: чтобы исследовать нужное место, нужно минимум сорок восемь часов, иначе экспедиция теряет смысл. Ночь в джунглях утвердили с боем, но студенты почему-то радовались больше, чем преподаватель. Они видели в этом романтику, приключение с большой буквы. Я – нет.
Я знала: ночные джунгли – это не пикник с палатками за городом. Поэтому я прокручивала в голове все возможные сценарии, выстраивала пути отступления и искала выход из любой передряги. Мысленно. На всякий случай.
Мы договорились: если не заходить за границы безопасной зоны, флора и фауна нас не тронет. Плюс с нами был Лион – надежный военный человек, отвечающий за наши персоны.
Глава 2
Обитель племени находилась близко к воде, не в самой чаще, но небольшой отрезок джунглей все же нужно было преодолеть. Мы шли гуськом, периодически прикладываясь к флягам. Главное правило: не больше трех глотков за раз, чтобы растянуть воду. И лучше первым глотком прополоскать рот – так иллюзия утоления жажды наступает быстрее.
Я украдкой наблюдала за Мартой Стюарт. Медсестра была сногсшибательной блондинкой, и, клянусь, если бы я не знала, что дома ее ждет муж, я бы решила, что она откровенно флиртует с мистером Брауном. Студентки завидовали ей не столько внешности, сколько особому отношению преподавателя. С Мартой он вел себя иначе. Не как с ученицей, а как с коллегой. Поддерживал беседу, легко отвечал на вопросы, а не задавал их, как нам.
И даже улыбался.
Вот эти легкие складки в уголках губ – это можно считать за улыбку? И шутил. Я и не знала, что у мистера Брауна есть чувство юмора, но Марта постоянно смеялась рядом с ним. Девчонки шептались, что так она его охмуряет. А я не понимала: как можно постоянно смеяться, глядя в эти потрясающие, манящие глаза? И вообще, где ее совесть? Она же замужняя женщина!
Я отогнала раздражение и сосредоточилась на главном.
Экспедиция затеялась из-за одного известного писателя, который увлекся тайной древнего племени Домакко. Более двухсот лет назад они обитали здесь. Легенда гласит: когда-то на Домакко напали враги, и те бежали к реке Омата, спрятавшись в воде. А когда на закате вышли на берег, покрытые речным илом, враги приняли их за призраков и в страхе бежали. Побежденные вернулись домой и в память о своем спасении стали делать страшные маски из глины, чтобы отпугивать врагов навсегда.
Но была и другая легенда, которую вслух почти не обсуждали: поговаривали, что некоторые из племени умели говорить с животными. Ментально, без слов.
Ни одна из версий не была подтверждена, конечно. Но именно сейчас мы могли стоять на пороге грандиозного открытия.
Вся наша группа готовилась два месяца: мы собирали информацию, покупали снаряжение, проводили собрания. Успокаивало одно: мистер Браун уже бывал в экспедициях. Но студенты шептались, что он уже не первый год ищет какое-то сокровище. Какое – никто не знал. Писатель-археолог держал это в секрете от всех, журналистам лишь задумчиво улыбался, уходя от ответа.
Вопреки стереотипам о знаменитостях, Эрик Браун был немногословен, собран и сосредоточен. Порой казалось, что это он телохранитель, а не Лион. Лиону я дала бы около сорока. На всех встречах он держался тише воды, ниже травы, но взгляд его сканировал пространство с профессиональной цепкостью. Мужчина держался отстраненно, но иногда так ухмылялся, как-будто вывел погулять группу детского сада на площадку.
Цель студентов была проста: увидеть, как жило племя Домакко, запротоколировать, сфотографировать, изложить на бумаге факты и, конечно, набраться опыта. Мистеру Брауну же светил шанс издать новую книгу.